И тут дверь отворилась, и в капитанской каюте появился корабельный священник — отец Гермион. В свое время Герхох взял его на борт без особого энтузиазма. Священник, в практическом отношении личность совершенно бесполезная, явно занимал чье-то место. Но ничего не поделаешь: среди членов экипажа было четверо христиан, а согласно международной конвенции о религии наличие в коллективе трех и более христиан позволяет им считать себя Церковью и требовать постоянного пресвитера. Герхох старался быть в ладу с законом и конвенциями в максимально возможном для себя количестве случаев.
Отец Гермион, впрочем, не слишком капитану докучал и в корабельные дела не вмешивался.
Это был сухощавый седеющий человек лет пятидесяти, неказистый с виду, нешумный и спокойный. Он и сейчас вошел почти беззвучно и сразу остановился в дверях.
— Хотите выпить, святой отец? — добродушно приветствовал его капитан.
Священник присел рядом, понюхал протянутый ему стаканчик, кашлянул. Капитан спрятал в стол каталог «операторов», быстро проглотил еще «ленивки» и приготовился слушать.
Отец Гермион сказал:
— Итак, вы согласились.
Капитан глянул на часы. С момента совещания прошло не более получаса. Быстро!
Суховатым тоном он ответил:
— Да, я согласился. Чем могу быть вам полезен?
Ему хотелось быть сейчас в зюзю пьяным. Чтобы священник отстал. Но отец Гермион настиг капитана почти трезвого. Не успел Герхох напиться — черт, черт и черт!
— Клоны — не тот груз, который следует брать на борт, — сказал отец Гермион и придвинул к себе флягу. — Я, пожалуй, попробую этой вашей выпивки. Можжевельником пахнет — приятная.
И деликатно препроводил в свое пресвитерское горло почти все содержимое фляги. И хоть бы поморщился! Капитан Герхох вдруг похолодел. Ему не нравилось открывать в членах экипажа новые, неожиданные стороны.
— Вы что, намерены читать мне нравоучения? — спросил капитан. Хотелось бы язвительно, но вышло как-то бессильно.
— Именно, — невозмутимо молвил отец Гермион. — Клоны — нечестивое порождение человеческой гордыни. Это дьявольское изобретение.
— Угу, — отозвался капитан, усердно обводя ногтем старое пятно на столе.
— Клоны обладают внешними признаками человека, — продолжал священник, будто читал лекцию. — Они имеют как бы человеческое тело, наделены как бы человеческими эмоциями, могут наслаждаться, страдать и умирать. И при этом у них отсутствует душа. Вас это не пугает?
— Не городите, пожалуйста, ерунды, святой отец, — нехотя возразил капитан. — Если некто способен чувствовать, значит, и душонка у него имеется. Хоть завалящая, да есть. И хватит с меня теологии.
— Я отказываюсь совершать Таинства, пока на корабле находятся эти богомерзкие существа, — объявил отец Гермион.
— Дело ваше, — фыркнул капитан. — Лично меня это заботит меньше всего.
Отец Гермион поднялся и так же беззвучно вышел.
В бюро проката автомобилей Герхоха снабдили подробным планом магистралей, где были отмечены все заправки и мотели, так что капитан без труда отыскал ферму. Уже на подъездах видны были плантации каких-то корнеплодов и особенно ощущалась близость свиноводческого хозяйства; затем за невысокой живой изгородью мелькнули кирпичные корпуса фабрики по производству комбикормов и, наконец, в окно автомобиля словно бы вплыло белое здание с колоннами, стоящее на холме между двух розовых кустов, похожих на румяные пухлые щеки. Герхох сразу понял, что здесь найдет все, за чем приехал.
Вежливый охранник при виде посетителя нажал кнопку и активизировал другого служащего — в костюме; тот выдал Герхоху бейджик с надписью «ВИЗИТЕР» и проводил его по лестнице, сделанной из прозрачного пластика, на второй этаж; там он нажал ряд кнопок на панели — и спустя каких-нибудь десять минут капитан уже находился в надежных руках менеджера по работе со срочными клиентами. Менеджер, приятный молодой человек, сразу и охотно вник в потребности капитана. Предложил для начала — чтобы клиент до конца осознал правильность своего выбора — провести краткую ознакомительную экскурсию. Капитан согласился.
Ему показали клонов, дозревающих в автоклавах, белых и упитанных, как гусеницы; клонов, проходящих профессиональную подготовку в различных тренажерных залах; затем — теннисный корт, волейбольную площадку, кинозал и библиотеку. Там проводили досуг клоны последних поколений — улучшенная модель, способная вести интенсивную духовную жизнь. «Мы заботимся о том, чтобы наши клоны были максимально близки потребителю», — пояснил меденжер, видя, как озабоченно хмурится капитан. Это несколько обескураживало бойкого сотрудника фермы: обычно библиотека и теннис производили на покупателей самое благоприятное впечатление. «Они способны не только трудиться, но и поддерживать интеллектуальную беседу, — продолжал менеджер. — Мы заботимся не только о потребителях крупных партий клонов, но и о мелкооптовом и даже розничном покупателе. Небогатому фермеру будет по карману батрак, вполне способный долгими зимними вечерами обсуждать с ним новости теннисных турниров или произведения классиков мировой литературы».
— Мне бы что попроще, — сказал Герхох. — Там, куда я должен доставить двести голов, классика и теннис ни к чему.
Менеджер прищурился:
— Скотоводческое хозяйство?
— Горнорудная компания.
— Понимаю. — Менеджер чуть вздохнул, слегка угас, его лицо приняло куда менее мечтательное выражение.
— Покрепче и подешевле, — добавил капитан. — Можно однородков.
Менеджер еле заметно поморщился.
— Таких больших партий однородных клонов мы в последние годы уже не производим, — сказал он. — Мы заботимся о том, чтобы наш товар отличался штучностью, единичностью — обычно этого ожидают клиенты. Генетического материала сейчас хватает, а технология закладки новой партии сравнительно проста.
— К сожалению, мой заказчик не может себе позволить теннисных турниров, — гнул свое капитан.
Менеджер сделал над собой заметное усилие и еще глубже вошел в положение клиента.
— В таком случае, — заявил он бодро, — могу предложить вам нечто специальное. Партию второго призыва. С большой скидкой.
— Что такое «второй призыв»? — насторожился капитан. — Из отходов, что ли?
Менеджер рассмеялся — неискренне.
— Из отходов, что ли?
Менеджер рассмеялся — неискренне.
— О, до такого мы еще не дошли и вряд ли когда-нибудь дойдем! Мы заботимся о том, чтобы наши клоны всегда выращивались из первосортного сырья. Нет, речь идет о клонах с уже имеющимся опытом работы — видите, даже определенная выгода: не придется их обучать! Каждый из них некоторое время был использован в тех или иных производственных процессах, а затем по ряду причин возвращен на ферму. Контракт предусматривает возможность возвращения клона в течение года. В этом случае мы компенсируем половину первоначальной стоимости клона.
— А причины, по которым их возвращают?
— Различные. Чаще всего — недовольство людей, которые теряют из-за этого работу. Если ситуация начинает грозить социальным взрывом, то правительство, как правило, требует от заводчиков избавиться от клонов. Поэтому обычной практикой стало внедрять в производство клонов единичной работы, не афишируя их истинного происхождения. Поэтому теперь мы рекомендуем всем нашим покупателям формировать партии из клонов неоднородного происхождения.
