Кроме всего прочего, во время пребывания в столице Элории мне удалось вырваться к морю. В прошлое посещение Талора Мэри решала, где нам гулять, и препятствовала выходу за пределы крепостной стены. Оттого пробраться через обширный пригород до побережья мне не удалось. А побывать у моря очень хотелось.
Зайдя в конюшню, я не нашёл там лошадей на которых мы добрались до Талора. Вместо них обнаружился мой старый знакомец — конь доставшегося от невинно убиенного Килпатрика, и я велел конюху оседлать его.
Вместо них обнаружился мой старый знакомец — конь доставшегося от невинно убиенного Килпатрика, и я велел конюху оседлать его. Мэри ехать со мной отказалась, сославшись на неотложные дела, и мне пришлось довольствоваться компанией Кары.
Отъехав подальше от пригорода, мы свернули к морю и вскоре добрались до него. Спешившись на взгорке, поросшем низенькой травой в сотне ярдов от полосы прибоя, я уселся на землю и вздохнул, рассматривая округу. Красота. Белый песок, о который бьются волны, прозрачное голубое море, словно отделяющее нас от другого мира, находящегося на глубине. Пяток рыбацких лодок и один корабль вдалеке. Чуть портит картину примыкающее к воде поселение неподалёку и пригород столицы чуть дальше, но если смотреть вперёд, то любоваться открывающимся видом можно часами.
— Как же здесь красиво… — протянула Кара, усевшись возле меня.
— Да, — согласился я. — Всё такое светлое и яркое, сразу настроение поднимает. А в Вакре море было тёмное, мрачное, настраивающее рыбаков на испытание духа в неспокойных водах. А уж какие там шторма… волны скалы двадцатиярдовой высоты захлёстывают. Мы туда с друзьями бегали проверять, кто смелей, и ближе всего к кромке скал подойдёт.
— Неужели ваши родители потакали такому безрассудству? — удивилась девушка.
— Нет, — вздохнул я. — Мы тайком выбирались.
— Да, остаться бы в детстве, — задумчиво проговорила Кара.
— Да ты и так ещё ребёнок, — подначил я девушку.
— Уверен? — ехидно улыбнулась Кара. — Чем же тогда вызван твой интерес к ребёнку?
— Ладно, тут ты меня переиграла, — усмехнулся я. — Ты уже взрослая девушка.
— А жаль, — вздохнула Кара.
— Почему? — поинтересовался я. — Взрослым тоже быть не плохо.
— Мне скоро восемнадцать. Значит на службу пора, — пояснила Кара.
— А ты не хочешь?
— Нет, — ответила девушка. — Ладно бы, как Мэри, по разным интересным местам путешествовать, а то ведь обязательно при дворе служить оставят.
— Ты что, не можешь отказаться от службы? — спросил я.
— Нет, — мотнула головой Кара. — Таков договор с Элорией — варги служат государству. Все. И всегда.
— И совсем нет выбора?
— Почему нет? — фыркнула девушка. — Есть. Или служба или смерть.
— Да, выбор не из лучших. Я бы убрался подальше из этой страны.
— Ага, — усмехнулась Кара. — В Империи варга ждёт костёр, в Сатии колёл с кипящим маслом, а в Сулиме яма со змеями. Это если не решат выдать Элории за награду. Тут полегче — ждёт простое повешенье.
— Да уж, — покачал я головой. — Не думал, что варгам и в Элории несладко приходится.
— Мы же другие, — сказала девушка. — Вот и держат нас в ежовых рукавицах, чтоб не дай боги мы не расплодились и людей не вытеснили. Поэтому и уговор такой был, когда варги на территории Элории поселились. Да и ладно, служба не так трудна, привыкнуть можно, — вздохнула она. — Жаль только, в столице постоянно жить придётся. Мне хотелось постранствовать хоть немного. Хоть несколько лет. А то постоянно находиться возле неприятных людей… Б-р-р, — передёрнуло Кару.
— Ну, может, заведёшь друзей и станет попроще, — предположил я.
— Не думаю. Мы же эмоции ощущаем и потому чувствуем обман, зависть и прочую гадость в людях.
Мы же эмоции ощущаем и потому чувствуем обман, зависть и прочую гадость в людях. Настоящих друзей в связи с этим отыскать практически невозможно. Сам ведь видел — у нас даже дома из слуг только одна Аннет с нами общается и приближается к нам. Потому что искренне нас любит и не испытывает по отношению к нам негативных эмоций.
— Тяжёлая у вас жизнь, однако, — задумчиво проговорил я. — У меня только вопрос к тебе появился. А не врёшь ли ты мне, чтоб Мэри обелить и невинной овечкой представить?
— Ну и гад же ты, Дарт, — побледнела Кара и, стиснув зубы, отвернулась. — И после этого говоришь, что к тебе плохо относятся.
Смутившись, я придвинулся к девушке и попросил: — Кара, прости, я не хотел тебя обидеть.
— Врёшь, — обернувшись, сказала девушка. — Хотелось просто поглумиться над жестокими, бессердечными варгами.
— Нет, я правда не хотел тебя обидеть, — заверил я Кару и, словно ощутив печаль и обиду девушки, потянулся к ней и обнял её. Кара, попытавшаяся в первый момент отодвинуться, затихла и, обняв меня, тихонько вздохнула. Ласково поглаживая по волосам положившую мне голову на плечо девушку, прошептал: — Поверь, я не хотел причинить тебе боль.
Вскоре Кара, не освобождаясь из объятий, чуть отстранилась и внимательно посмотрела на меня своими изумрудными глазами. Ответив ей столь же пристальным взглядом, я чуть улыбнулся. Смотря в глаза Каре, я стал словно погружаться в транс — взбалмошные мысли покидали меня и оставалось лишь удовольствие от любования девушкой. И так хотелось прикоснуться к ней… Не в силах противиться своему желанию, я потянулся и осторожно поцеловал Кару.
Дарг! Как же это было прекрасно! Когда девушка ответила на поцелуй, я словно выпал из мира и потерял счёт времени. Непонятно, сколько он длился — всего лишь миг или целый день. Поразительное ощущение. Никогда столько удовольствия от поцелуев не испытывал. И представить не мог что такое возможно. Прав был Гилим: если уж поцелуй варга такое потрясающе впечатление оставляет, то отношения с ними — это, наверное, что-то совершенно невероятное.
— Ты интересный, Дарт, — улыбнувшись, сказала отстранившаяся Кара. — Твои чувства такие тёплые и нежные, что просто удивительно как такое возможно по отношению к варгу. Такие потрясающие эмоции…
— Мне тоже невероятно понравилось, — признался я. — Совершенно потрясающие ощущения. Никогда мне ещё не было так хорошо.
— А я и не знала, что привязанность столь замечательный эффект даёт, — сказала улыбающаяся девушка. — Это же так восхитительно… а я сомневалась…
— Какая привязанность? Ты хочешь сказать что этот поцелуй был так хорош только из-за того, что я привязался? — помрачнел я. — Вот же гадость… — И зло проговорил: — Всё поддельное. Какие же вы, варги, отвратительные и…
— Постой, — оборвала меня на полуслове Кара и сама поцеловала меня. Вот только в этот раз ничего приятного в поцелуе не было. Так же как и желания его продолжать и я отодвинулся. — Я была не права, — задумчиво глядя на меня сказала Кара. — Это не может быть привязанностью.
— Нет? — изумлённо переспросил я.
— Нет, — уверенно ответила девушка. — Из-за того, что ты расстроился, удовольствие от поцелуя было бы прежним. Может, чуть слабей. Но ты не остался бы безразличным.
— Это хорошо, — отлегло у меня от сердца. И посмотрев на Кару, я сказал: — И я рад, что это чувство было настоящим, а не поддельным. Не хотелось разрушать такое поразительно прекрасное впечатление.
— Потрясающе… — задумчиво протянула Кара, окинув меня оценивающим взглядом.
