Когда Патрик отважился нарушить молчание и попенять приятелю за угрюмый вид, Том уставился на него с неподдельным изумлением. Он, сказать по правде, совсем позабыл о Патрике и теперь не знал, что ответить. В результате Блант отделался меланхоличной улыбкой, а его приятель пожал плечами, давая тем самым понять, что не собирается лезть к нему в душу. Получив деньги, оба покинули порт неспешной походкой, какая бывает у людей, которым нечем занять остаток дня. По дороге Том украдкой поглядывал на Патрика, опасаясь, что обидел его своим молчанием. Патрик был моложе Бланта всего на пару лет, но выглядел совсем юнцом, и Том невольно взял его под крылышко, как младшего брата, которого у него никогда не было, хотя прекрасно знал, что парень вполне способен сам о себе позаботиться. Впрочем, ни тот ни другой не стремились поддерживать дружеские отношения за пределами порта — то ли стеснялись, то ли ленились.
— С учетом тех денег, что я получил сегодня, мне не хватает совсем немного, Том, — произнес Патрик мечтательно.
— Для чего? — удивился Блант; Патрик никогда не выказывал желания открыть свое дело или жениться.
Мальчишка сделал загадочное лицо.
— Для того чтобы исполнить мою мечту, — ответил он очень серьезно.
Тому оставалось только порадоваться за товарища: у того была заветная мечта, то есть причина вставать по утрам, которой так не хватало ему самому.
— И что это за мечта, Патрик? — спросил он, зная, что его приятель больше всего на свете хочет, чтобы его об этом спросили.
Юноша с таинственным видом полез в карман, достал помятую рекламную афишку и протянул ее Тому.
— Попасть в двухтысячный год и своими глазами увидеть, как отважный капитан Шеклтон победит проклятые автоматы.
Том даже не прикоснулся к хорошо знакомой афишке. Вместо этого он с грустью посмотрел на Патрика.
— А разве ты не хочешь увидеть двухтысячный год, Том? — спросил тот, обескураженный его равнодушием.
Том вздохнул.
— А что я забыл в будущем, Патрик? — спросил он, пожав плечами. — Меня интересует только настоящее.
— А-а-а… — протянул Патрик, не решаясь осудить друга за узость взглядов.
— А что я забыл в будущем, Патрик? — спросил он, пожав плечами. — Меня интересует только настоящее.
— А-а-а… — протянул Патрик, не решаясь осудить друга за узость взглядов.
— Ты завтракал? — спросил Том.
— Конечно нет! — возмутился парень. — Я же сказал тебе, что коплю деньги. Завтрак для меня непозволительная роскошь.
— Тогда я тебя приглашаю, — заявил Блант, покровительственно кладя руку Патрику на плечо. — Неподалеку есть местечко, где подают самые вкусные сосиски в Лондоне.
XXV
Обильный завтрак, настоящий пир, который закатили приятели, позволил им наесться на неделю вперед, хотя и опустошил кошелек Тома. Блант не стал корить себя за расточительность, однако на будущее решил вести себя осмотрительнее: творить добро было приятно, но накладно. Впереди был целый день, и, простившись с Патриком, Том направился к Ковент-Гарден, намереваясь продолжить благотворительную деятельность — например, стащить пару яблок для миссис Риттер.
Рачительные хозяева, привыкшие вставать с первыми лучами солнца, чтобы наполнить свои кладовые, расхватали самый свежий товар. С наступлением дня рынок лишался того фантасмагорического вида, который придавали ему свечи, горевшие на повозках торговцев. Ковент-Гарден сделался похожим на сельскую ярмарку, теперь его наводнял веселый праздный народ вроде Тома, те, кому было некуда спешить и кто запросто мог позабыть о покупках, наслаждаясь ароматом роз, эглантерий и фуксий в западном крыле рынка. Затерявшись в толчее у живописных овощных рядов, растянувшихся от Боу-стрит до Мэйден-лейн, Том искал глазами девушек с корзинами, полными яблок, нараспев, с характерным выговором лондонских низов предлагавших свой товар. Вскоре он приметил торговку и кинулся за ней, прокладывая себе дорогу сквозь скопище народа. Однако хитроумные маневры, которые, возможно, могли бы спасти жизнь отважному капитану Шеклтону в схватке с автоматами, никуда не годились на заполненном людьми рынке. Том убедился в этом, с разбегу налетев на девушку, шедшую чуть впереди. Та пошатнулась и с трудом удержалась на ногах. Том остановился, чтобы с подобающей вежливостью принести извинения, и вдруг понял, что, как это часто бывает в нашем тесном и таинственном мире, словно по мановению волшебной палочки, столкнулся именно с тем человеком, кого в самую последнюю очередь хотел бы повстречать в Лондоне.
— Капитан Шеклтон, что вы делаете в моей эпохе? — спросила пораженная Клер Хаггерти.
Теперь, когда они стояли совсем близко друг от друга, Том снова увидел в глазах девушки тот же чистый, наивный восторг, а еще увидел, что они ярко-синие, удивительно глубокого и насыщенного оттенка; такой яростной, беспримесной синевы не сыщешь нигде в мире, ни в небесной выси, ни в океанских глубинах, такая синева была в раю, и капелька ее, не угасшая до конца, светилась из-под густых ресниц девушки. Утонув в ее глазах, Том не сразу вспомнил, что случайная встреча может стоить ему жизни. Молодой человек быстро огляделся, проверяя, нет ли поблизости нежелательных свидетелей, однако потрясение мешало ему сосредоточиться. Взгляд Тома невольно возвращался к девушке, испуганной и счастливой, смиренно ждавшей ответа. Но что он мог сказать, не открыв правды и не подписав себе тем самым смертный приговор?
— Я совершил путешествие во времени, чтобы вернуть вам зонтик, — брякнул Том первое, что взбрело в голову.
И тут же прикусил язык. Трудно было придумать более нелепое объяснение.
Трудно было придумать более нелепое объяснение. И без того огромные, глаза Клер сделались еще больше, и Том приготовился к худшему. К его удивлению, девушка с подкупающей искренностью произнесла:
— О, благодарю вас, вы очень любезны. Но вам, право же, не стоило себя утруждать. У меня уже есть новый. — Она показала зонтик, очень похожий на тот, что дожидался своего часа в ящике комода. — Но если вы преодолели время, чтобы вернуть мне мою потерю, я с радостью буду носить старый, а от этого избавлюсь.
Том не верил своим ушам: Клер клюнула на его ложь и ничего не заподозрила! Хотя, с другой стороны, почему бы и нет? Мюррей подготовил свой спектакль слишком хорошо, чтобы у столь юной особы могли появиться сомнения. Клер верила, что побывала в 2000 году, действительно верила, а потому и его приняла за путешественника во времени. Все вышло очень просто. Справившись с изумлением, Том заметил, что Клер смотрит на его руки, должно быть, спрашивая себя, где же вещица, ради которой отважный герой пустился в странствия сквозь время.
— Сейчас у меня нет его с собой, — признался молодой человек, неловко пожав плечами.
Клер терпеливо ждала, какой выход из положения он предложит, и во внезапно наступившей тишине Том по-новому взглянул на ее стройную фигурку и с тоской вспомнил, как давно он не был с женщиной. После смерти Меган он довольствовался продажными ласками шлюх, а в последнее время загрубел настолько, что мог обходиться и без них. Так, по крайней мере, ему казалось. И вот судьба свела его с прелестной, утонченной женщиной, с женщиной, о которой прежде он не мог и мечтать, с женщиной, которая смотрела на него так, как никто прежде не смотрел. Был ли этот взгляд потайным ходом в сердце неприступной крепости? Мужчины во все времена шли на риск ради куда меньшего. И Том, подчиняясь животному инстинкту; дремавшему в глубине его сознания, сделал то, от чего его разум пришел в ужас.
