— Что, съел? — спросила хозяйка моста.
Бросив на нее ошарашенный взгляд, Герхард спросил:
— Кто это?
— Не могу сказать. Не имею права. Для этого ты должен пройти по мосту. Ну как, осознал?
— Еще бы, — пробормотал Герхард.
— Значит, настала пора принимать решение.
Хозяйка моста взмахнула рукой, и рисунок из руки Герхард исчез, словно его и не было.
Охотник хмыкнул.
Вот так. Сначала поманили деточку конфеткой, а потом ее не дали.
Он взглянул на облако. Силуэты в нем уже наполовину приобрели плотность. А то означало, что времени осталось совсем мало. Еще немного — и облако исчезнет.
Он посмотрел на тиранозавра.
Тот, видимо что?то заподозрив, теперь стоял чуть подавшись вперед и вовсе уже не улыбался, явно готовясь действовать, если охотнику вдруг взбредет в голову выкинуть какой?то фокус.
Попытаться с ним договориться?
Герхард знал, что это бесполезно. Тиранозавр не пойдет ни на какие уступки. И стало быть, с ним придется драться. А потом — и с другими стражами порядка.
Нет, год он в этом мире не продержится. И значит, выбора?то на самом деле и нет.
— Так как насчет возвращения?
Герхард бросил на хозяйку моста мрачный взгляд.
Все?таки — уела. Не могла показать рисунок раньше… Хотя она?то тут при чем? Во всем виноват только он сам. Кто мешал ему сразу перейти через этот проклятый мост?
— Не слышу ответа, — насмешливо улыбаясь, сказала крохотная сваха. — Ты вернешься?
— Я — подумаю, — промолвил Герхард.
— Ты вернешься, — убежденно сказала хозяйка моста. — Я буду этого ждать.
Она исчезла.
Герхард в сердцах ударил носком ботинка по валявшейся рядом с его ногой пустой жестяной коробке из?под трубочного табака, и та отлетела прочь.
— Кажется, у тебя возникли какие?то проблемы? — поинтересовался тиранозавр. — Ты решил остаться? Предупреждаю…
— Все нормально, — сказал ему Герхард. — Я ухожу.
Действительно, тянуть дальше время не было смысла.
Он вошел в облако.
Яблочный кисель вновь охватил его тело, и приняв в себя, опять подарил ему терпкий запах.
Вот только теперь к этому запаху почему?то примешивался кисловатый вкус сожаления. Откуда взялся этот привкус, войдя в облако, Герхард забыл. Сейчас он помнил лишь, что нужно некоторое время подождать и тогда его возращение в свой мир завершится благополучно.
Пока же в его распоряжении оказался всего лишь мутный, не обладающий даже хоть каким?то заменителем тверди мир, висеть в котором было откровенно скучно. Скрывавшаяся в этом мире тайна, та самая, которую он ощущал, попав в него в первый раз, теперь исчезла.
Трезвая рассудительность, которую породило вторичное вхождение в туманный мир, об этом так прямо и сказала. Некоторое время она ждала, как Герхард отреагирует на подобное известие. Но тот молчал. И тогда, трезвая рассудительность, задумчиво поковыряв в зубах грязным и толстым ногтем большого пальца правой руки, насплетничала охотнику, что эта самая тайна в действительности не совсем исчезла. Просто ей захотелось немного посачковать. Для этого она купила самый настоящий сачок и теперь, уединившись в каком?нибудь закоулке сознания, машет им до одурения, в надежде отловить временами выползающие из подсознания, для того чтобы напомнить о своем существовании, кусочки настоящих, истинных знаний.
— Ну и что дальше? — наконец спросил Герхард, откуда?то совершенно точно знавший, что вот сейчас молчать он не имеет права.
— Как что? — возмутилась трезвая рассудительность. — Любой, даже самый последний недоумок… ты знаешь, кого я имею в виду? Ну, тех, кто соображает хуже полярных медведей?умок. Так вот, любой недоумок знает, что кусочки настоящих знаний совершенно бесполезно ловить. Они приходят сами. Непрошеными. А эта…
— Может, она надеется, несмотря ни на что? — спросил Герхард.
— Не имеет она такого права, — горячилась трезвая рассудительность. — Нет у нее таких возможностей. Ей надлежит лишь все время делать таинственный вид и маячить где?то на горизонте. В самом худшем случае. А в идеале, навсегда переселиться в «где?то там», для того чтобы охранять истину…
Потом она еще что?то ему говорила. Долго и подробно объясняла, как попасть в это «где?то там», почему тайна пренебрегает своими обязанностями и какое ей за это положено наказание.
Герхард слушал ее вполуха, рассеянно и как?то небрежно, пытаясь понять, чем же все?таки вызван этот странный привкус сожаления, но память ему отказывала и даже тогда, когда кисельный туман стал редеть, а под ногами у него вновь возникла твердая поверхность, память не пришла ему на помощь, а предпочла лишь делать руками странные знаки да шептать нечто совершенно неразличимое.
Потом туман рассеялся настолько, что охотник, не в силах ждать его полного исчезновения, двинулся куда?то наудачу. Ничем плохим это не закончилось, поскольку, выйдя из тумана, он обнаружил, что находится на дороге.
Невдалеке виделся столб — указатель. Подойдя к нему, Герхард определил, в каком направлении находится город. Причем, как и следовало ожидать, город этот оказался тем самым, из которого он ушел в другой мир.
Приглядевшись, он даже различил несколько домов, стоявших на самой окраине. А солнце уже готовилось встать из?за горизонта, и это означало, что ночь забытых божков заканчивается.
Там, в городе, оставшийся в живых черный маг как раз сейчас наверняка начинал восстанавливать свою паутину. Живой, невредимый, способный и дальше заниматься своими гнусными делами и делишками. Причем в том, что черный маг остался жив, виноват был он, Герхард.
Ну да, конечно, несчастливая случайность. Мара. Ее неожиданный удар…Объяснения у него, конечно, были. Вот только оправдывали ли они его? Возможно, и так. Но все?таки он просто обязан был предусмотреть все эти случайности и принять необходимые меры…
Герхард тяжело вздохнул и посмотрел в другую сторону.
Собственно, он мог стоять на этой дороге и есть себя поедом за неудачную охоту хоть до завтрашнего утра. Толку от этого не будет. Факт остается фактом. Охота не удалась. Черный маг остался в живых, и теперь, для того чтобы его убить, придется все начинать с начала. Искать возможность для неожиданного нападения. И вряд ли она представится через год. Маг слишком осторожен и в будущую ночь забытых богов примет все мыслимые и немыслимые предосторожности. Значит, ожидание затянется еще на несколько лет.
А может, и в самом деле передать этого черного мага другому охотнику?
Впрочем, это надо еще обдумать.
Как бы то ни было, но в данный момент, он должен уйти. В город возвращаться глупо. Значит, ничего не остается, как пойти по этой дороге.
Рано или поздно ему попадется либо постоялый двор, либо какой?нибудь крестьянин, у которого он сможет купить индрикотерия и верхом на нем добраться до ближайшего города. А там — самолет… новая охота… еще один черный маг… И уж вторую?то охоту он проведет как нужно… А сейчас…
«А сейчас, — со злостью сказал себе Герхард. — Раз не смог убить черного мага, прогуляешься ножками. Причем по дороге обдумаешь допущенные ошибки и способы их избежать. Вот так, ножками… Да, поживее. Нечего зря терять время. »
Время и в самом деле терять не стоило.
Герхард пошел прочь от города.
13.
За окном, где?то неподалеку, пел птеродактиль. Уверенно выводя трель за трелью, он пел нежно и трепетно, возможно, просто радуясь жизни, но скорее всего — подманивал самку, чтобы использовать ее самым прозаическим образом.
