— Вы не понимаете! «Балерина» — грузовик, она не предназначена для перевозки людей. Там рубка, крошечный кубрик и неотапливаемый трюм, половину которого занимает гравигенератор. Вы не можете переоборудовать ее так скоро, как вам это необходимо. Взгляните мои технические характеристики.
— Я видела ее характеристики. Ваш транспорт будет использован в качестве орбитального склада предметов первой необходимости, в частности — питьевой воды. Погрузка, — офицер мельком глянула на терминал, — завершена. Присутствовать на борту — ваше неотъемлемое право, но вам придется смириться с обществом эмиссара ЧС.
«О да. Это чтобы я не смылся, увозя весь груз драгоценных пластиковых бутылочек».
Кирилл буквально взвыл:
— «Балерина» серьезно повреждена, она нуждается в ремонте. Действует только одна репульсорная турбина. Ей не подняться с грузом!
— Это уже техническая, а не юридическая проблема. В случае необходимости мы поднимем грузовик на буксире. Поспешите, если не желаете, чтобы это произошло без вас.
Кирилл мгновенно взмок. Он был совершенно ошеломлен: ему никогда и в голову не приходило, что у него могут вот так, запросто, без какой?либо процедуры, отнять «Балерину». Она была его Империей и местом, где он оставался беспрекословным и единовластным, как Зевс?Громовержец. Это было важно!
Они вскрыли коды полицейским ключом и делают там что хотят . Ситуация болезненно повторялась, и не оставалось ничего другого, кроме как… Кирилл сжал и разжал кулаки, потом несколько раз постучал по воздуху ребром ладони… кроме как взять себя в руки.
— Я прекрасно понимаю ваши чувства…
Кирилл только плечом дернул:
— Не надо меня понимать! Натали, извините, я должен. У вас все будет в порядке?
— Разумеется.
Волосы ее поблескивали от влаги. Ее дом на пляже Раквере, скорее всего, уже не существует. Меняю всех эмиссаров ЧС Нереиды на женщину с ребенком.
— Это наша третья эвакуация, — встрял Брюс. — Нет ничего скучнее.
— Четвертая, — поправила Натали. — Одну ты не можешь помнить. Нас распределили на яхту «Белаква», вы можете связаться с нами по радио на специальной волне, которую укажет ЧС. Увидимся.
* * *
— Он свойский парень, и он не кто попало.
— Не болтай глупостей, — рассеянно одернула его мать.
Брюс пожал плечами.
— Я?то их только болтаю, — сказал он. — А кое?кто их делает. Последний, между прочим, в Галактике самодержец мог бы быть твоим. Возможность следует рассмотреть, прежде чем отвергнуть. Что?то мне подсказывает, будто дед с бабушкой не стали возражать.
— Поговорим об этом после, — взмолилась Натали, втайне надеясь, что «после» матримониальное настроение Брюса рассеется, — люди же кругом.
— Да им до нас никакого дела нет. Ты, в общем, смотри: я на него капкан расставил. Кто, кроме меня, о тебе позаботится?
Натали не ответила, потому что была занята: выбирала, куда поставить ногу в проходе, сплошь заставленном баулами с «самым необходимым».
Глупая идея. Настолько глупая, что глупо даже думать на эту тему. В присутствии Кирилла Натали чувствовала себя словно в перекрестье сотни прожекторов, и, сколько она помнила, так было всегда.
Кажется, будто каждый твой жест нелеп, а каждое слово вызывает свист. Император. Чертовски странно думать о нем, как о парне с грузовиком и чувством юмора. В тридцать семь стараешься избегать сложностей.
Не то чтобы ей по?прежнему никто не был нужен, не то чтобы у нее имелось стойкое предубеждение против местного офицерства и не то чтобы среди них не нашлось холостых, но… чтобы войти в этот круг, пришлось бы пройти мимо Харальда. Скорее всего, ему это не понравится. А уж насколько это не понравится Адретт!..
Я не собственность Эстергози… но, глядя на Брюса, так легко усомниться.
— Ты как цирковая лошадь, мам, — хихикнул сзади сын.
Еще бы. Глядишь на стюардессу, что провожает нас па отведенные места, как на собственное отражение, дюжину лет дремавшее в Зазеркалье: одиннадцатисантиметровый каблук, напряженная голень, изогнутая стопа…
Впрочем, это уже перебор. Стюардесса Нереиды, напрыгавшись за день через все эти сумки, — да ведь не только в прыжках заключались ее обязанности! — уже переобулась в тапочки и накинула джемпер вместо форменного жакета. Да и круп свой эта юная леди едва протискивала меж рядами кресел.
Национальный тип!
Место для матери и сына Эстергази нашлось в конце салона, слева, ближе к хвосту, а стало быть — к туалету. Нe так уж и плохо, учитывая, сколько раз придется перебираться туда через все багажные баррикады. Опыт четырех эвакуаций приучил Натали пережидать катастрофу на комфортабельной прогулочной яхте с относительным оптимизмом. Все же не в тесном трюме спешно переоборудованной баржи. Спасибо классовому расслоению.
А вот с соседом не повезло. Из трех кресел, составлявших ряд, дальнее, у стены, было уже занято хмурым, помятым мужиком из тех, знаете, что без зазрения совести радуют окружающих видом своего складчатого волосатого пуза, когда им душно.
— Эй! Напитки когда будут?
— Кишка водовода у вас над головой, — оскорбилась стюардесса, которую уж во всяком случае звали не «Эй». — Рядом с кнопкой кондиционера. Расходуйте воду бережно, ее запас ограничен. Я принесу лимонад, когда освобожусь.
И удалилась, унося на спине слово из тех, с какими познакомиться бы Брюсу как можно позже.
Натали на ее месте утихомирила бы пассажира, попросту накачав его джином по самую ватерлинию. И пусть бы себе спал. К сожалению, кодекс чрезвычайной ситуации предполагает строжайший «сухой закон», а значит, ей всю дорогу придется терпеть эманации раздражения и недовольства. Стюардесса покинула место сражения с гордым видом: дескать, много вас, а ей надо взять ситуацию под свой контроль. Иногда это получается лучше, а иногда… Ну, будем надеяться. Сама невозмутимость, Натали заняла среднее кресло, притворившись, что всецело поглощена обустройством: откинула спинку, проверила кондиционер на всех уровнях, подняла и опустила персональный «конус тишины».
— Сервис, а? — кивнул сосед. — Я думаю, турфирма должна вернуть деньги! Одному?то не переорать их, надо объединиться и коллективный иск этой планетке вчинить. Да и моральный ущерб сверху! Сперва заманивают народ сезонными скидками, а после отмазываются: мол, катастрофа у них…
Чудная штука этот «конус». Армейская разработка, только недавно вошедшая в коммерческое использование. От целенаправленного крика в самое ухо, конечно, не спасет, но храп, плач младенцев и монотонный бубнеж кумушек по соседству отсекает напрочь, обращая их в монотонный шум наподобие морского. К слову сказать, и твой собственный шум «конус» наружу не выпускает. Использование его в людных местах стало хорошим тоном.
Брюс уже подключил считыватель к персональному экрану транслировались каналы спутникового видео. Катастрофа — не повод для отмены школьных занятий. Брюска всегда предпочитал сбросить с плеч обязаловку, а уж потом резвиться в свое удовольствие.
Катастрофа — не повод для отмены школьных занятий. Брюска всегда предпочитал сбросить с плеч обязаловку, а уж потом резвиться в свое удовольствие. «Считак» у него забит, вот только надолго ли его хватит? И для самой?то Натали бездельное, бессмысленное ожидание совершенно невыносимо, а для этой юлы в образе мальчишки — смерти подобно!
Подушечки и пледы, вытканные в национальных сине?голубых цветах, обнаружились в багажном ящике под креслом: туристические яхты Федерации выпускаются в миллионе вариантов, и куда только инженерная мысль не запихивает эти необходимые вещи! На освободившееся место они с Брюсом, переглянувшись, загрузили свою сумку, тем самым внеся посильный вклад в благое дело разгрузки прохода.
