— Слишком маленькое давление, — огорченно заключил Брюс. — Эта тварь слишком тяжелая!
Впрочем, им все равно нечем было продырявить матрац, разве что прогрызть… но в таком случае, во?первых, о факторе внезапности и речи не шло, а во?вторых, при неудаче пришлось бы коротать время, лежа на жестком полу.
Перед этим с помощью кварцевых серег Мари ему удалось высечь искру и подпалить шерстяную нитку, выдранную из рукава толстовки. Дыма, а также вони хватило, чтобы устроить истерику в пожарной сигнализации, а сейчас Брюс напряженно размышлял, какие возможности предоставляет вынесенный в отсек унитаз. Правда, он подозревал, что на этот раз спутница будет против. Должно же, в конце концов, быть у людей что?то святое!
Девять или десять раз за это время корабль МакДиармида входил в гиперпрыжок: Брюс и Мари отслеживали старт по приступам скачковой мигрени, которая не позволяла им даже встать.
Самое страшное, что представлялось обоим: их могли разделить. Пожалуй, сказала Мари, это было бы даже хуже, чем унитаз, бесстыдно торчащий посреди пустого карцера, один на двоих, на мальчика и девочку, запертых вместе. Заметим: обученных хорошим манерам.
— Только не говори, будто знаешь, что такое добрая оплеуха.
— Знаю.
— Я думал, горничные с тебя пылинки сдувают.
— Сдувают, ага. А вот мама, пока они с отцом не развелись…
— Э?э… в гипер такую маму!
Мари поджала губы:
— Иногда затрещина — самый быстрый способ объяснить, что ты делаешь что?то не так.
— Не представляю, чтобы моя мама подняла на меня руку. Никогда. Это была бы планетарная катастрофа.
— Ну и подняла бы. И жили бы вы с этим, и небо бы не рухнуло, и земля бы не разверзлась. По?разному бывает. Некоторые вещи ты просто не можешь изменить, и приучаешься жить с ними. Естественно, пощечина дается не от большого ума. Но и не от большого счастья, это уж точно.
— У меня нет отца, — сказал Брюс, перевернувшись на живот и приподнимаясь на предплечьях. — Каково это — жить с папой?
— Всегда скучно и иногда больно. Ты же понимаешь, что мой случай особенный. Папа занимает такой пост, что дочь его — должность протокольная. Я еще не родилась, а было уже предопределено, где я буду учиться, в каких кругах вращаться, с кем заключу брачный договор. Ну, во всяком случае, определено множество допустимых значений. Светские обязанности. Умение одеваться. Умение есть. Умение не сказать лишнего. Умение терпеть скучных стариков.
— Я бы при таких условиях из дому сбежал!
— Ну… на каникулы меня выпускают куда?нибудь, пот и такую дыру, с Грайни и под ответственность Норма. Это, знаешь ли, почти свобода. Нет ничего лучше каникул.
— А ты любишь своего отца?
— Мне не о чем с ним говорить. — Мари зевнула. — Я из?за него должна, должна, должна. И, в общем?то, больше ничего. Шаг вправо?влево — побег. Хочешь «я тебя люблю», а получаешь «я тебе купил». Типичный Темный Властелин. Лучше бы я была дочкой Норма. Норм, он хороший. Подходящий. Его никогда не слишком много, и вместе с тем он всегда, когда нужен, есть.
— Сейчас я бы очень ему обрадовался. Давно он работает на твоего па?
— Довольно давно. С тех пор, как меня стали отпускать одну. Не смейся, это уже лет пять. Отец и нанял его для меня специально. И вот что интересно… я про него, и сущности, ничего не знаю.
— Воевал?
— Угу. — В темноте Мари издала короткий смешок. — Год назад мы с Грайни впервые заметили, какими глазами его провожают женщины на пляже. Ну, то есть, — поправилась она, — я заметила. Игрейиа?то себе на уме, Если она что сказала, значит, время пришло. И вот прикинь, они все таращатся, а мы?то идем с ним! И все как надо!
Она захохотала и упала на бок, дрыгая ногами. Брюс вежливо переждал приступ ее веселья.
— Ну так все, вероятно, думают, будто вы его дочки.
— Каждый думает, как ему нравится. Мне вот нравится думать, что эта дверь когда?нибудь рухнет, а за ней как раз и будет Норм. В девяноста случаях из ста. И даже в девяноста девяти. Неудобно признаться, но я даже где?то рада, что так вышло. Я бы уже должна была улететь в колледж. Грайни туда не возьмут, там только детки высокопоставленных зануд вроде моего па. Придется приспосабливаться заново.
— Теоретически… — начал Брюс и выдержал паузу.
— Ну?
— Если бы мы затопили отсек. Смотри, электричество есть. Вода. Смекаешь? Тому, кто откроет эту дверь, мало не покажется!
— А мы как?
— А мы на матраце. Выплывем.
— Застрянем. Не мельтеши.
Брюс тоскливо покосился на блок внутреннего климат?контроля, вырванный с мясом и залитый герметиком. Встроенный в него сетевой порт был точно так же никуда не годен, как кондиционер или регулятор гравитации. Далее если бы ему позволили прихватить «считак», все равно подключить его было некуда. А вот если бы… да влезть в их бортовую сеть… Ха, стал бы он мучительно собирать в голове обрывки физики младших классов и делать что?то руками , если бы сыскался шанс нагадить по?крупному! Эхе?хе… нагадить, да вот как бы не себе!
— Нас ведь не убьют? — спросила Мари.
.. нагадить, да вот как бы не себе!
— Нас ведь не убьют? — спросила Мари.
Она лежала на спине, закинув руки за голову, вроде бы с закрытыми глазами. Голос ровный. Время таким спрашивать. Или — как проехать.
— Ну, если сразу в шлюз не выбросили, теперь — какой смысл?
— Про смысл не знаю. А только во взрослой жизни кое?что бывает по?настоящему. Всерьез. Знаешь ли ты, что давно, когда люди еще не летали гипером, детей воровали, чтобы вырезать у них органы для трансплантаций?
— Дешевле клонировать орган из твоей собственной клетки. Ко всем прочим удобствам нет опасности отторжения. Я знаю, я читал. А если думаешь: тебя украли, чтобы продать в бордель, вспомни — нас было пятьдесят… Всех отпустили. Что, для этого надо красть девчонку с твоей фамилией и мальчишку — с моей? Уверяю, на килограммы мы с тобой никому не интересны. И потом, неужели папик последнюю кредитку за тебя не отдаст?
— Ну, наверное, — Мари выговорила это неохотно. — Другое дело, Маку может очень не понравиться разговаривать с моим отцом. А для нас из?за этого могут быть… последствия.
Принцесса употребила эпитет «сраные». В данный момент Брюс над ним медитировал.
— Мак, он, конечно, псих, но псих не злой. Не Кармоди. Зачем бы ему нас убивать? Ну скинет, если у него сделка не выгорит, где?нибудь по дороге, назовемся в ближайшем участке и подождем в полицейской общаге, пока за нами приедут. А то и в гостинице, с развлекательной программой, в зависимости от понтов местной власти.
Мари вздохнула:
— Я вижу, ты вырос среди хороших людей. Я вот, к примеру, вовсе не уверена, что главный покупатель на меня — отец.
— Да кто же еще?
— Любой, кто нуждается в средстве давления. Таких много.
— Опаньки!
Брюс замолчал, размышляя. Он, сказать по правде, думал, что где?то там ради них поднимают флоты, шерстят базы данных, парят аналитиков. Разумеется, поисковой группе гораздо проще отследить крейсер Мака, чем двух детей, затерянных на бог весть какой планете в Галактике, надвое поделенной железным занавесом. Бунтовал исключительно из принципа: связались со мной, так я вам оставлю по себе добрую память! Обезвредить охрану, пробиться к катеру и вернуться в цивилизованные сектора героем и молодцом, спасителем принцессы, — это была его программа?максимум, почерпнутая из старой джедайской сказки.
