Счет сравнялся. Теперь и в команде Вурглака произошли перестановки. Сам рыцарь смерти проникся азартом к действиям на поле. Он покинул ворота, поставив вместо себя мужика в меховом костюме, который уже порядком упарился, но раздеваться не желал. Два желтых парня стали отвечать за оборону, а сам командир и атлет в шароварах заняли передовые позиции.
Тут снова прорезался голос крогула, который, забыв о драгоценном мяче, теперь орал, как истинный футбольный фанат:
— Ну кто так бьет? Эх, кого на поле выпустили? Да ты сначала ноги как следует переставлять научись! С такой скоростью на собственные похороны опоздаешь! Да ты с двух шагов в море не попадешь. Мазила! Судью в муравейник!
Минут пятнадцать мы действительно бегали от одних ворот к другим, пока Вурглак не воспользовался оплошностью доктора. Вот это была картина! От неожиданности я замер на месте, и в меня на полном ходу врезался Алекс. Улыбающийся Черный призрак?! Расскажешь кому — не поверят.
Опять пришлось отыгрываться. Благодаря неожиданному подключению к атаке врача, мы это сделали.
Он сильно переживал из-за своей ошибки и бросился вперед, когда мы уже практически потеряли мяч на половине поля соперника. Появление еще одного нападающего стало полной неожиданностью для всех, и сразу трое игроков бросились спасать ситуацию. Слав никогда не отличался особой храбростью, поэтому, увидев богатырскую троицу, закрыл глаза и ударил что было силы. Мяч невероятным образом зацепил двоих соперников и оказался возле Алекса, к которому тут же кинулись оставшийся защитник и вратарь. Пас в сторону — и мы с мячом возле абсолютно пустых ворот. Таким подарком нельзя было не воспользоваться. Круглый пересек линию ворот на бессовестно медленной скорости, но под восторженные крики окружающей мини-стадион публики.
— Вот как играть надо! Учитесь,- громче всех кричал Ухтырь, словно сам забил этот гол.
А потом началась битва не на жизнь, а на смерть. Футбольное поле теперь напоминало дорожку ипподрома после скачек, мало кто не получил синяков и ссадин, однако преднамеренной грубости практически не было. Ариз в самом начале матча пресек ее первые проявления, и во время игры даже сбитого противника старались быстрее поднять, чтобы он смог продолжить состязание. Наших противников совершенно не интересовала победа, одержанная нечестным способом.
Пятый мяч влетел в наши ворота и стал, пожалуй, самым красивым за игру. Его забил головой краснолицый атлет, получив пас прямо с середины поля.
Мы проиграли этот матч, но одержали еще одну маленькую победу над Вранком — приобрели новых союзников. Они получили от игры такое удовольствие, что еще долго трясли в рукопожатии руки своим бывшим соперникам.
— Великим магом был этот твой Футбол! — с восхищением отметил Вурглак и, усмехнувшись, добавил: — Все же ты коварный человек, Серж! Снова сумел найти способ выкрутиться и укротить моих орлов. Раньше они были готовы стереть в порошок любого магистра, а теперь… на людей стали похожи.
Да, как немного иногда человеку нужно, чтобы снова обрести утерянную человечность. Обычная командная игра сплотила тех, кто раньше волком смотрел на соседа, научила ценить сильного противника и показала, что в жизни есть еще много чего интересного.
Хорошо, что своим я строго-настрого запретил забивать пятый мяч…
Глава 22
СЮРПРИЗЫ ИЗ ВНЕРЕАЛЬНОГО МИРА
Компаньоны Вурглака прибыли на Арудэнг из суровых миров, где мало быть сильным и умелым воином. Там необходимо обладать еще хотя бы небольшими навыками в боевой магии, иначе долго не проживешь. Нет, они не являлись волшебниками в широком понимании этого слова, как и наш Ухтырь, но в арсенале боевых средств у каждого имелось свое особое умение, отличающее его от обычных людей.
Краснолицего воина звали Далгак, что в переводе на общедоступный язык значило «обжигающий взглядом». Заостренный с двух краев шест, концы которого представляли собой слегка укороченные клинки, смотрелся в руках гиганта тонким прутиком. Когда воин продемонстрировал свое мастерство, я невольно присвистнул: каскад боевых выпадов впечатлял. Любуясь точными, выверенными движениями парня, я начал вносить поправки в свою защитную тактику, обычно применяемую при столкновении меча и шеста. «Есть чему поучиться. Но меч все равно лучше!»
Мое предположение о том, что в мире краснолицего много солнца, оказалось неверным.
— В Гренсории нет небесного светила, как здесь,- рассказывал Далгак.- Его заменяют семь лучезарных исполинов, позволяющих нам видеть.
Тон, которым он говорил об исполинах, свидетельствовал о глубоком почтении к лучезарным.
— Можешь рассказать о них подробнее?
Судя по воодушевлению, с которым Далгак начал свой рассказ, это была его излюбленная тема.
В результате мы узнали много невероятного о его мире. В Гренсории семь высочайших горных пиков, увенчанных громадными кристаллами, являлись единственными источниками света. Кристаллы загорались и гасли с определенной периодичностью, обеспечивая смену времени суток.
Естественно, все живое стремилось расположиться как можно ближе к одному из исполинов, поскольку лишь там росли нормальные растения и водились обычные животные. Вдали от источников света жизнь тоже теплилась, но почему-то при одном упоминании о ней по мощному телу Далгака пробегала дрожь.
— Мы редко посещаем края вечной тьмы,- отговорился он.
— Где же ты умудрился так загореть?
— Это подарок Мараканды — третьего исполина Гренсории,- широкая улыбка еле уместилась на его лице.- Наше племя испокон века живет у его подножия.
— Так у вас все такие краснокожие? — Меня все еще продолжали терзать серьезные сомнения по поводу возможностей какого бы то ни было кристалла.
— Нет. Таких, как я, у нас немного. Чтобы получить право стать защитником племени, юноши должны подняться на самый верх горы, ближе к лику исполина. Необходимо, чтобы Мараканда заглянул тебе в душу и решил, достоин ли ты жить дальше или нет. Я оказался достойным. Получил в награду другой цвет кожи и способность сжигать своих врагов взглядом.
Обычно достойными оказывались трое из пяти мужчин племени. Одни из них получали возможность двигать предметы, другие — в мгновение ока перемещаться на небольшие расстояния, третьи вообще могли взлетать и проводить несколько секунд в воздухе. Огнеметы среди общей массы соплеменников встречались редко. И только они имели красный цвет кожи.
Двух других атлетов с пятиугольными отметинами Вранк вытащил из каменной пустыни, именуемой Стиграб. Их местность чем-то напоминала скалы Острых когтей. Самое удивительное, что магистры оказались родными братьями. Тарг и Лурн имели на двоих один магический дар, позволяющий им растягивать время. Поверить в это было трудно, но братья утверждали, что в минуту опасности они могли одну секунду превратить для себя в десять. У желтых бойцов были на вооружении топоры с неширокими длинными лезвиями и кинжалы.
И наконец, четвертого «пригласили» из заснеженных краев, где существовало лишь два времени года: холодная зима, длящаяся две трети года, и жаркое лето, успевающее растопить снег и дать пару урожаев не без помощи все той же магии. Хронтаб охарактеризовал свой мир как самый благодатный край, где есть строго определенное время для войн и такое же — для отдыха. Ясное дело, что в сугробах выше человеческого роста особо не повоюешь, вот обитателям Баюрзана и приходилось все откладывать на лето. Магические способности мехового парня были под стать его родине. Он мог запросто заморозить своего врага. Из оружия северянин имел саблю и гигантский лук, вот только стрел видно не было, наверное, кончились. Еще он носил за спиной продолговатый кожаный мешок, о содержимом которого я спрашивать не стал.
