— Считай себя серьезно провинившимся и понесшим заслуженное наказание, которое в следующий раз окажется гораздо суровее.
Опустив голову, лерх отошел в сторону, чтобы как следует почувствовать себя виноватым, но уже через мгновение его командирский голос устраивал разнос четвероногому подчиненному:
— Баки поступил нехорошо. Плохая собачка. Обделать своего командира такой гадостью, как выговор. Наверное, трибунал уже точит свои острые когти. Смотри, еще одна проказа — и Дербс посадит Баки на веревку…
— Крингенские леса — территория почитателей мохнатого Гроу, — сказал Унг, когда взору открылось бескрайнее море коричневатой листвы. — У меня не слишком хорошие отношения с главным жрецом племени, поэтому могу отправиться немного вперед, а вам буду оставлять знаки в виде надломленных веток.
— Нет, мы пойдем вместе. У себя дома гроуны могут таких веток наломать, что мы прямиком попадем в их лагерь или просто заблудимся, а времени разгуливать по лесу у нас нет. Через шесть дней мы с Эльруином обязаны вернуться в свой мир.
— Вместе так вместе. Но учтите: самое сокровенное желание Дзонга — принести меня в жертву мохнатому Гроу, и сделать это он намерен моим же мечом.
— А откуда он знает про меч?
— Это длинный разговор, который сейчас заводить не стоит.
В лес мы вошли парами, только за руки не держались. Я и Унг шагали впереди, а шерстяные парни замыкали процессию. Баки носился то впереди, то сзади нашего каре, бросая косые взгляды в мою сторону и стараясь пробегать со стороны савора. Внушения лерха не прошли даром, и на том спасибо.
— За нами уже наблюдают, — тихо сказал Унг, когда мы углубились в чащу. — Пока не знаю точно, люди или звери.
— И как тебе это удалось определить? — спросил я. — По поведению шушера?
Мне действительно показалась подозрительной смена настроения Баки, который прекратил бегать наперегонки с самим собой и настороженно держался возле ног своего хозяина.
— Соображаешь, — уважительно ответил савор. — Это — первая примета. Вторая — голоса летунов. Вокруг нас теперь совсем другой фон, тревожный.
Сообщение Унга хорошим назвать было трудно, однако голос его был бодрым, словно речь шла об интереснейшем открытии. И почему-то именно так я и воспринял предостережение нашего гида.
— Может, мы их побеспокоили?
— Мы идем почти напролом и создаем легкое раздражение у обитателей верхних ярусов леса. Тревогу всегда вызывает крадущийся охотник.
— Со слухом я никогда особой дружбы не водил, так что тут тебе и карты в руки. А может, устроим охоту на охотников?
Настроение у меня было приподнятое, так и тянуло на какую-нибудь авантюру. Да что я, даже Дербс с Грифом шли в обнимку. «Вот молодцы — наконец-то подружились», — отразилась в голове добродушная мысль. Полная гармония! И тут в самом дальнем уголке сознания, куда еще не добралась переполнявшая меня неестественная эйфория, мелькнула мысль: «Дербс, обнимающий Грифа, — это нонсенс. Значит, все намного хуже, чем кажется на самом деле». И что это за еле уловимый аромат, явно отличающийся от средства, отпугивающего насекомых?
— Унг, у вас существуют запахи, от которых самая тяжелая жизнь кажется раем?
— Молодец, Серж! А я думаю, почему вдруг так легко стало? — С лица савора постепенно сходило бессмысленно-счастливое выражение. — У тебя еще остались листья против круксов?
Я кивнул.
— Выдай каждому по половине листика, и пусть жуют. — Унг окончательно пришел в себя. — Что ж, одной загадкой меньше: наблюдают за нами люди, и с конкретной целью.
Не все, что приятно пахнет, обладает таким же вкусом: растение с чудесным ароматом тут же вступило в нешуточную баталию с языком, в результате которой мне захотелось выплюнуть и то, и другое. Коричневая жвачка чем-то напоминала рассольчик Кузьмича и голову проясняла с тем же успехом. Настроение вернулось в привычные рамки, а шерстяные друзья снова смотрели друг на друга волком.
Предположения Унга вскоре подтвердились: на нашем пути возникли три настоящих воина, поскольку лоб каждого украшало своеобразное тавро.
— Клеймом косого креста отмечаются только лучшие бойцы, — указал савор на центральную фигуру среди встречающих. — Саворг Орон очень требователен к своим ученикам, далеко не каждый из них выдерживает полный курс обучения.
Прямо как в картах: есть разные масти, и можно с большой уверенностью определить, какая из них сильнее. Двое других имели на лбу изображение окружности с тремя точками, расположенными по вертикали.
Двое других имели на лбу изображение окружности с тремя точками, расположенными по вертикали. Щиты воинов находились за спиной, оружие — в ножнах. Когда мы приблизились, гроуны, приветствуя нас, слегка поклонились. И я еще не хотел идти в пророки?
— Мудрейший, Зерг просит разрешения обратиться через тебя к пророку, — произнес ученик Орона, ударив себя кулаком в грудь.
Слова были обращены к савору, но тот ответил не сразу, как бы раздумывая, достоин ли вопрошающий разговаривать со мной.
— Зерг оскорбил пророка туман-травой и лишается чести быть услышанным.
Все трое снова поклонились и бесшумно освободили нам путь.
— Неужели так просто? — удивился я, как только мы отошли на несколько шагов. — «Разрешите с вами познакомиться. Что, нельзя? Тогда простите за беспокойство».
— Зерг — просто воин. Он даже не младший жрец племени, поэтому не имеет права напрямую разговаривать с пророком. Предвидя осложнения при общении, гроун специально поджег туман-траву, рассчитывая с помощью ее запаха сделать нас сговорчивее. — Унг выплюнул жвачку из парфюмерного листа. — Однако, я уверен, гонца с вестью о появлении в лесу пророка отправили сразу, как только нас обнаружили, и сейчас была первая попытка задержать наше продвижение.
— Будут и другие?
— Непременно, пока не пожалует сам Дзонг или нас каким-то образом не доставят пред его ясные очи.
— Когда ждать гостей в следующий раз?
— Или к вечеру, или завтра утром.
— А до стана элронгов далеко? — Меня беспокоили ограниченные сроки нашей «командировки».
— Если поспешим и не будет задержек, завтра вечером подойдем к его границам, — ответил наш проводник.
— А если постараться еще быстрее?
— Тогда мы точно поднимем страшный переполох в лесу, что существенно повысит наши шансы попасть на обед к какому-нибудь крупному хищнику, — сказал савор, а чтобы согнать беспечное выражение с моего лица, добавил: — Который раза в три больше нашего рыжего гиганта и не имеет представления ни о мохнатом Гроу, ни о его пророке.
— Что же у них так плохо поставлена информационная политика? Ходишь тут, предвещаешь о скором прибытии босса, а эти некультурные гроуны до сих пор не объяснили своим четвероногим соседям, что питаться пророками — непозволительная роскошь. Нас так мало осталось!
Как и следовало ожидать, без задержек не обошлось. Баки, который весь последний час спокойно бежал рядом с Дербсом, видимо, исчерпал свой запас благовоспитанности и ни с того ни с сего бросился в сторону.
— Баки, назад! Трибунал тебя забери! — закричал Дербс и кинулся за ним.
Пришлось остановиться и ждать возвращения рыжих участников экспедиции, а вернулись они не одни. Точнее, мы увидели выходящего на тропинку лерха, у которого из-под мышки торчали задние ноги шушера.
