Эллина выглядела жалко — другого слова и не подобрать. Внешность, полученная ею в Антааре, сохранилась. Только вот сейчас, на фоне мусора и битого кирпича, скорчившаяся в комок и слабо постанывающая, выглядела она далеко не самым лучшим образом.
Точно так же выглядела и Катя. Она сидела на земле, обхватив руками колени, и слабо раскачивалась из стороны в сторону.
Маркулий находился метрах в пяти отсюда. Он стоял на коленях, пригнувшись к земле. Прыжок видел его в профиль и заметил, что губы Маркулия шевелятся. То ли ему было очень плохо, то ли он опять читал какие-то свои заклинания.
Коновалов же, очевидно, чувствовал себя лучше всех. Он уже стоял на ногах, в руках его была автоматическая винтовка, и он что-то внимательно разглядывал — что-то лежащее на земле, какой-то серый бесформенный мешок.
Лучше всех выглядела Мархаэоль. Она стояла рядом с Прыжком, как всегда одетая во все красное. Только теперь это было не платье — штаны, заправленные в сапоги, куртка… Зеленые волосы рассыпались по плечам, глаза смотрели на Прыжка с заботой и беспокойством. Но весь вид Мархаэоль казался в этом мире очень уж неестественным. В Харамишате, в Антааре, даже в Самате — там она выглядела бы нормально. А здесь… Слишком чистая и новая одежда, без оружия…
Прыжок отвернулся и попытался понять, что же такое разглядывает Коновалов.
Юрий почувствовал его взгляд. Он не оборачиваясь махнул рукой и позвал:
— Иди сюда.
Прыжок еще несколько секунд посидел, соображая, не свалится ли он, если попытается подняться на ноги. Рассудил, что не свалится, и осторожно встал. Мархаэоль сунулась было поддержать его, но, натолкнувшись на взгляд Прыжка, остановилась.
Прыжок повесил на плечо автомат, снова начиная ощущать себя полноценным человеком.
Прыжок повесил на плечо автомат, снова начиная ощущать себя полноценным человеком. Что ни говори, а оружие давало ему немалую уверенность в себе.
Осторожно ступая и покачиваясь, Прыжок двинулся к Коновалову. И, не дойдя двух шагов до него, остановился. Он понял, что именно разглядывал Коновалов. Что за серый бесформенный мешок лежит тут. И даже не один мешок, а два…
Сухая, ставшая похожей на тонкую бумагу кожа, иссохшие кости, истлевшая одежда… Только по ее остаткам и можно опознать Гнуся и Колобка. Да еще мечи, лежащие рядом.
— Твою мать… — пробурчал Прыжок. — Вот оно, значит, как… Это сколько же времени прошло?..
— Больше года, — тихо произнес Коновалов.
Прыжок огляделся. Непохоже было, чтобы прошло столько времени. Ни по погоде, ни по окружающей обстановке…
Прыжок развернулся и направился к перевернутому грузовику, на котором Катя пыталась увезти Маркулия. Грузовик все так же лежал на боку, уткнувшись в кладку стены. Прыжок двигался осторожно, он снова почувствовал себя в Срединном Мире, полном неожиданных опасностей. И если бы Огненный Скорпион, к которому сейчас, собственно говоря, и подбирался Прыжок, вдруг, ни с того ни с сего, ожил, то он не успел бы даже дернуться.
Прыжок опустил автомат и ткнул стволом в валявшегося на земле Скорпиона. Ничего. Только едва заметная капелька яда появилась на кончике жала, повисела и упала. Прыжок нахмурился. Он вспомнил, как в Багнадофе хозяйка таверны «Мистраль» ударила в него жалом. И как Мархаэоль остановила этот удар — фактически, спасла Прыжку жизнь.
«Багнадоф, Багнадоф… — подумал Прыжок. — Мы тоже умеем, и не хуже их…»
— Юра! — позвал Прыжок. — Хочешь — глянь сюда. Скорпиона помнишь? Огненного… Так вот, он даже еще не засох, сука! И яд капает. Так что типа никакие там не «больше года»!..
Коновалов подошел, посмотрел, ткнул носком ботинка Скорпиона.
— Да, непохоже… — пробормотал он.
Он не хуже Прыжка знал, что Огненный Скорпион имеет такую особенность — рассыпаться в пыль через десять-пятнадцать минут после гибели. Оставляя после себя лишь хрупкий, причудливо изогнутый панцирь. Прыжок с Коноваловым переглянулись и одновременно посмотрели туда, где на земле лежали серые иссохшие мешки, бывшие когда-то их друзьями. Если судить по этим истлевшим останкам, то даже и не год прошел с момента их отбытия в Багнадоф, а намного больше. А если судить по Огненному Скорпиону…
— Может, Скорпион был неправильный? — поинтересовалась подошедшая к ним Катя.
Выглядела она уже вполне оправившейся. В смысле, как обычно…
— Нормальный был Скорпион, — буркнул Коновалов. — Нормальнее тебя, дуры…
Прыжок удивленно посмотрел на Коновалова. Катя тоже подняла взгляд на Юрия и недоуменно пожала плечами.
— В себя еще не пришел, — сделала она выводы.
— Да иди ты… — проворчал Коновалов, сплевывая на землю и отходя в сторону.
— Чего это он? — спросила Катя.
— А я знаю?! — пожал плечами Прыжок.
— Что тут у вас? — Мелодичный голос Эллины прозвучал над самым ухом.
Прыжок посмотрел на нее. Нет, все-таки прежняя Эллина нравилась ему больше. Той Эллине он доверял. А вот этой…
— Друзья! — Маркулий тоже окончательно пришел в себя и теперь стоял перед ними, гордо подняв голову. — Друзья! Нам необходимо добраться до Вольной Зоны!
— Чего-о-о? — вытаращился Прыжок. — Ты чё, дед? Мухоморов объелся?
— Вольная Зона? — нахмурилась Катя.
— Ты чё, дед? Мухоморов объелся?
— Вольная Зона? — нахмурилась Катя. — Зачем это?!
— Тащиться по самым опасным местам? — вставила Эллина.
— Да, друзья! — улыбнулся Маркулий. — Именно так! Только в Вольную Зону!
— Слушай, ты! — рявкнул Коновалов. — Заткнулся бы ты, что ли? Задолбал уже совсем!
— Только Вольная Зона сможет помочь нам одержать верх над гоблинами! — Маркулий поднял руки к небу. — Только там мы сумеем противостоять силе зла! Своей верой!..
Прыжок вдруг подумал, что в Багнадофе или там Саакбараде Маркулий сейчас выглядел бы более чем серьезно. А здесь, в Москве… Нет. Глядя на эти дрожащие, перепачканные кирпичной пылью руки, невозможно было поверить в его слова.
— Своей верой? — рявкнул Коновалов. — Ах ты, сука!.. — Коновалов щелкнул предохранителем и поднял винтовку. — Вера, говоришь? — продолжал Коновалов, беря Маркулия на прицел. — Вера? Это ради вот этой вот самой твоей веры ты смотался из Саакбарада? Да? Тебе там твои штучки не удавались? Я видел, что на мосту было, в Багнадофе! Отлично помню, как из-за тебя мы все там чуть не погибли!..
— Юрка, ты чего? — крикнул Прыжок.
— Брось автомат! — рявкнул Коновалов, поворачивая ствол к Прыжку. — Брось, я сказал!
Прыжок не двигался. У него и в мыслях не было хвататься за оружие. Но не понимал, что происходит с Коноваловым, что его так разозлило в словах Маркулия. И сейчас Прыжок просто молчал. Он в упор смотрел на Коновалова, прямо ему в глаза.
Коновалов поднял винтовку повыше и выстрелил в воздух. Грохот выстрела многократно отразился эхом и замер где-то вдали. Прыжок краем глаза заметил, как шарахнулась от этого звука Эллина. И ему стало обидно. Она что, боится, что ли?! Не может быть!..
— Сейчас на выстрел кто-нибудь припрется, — спокойно заметила Катя.
Она как-то незаметно повернулась так, что оказалась рядом с Прыжком и заслонила плечом Маркулия. Эллина же совершенно непонятным образом оказалась за спиной Кати и Прыжка. И если Маркулий еще пытался делать героические попытки вылезти и что-то растолковать Коновалову, то Эллина едва ли не присела на корточки, чтобы спрятаться за спинами Прыжка и Кати.
