— Мы не можем получить эту информацию, не вступив в бой.
— В бой пойдут беспилотники, максимально использовать их атаку для сбора информации. — Дурацкая у командира роль — говорить то, что и так понятно, но надо же все-таки озвучивать приказы.
— Первый «рыбак» — на старт…
— Пошел…
— Пилоты на местах.
— Ждите команды.
Минута, две, три…
— Беспилотники — на старт.
Четыре… Мы на пределе досягаемости.
— Пошли.
Мой голокуб показывает, как из нашего корабля веером вылетают зеленые точки.
— «Дельфинам» готовность номер один.
Неприятельские корабли вспухают белыми полями защиты, сквозь которые куб показывает красные точки оружия.
Пошла лавина уточнений. Благодаря Даниэлю, мы знали, что пираты стараются налепить на корабли всё абсолютно разное, чтобы их невозможно было идентифицировать и найти слабое место. Ходовая, оружие, защита и внешний вид корабля, а значит, расположение поста и коммуникаций могли не совпадать ни по одному пункту. Голокуб настраивался так, чтобы не сойти с ума и не повиснуть, а принимать любые уточнения и показывать любую получившуюся химеру. Глядя на наложившееся изображение двух-трех кораблей, я с ледяным спокойствием анализировала, чтó это может быть на самом деле, сбросила информацию тропезкам, может, что-то скажут. Три ближайшие яхты удалось идентифицировать, потом еще две. Дебюсси подтвердила мою идентификацию троих и назвала еще одного, которого я не могла разобрать. Итого шесть, все яхты.
— Леди, шестьдесят процентов беспилотников уничтожено…
— «Дельфины», первая двадцатка — на старт…
— Пошли.
— Первый «рыбак»? — спросила я.
— Первый «рыбак» через восемь минут будет в рабочей точке.
Я дала наводки «нянькам» на слабые места идентифицированных, нам желательно бить в пост и крайне нежелательно в генераторы; оно, конечно, будет зрелищно, но капсулам, а вернее, тем, кто в них, тогда не выжить. Пока есть возможность, будем беречь людей. Белые поля защиты пиратов были в пятнах усилений, такое пятно нельзя пробить даже истребителем; пятнами на нормальных кораблях прикрывали посты, связь, генераторы и узлы коммуникаций. У пиратов пятна были скорее маскировкой, и это играло нам на руку.
И вот, грамотно, как на учениях, четверки выходят на атаки, трое отвлекают, четвертый разгоняется и … Белое поле защиты пирата мигает и гаснет, гаснут огневые точки — попадание в командный пункт. Почти одновременно идут еще две атаки на подобные корабли с тем же результатом.
Хватит смотреть, справятся и без тебя — думай… Я отодвинулась от всего, вспоминая чертежи и конфигурации гражданского транспорта; как жаль, что больше внимания уделялось военному… Есть! Еще два… Прошло девяносто секунд, фух… я думала, счет шел на минуты… Информация — «нянькам».
— Вторая двадцатка — на старт.
Взгляд на куб — три первых мертвы, еще две «мои» яхты тоже, опознанная тропезками — добивается. Наши выстраиваются для атаки двух новых яхт, пиратский транспортник грозно набухает огневыми точками.
— Отходим! Поднять щиты!
— Есть отходим. Есть поднять щиты.
Так никуда не годится, надо делегировать полномочия.
— Китлинг-Бялко!
— Здесь.
— Следите за тем, чтобы мы были вне зоны досягаемости, а если…
Тут нас накрыло с танкера, мощные орудия на этом переростке…
— А если не успеваем — щиты.
— Есть.
— Ташин-Джонс!
— Здесь!
— Следите, чтобы в бою все время было от пятнадцати до тридцати «дельфинов».
— Есть.
Так, ну-ка, химерки, откройте истинное личико…
— Леди, есть видео!
— Давай!
Ну конечно! Лайнеры — это «дерьмовозы», транспортники для перевоза особо агрессивных сред. Попались. Гадство, эту дрянь можно взять, только ударив в ходовую, посты у них убраны внутрь под броню.
Накачка «нянек». Еле заметной болью отозвалась мысль, что все… Капсулы теперь будут похожи на вскрытые консервы.
— Сколько собрал «рыбак»?
— Девятнадцать живых, восемь мертвых. Второй в пути к рабочей точке.
Нас все время легко потряхивало — это танкер не оставлял надежды нас достать, но мы пятились, не снимая щитов, так и шли медленно в паре. Из-за танкера, который вышел за линию фронта, отделились прятавшиеся в тени его щитов яхты и прицельно и слажено ударили нашим «дельфинам» в спины.
Я не успевала подать команды, но этого и не потребовалось, «няньки» сами направили на пиратов тех, кому сподручнее было атаковать. Удар в пост — молодцы, второму залепили в ходовую…
— Три синто на старт!
— Пошли.
Наших, синтских истребителей всего пятнадцать, машины тяжелые и снабжены мощнейшими ракетами, как раз для такой махины, как танкер. Наводка на пост, выпуск ракет с максимально близкого расстояния одновременно двумя машинами, две ракеты встречаются на границе поля, взрыв на несколько мгновений делает дырку в защите, в нее входит ракета третьего; попадание в корпус, поле мигает, первый и второй не теряют времени зря, выпуская ракеты с максимально близкого расстояния. Все, транспортник затухает. Прекрасно проведенная операция, как в учебнике, только такой слаженности не добьешься в гуще боя.
— Вернуться под защиту! — Отходят.
Меня сильно беспокоят танкеры, которые не вступают в бой, три из них, хоть и вспухли полями защиты, не проявили своего оружия. Надеяться, что это действительно танкеры, которые пришли сюда перегрузить добро? Это было бы слишком хорошо.
— Первый «рыбак» сдал груз — сорок один живой плюс два тяжелораненых, выходит на второй заход.
— Сколько у второго?
— Семнадцать живых, шестнадцать мертвых.
— Сколько «дельфинов» в запасе?
— Сто сорок.
— В бою?
— Тридцать че… три.
Потери пиратов — семь «дерьмовозов», девять яхт и один танкер.
И тут один из двух танкеров, неактивно постреливавших в наших «дельфинов», стал наливаться, энергия накапливалась и… пираты гасят генераторы.
— Врассыпную!!! Глушить генераторы! «Рыбакам» укрыться! «Свирель»!!! — услышала я свой голос.
«Дельфины» бросились врассыпную и почти все успели потушить двигатели, двое не успели выйти из зоны поражения — взорвались, от одного успела отлететь капсула.
— Пять синто — на старт!
— Пошли.
— Пять синто — на старт!
— Пошли. У вас 90 секунд до восстановления щитов.
— Генераторы пока не включать.
— «Дельфинам» — на маневровых отползать от зон обстрела.
О Судьба, убереги наших, если колебания «свирели» отразятся… от чего? Чего-нибудь… Это оружие никогда не было популярным из-за его непредсказуемости, а сорок лет назад последнее было демонтировано и якобы уничтожено. Угу… И всей информации о нем — направленные колебания приводящие к взрывам генераторов, могут отражаться создавая непредвиденные и неконтролируемые зоны поражения. Все.
Синтские истребители опять, будто в имитаторе, четко четырьмя ракетами потушили танкер, и один еще, выбрав слабину в щите, с близи запустил в подраненную яхту, та потухла совсем.
— Что-то идет…
— Синто! Глуши!
Все как один выключили двигатели, по инерции продолжая возвращаться к нам; волна, ощущаемая позвоночником, прошла через нас и докатилась до фронта, окатив сначала наших, потом пиратов. Защитное поле задрожало, двое синто тут же выпустили ракеты, один успел, попал в лайфстаф коммуникации, ракета второго отклонилась защитой и врезалась в осколки.
Четыре танкера и подраненная яхта принялись удирать, яхта рванула во всю доступную мощь, танкеры со своими габаритами и массой быстро разогнаться не могли.
