Хорт кивает. До скрежета стискиваю зубы.
— Мурз, подвезешь?
Тяжелый вздох пантеры и демонстративно подставленная спина.
Осторожно залезаю, стараясь не смотреть на охотника. Все, сказка закончилась. Достаточно, Марина, хватит.
Внезапно плечо сжимают, не давая уехать. Застываю. В горле — огромный ком. Сглатываю и стою, пока сердце колотится как сумасшедшее.
— Что? — Мой голос такой тихий и хриплый. Ненавижу, ненавижу, ненавижу, ненавижу!..
— Не уходи.
Мурз ошарашено обернулся и теперь видит его лицо. А я не вижу…
— В каком… в каком смысле? — Плечо чуть подрагивает, и убивает уже то, что он это чувствует.
Меня стянули со спины кота и сжали в объятиях, уткнувшись в шею.
— Просто не уходи. Останься.
Мысли в голове какие-то рвано-сумбурные. Думаю сразу обо всем и ни о чем. На глазах закипают слезы и катятся по щекам, а сердце колотится так громко, что легким не хватает воздуха.
Блин! Ну вот почему? Зачем он так со мной? Он ведь… если еще раз бросит — уже не оклемаюсь. Я ведь улыбаться разучусь. Я с ума сойду, мне…
— Люблю тебя, — тихо. На ушко, не отпуская.
И я успокаиваюсь, резко. Мысли заканчиваются, поворачиваю голову и… чувствую вкус его губ на своих, все еще задыхаясь от боли…
— Я предупреждал тебя, вампир.
Не помню, сколько времени прошло. Он смотрит на кота, все еще обнимая меня. Тоже поворачиваю голову и с удивлением вижу, что Мурз сильно изменился.
Клыки, когти, отливающие металлом. Сверкающие янтарем глаза, и… кот стал крупнее, сменив окрас. Вокруг головы вылезли длинные, прилегающие к телу иглы.
Это и есть его истинный облик? Необычно.
— Мой хозяин скоро будет здесь. Ты не сдержал слово.
— И не сдержу. — Голос спокойный и ровный. Меня не отпускают.
— Ты же говорил, что тебе просто нравится, как унижается твой враг. — Кот сел, но не расслабился. Напряжен и собран, словно перед прыжком… Убежать нам давать не собирались.
Стараюсь не вникать в смысл слов. Снова разочаровываться и убегать от Хорта я уже просто не в состоянии.
— Вначале — да. Потом… понял, что она мне пока нужна.
— Хм.
Молчание. Очень хочется спросить: до каких пор? Но не решаюсь.
Ветер резанул листву и скользнул мимо нас, подняв золотистую пыль с травы. Вчера на поляне плясали цветочные феи. Они эту пыльцу обожают — мне моя фея рассказывала. Кстати… а где она? А впрочем, неважно.
Кот и Хорт продолжали стоять напротив друг друга, чего-то выжидая. Я — пригрелась в руках охотника и никуда не спешила. Правда, чувствовала, что он напряжен и предельно собран, но почему-то мозгом это было отнесено в раздел: неважно. Странно. И с чего такая зависимость? Еще час назад ведь мысленно ликовала, что теперь самостоятельна и мне никто не нужен. А теперь…
Воздух рядом с котом сгустился и выгнулся полупрозрачной дымкой портала.
Вампир спрыгнул из него на землю и медленно выпрямился, разглядывая нашу теплую компанию.
— Мурз. — Голос почти укоризненный.
— Я пытался, — капризно. — Но она — ни в какую! Даже тут его нашла.
Тяжелый вздох и полуприкрытые веки.
— Хорт.
— Отвали, — спокойно и холодно.
— Так. Понятно.
— Так. Понятно. Значит… в мой мир не пойдешь.
Отрицательно качаю головой. Алые глаза сужаются.
— Ты ведь все понимаешь? — Не удержалась. Только дешевой мелодрамы для полного счастья мне и не хватает.
— Я-то все понимаю. — Вирх подходит к поваленному дереву, садится на ствол и смотрит на меня. — Не совсем все понимаешь здесь ты.
Уведет силой. Перед глазами мелькнула картинка: меня за волосы волокут к свет… темному будущему, пока я отбиваюсь и цепляюсь за траву. Опять глупости в голову лезут.
— И… что же я не так понимаю?
Вампир усмехнулся, опустил голову и щелкнул пальцами поднятой правой руки.
Миг…
И лес начал облезать, словно обои со старых стен. Краски бледнели, тускнея и сменяясь черно-белой палитрой.
Два.
Хорт сжал мои плечи сильнее и… исчез. (Сердце не выдержало и рухнуло вниз.)
Три.
Больничная койка. Провода, аппараты, персонал, и… Вирх, так похожий на Хорта… (или Хорт, похожий на Вирха?) сидит передо мной и смотрит устало и спокойно. Вокруг него тоже трубки и провода. И он сидит с каким-то обручем на лбу. Напротив.
Четыре…
Боль вонзается в мозг, тело сводит судорогами, кто-то кричит, все суетятся, а я пытаюсь продолжить смотреть в его глаза. Черные, как у Хорта, алые… как у Вирха… цвет — меняющийся от настроения… И сейчас красный. Как у моего вампира.
Снова сижу в лесу. Мне плохо, меня трясет и рвет. Вирх сидит там же, на стволе упавшего дерева. Мысленно делаю заметку, что вампир умеет насылать глюки.
— Урод. — И меня снова выворачивает. Бли-ин, как же мне плохо.
Все тело болит, голова — словно колокол, по которому нехило двинули большой палкой. Перед глазами все качается и растягивается, как при плохих спецэффектах. Как бы не сдохнуть.
— Марина.
— Что?!
— Ну хватит. Ты заигралась. Давай вспоминай.
Кое-как выпрямляюсь, пытаясь встать.
— Где Хорт?!
— Его нет. И никогда не было.
— Да ты…
— И Вирха не было. И феи, и Мурза, и всего этого! Марина, это твоя фантазия, твой мир! Ты в коме уже третий год! Я согласился на эксперимент, чтобы достучаться до тебя, но все пошло вразнос. Ты сумела расщепить мою личность и в одну ее часть вселилась сама, чуть не переломав мне все нейронные сети, а во второй… каким-то образом признала меня и снова влюбилась, так ничего толком и не вспомнив. Но Хорта нет! И Вирха нет! Есть я. Твой муж! Вирт.
Хочется ругаться. Круто он мне мозги компостирует. Это… так сразу и не додумаешься, что, блин, загружен в матрицу…
— Марина. — Голос — бесконечно усталый.
Он встает и делает шаг вперед. Между мной и ним тут же возникает прозрачная стена. В шоке ее разглядываю.
— Вот видишь — это твой мир, твое сознание. Тебе даже говорить и чертить ничего не надо — все появляется по первому желанию. И… — сглатывает, сжимая зубы, — если ты захочешь — меня здесь уже через полмига не будет.
Сажусь, тяжело дыша и понимая, что стало как-то чересчур тихо. Одно из двух: или я оглохла, или все птицы сдохли… Заодно и Мурз сбежал, фея где-то пропала. Хорт исчез.
— Я что, вправду сошла с ума?
— Ты не сошла с ума! — рычание.
Хорт исчез.
— Я что, вправду сошла с ума?
— Ты не сошла с ума! — рычание. — Просто… тебя очень сильно… обидели. Ты попала в одну историю и чуть не погибла — с тех пор в коме. Врачи говорили, что еще полгода — и вытащить тебя не удастся…
Смотрю на него.
А ведь действительно, Вирх и Хорт были так похожи. Только один — чуть более утонченный, а второй — чуть более родной. А теперь передо мной стоит некто высокий, красивый, с алыми радужками и взъерошенными волосами. Он сильный, знакомый и находится на расстоянии вытянутой руки. А еще он сказал, что является моим мужем.
… Я еще и замужем!
Глава 41
Мы говорили долго. До утра.
Он рассказал мне, как мы познакомились (я его сбила, а он выжил и влюбился), как встречались, как он дарил мне подарки (среди прочих — черного котенка, которого я назвала Мурзом; котенок сильно бедокурил, лазал по шторам и никого, кроме меня, не признавал). Он говорил о моих привычках (люблю поспать), недостатках и достоинствах (всегда держу данное слово). Рассказал пару шуток из жизни (взрывающаяся картошка, одежда с дырами в виде утюга), сказал… что скучает. Что не может без меня. Что уже три года ходит в больницу каждый день, просто чтобы увидеть мое лицо, что… что, разделившись в моем сознании на Вирха и Хорта, бешено ревновал их друг к другу. Что очень хочет, чтобы я наконец-то открыла глаза, и обещает беречь отныне и всегда так, чтобы ни одна сволочь больше не приблизилась и на километр.
