Впротивоположность первому впечатлению, сознательное безголовие (илипрозрачность, или видение ничего там, где должен быть я) обладает рядомуникальных преимуществ. Этому ощущению нет подобных. Вот всего лишь пять егоособенностей — перечисленных здесь не затем, чтобы читатель поверил, но дляпроверки:
Во-первых, это смотрение в себя являетсясамой простой вещью в мире, хотя столетиями его представляли как самую сложнуювещь в мире. Многие ищущие люди искренне верили в этот культ. Величайшее изсокровищ, в поисках которого они изнашивали себя, на самом деле является самойдоступной, самой открытой и самой очевидной из тех вещей, которые человек можетнайти; это сокровище лежит на ярком свету, и его невозможно скрыть. Когда Буддаговорил, что нирвана «доступна зрению, притягательна, привлекательна,достижима», это полностью понятно и непротиворечиво. То же верно и вотношении изречения магистра Аммона, говорившего, что первый шаг по путиДзен — это увидеть, что нашей истинной природой является Пустота: освобождениеот дурной кармы приходит после — не до — такого видения. То же и насчет РаманыМахарши, утверждавшего, что увидеть, Что и Кто мы есть в действительности,легче, чем увидеть ягоду крыжовника у себя на ладони — как это часто случается,этот индуистский мудрец подтверждает учение Дзен. Все эти цитаты говорят о том,что к тому, чтобы заглянуть в себя, не нужно готовиться, и не нужно создаватьусловий. Ваша истинная природа всё время открыта вам, и просто удивительно, какмогут люди утверждать обратное. Она достижима прямо в эту секунду, что бы свами сейчас ни происходило, и, чтобы увидеть ее, вы не должны быть святым,образованным, умным или каким-то особенным.
Во-вторых, только это — настоящее зрение. Этоневозможно увидеть неправильно, как бы вы ни старались. Попробуйте представить,как бы вы могли быть более или менее безголовым, как бы вы моглипризнать себя Пустотой частично или с оговорками. Смотрение на самогосмотрящего субъекта нельзя подделать, либо оно есть, либо его нет, всравнении с ним смотрение на объекты (такие, как страница с чернымизначками, руки, держащие книгу, их фон) — это всего лишь мимолетноепросматривание: большая часть рассматриваемого упускается, проходит мимо.Зрение, направленное наружу, не бывает совершенным, а зрение, направленноевнутрь, не бывает затуманенным, как говорили Чуань-цу и Шен-гуй.
В-третьих, это зрение видит далеко. Дажесамый ясный и глубокий взгляд наружу мелкомасштабен (подобен взгляду втупик туннеля) в сравнении со взглядом внутрь, в безголовие, безотносительнопростирающееся вокруг и вовеки. Можно сказать, что оно проникает в самуюглубину нашего сознания, и, далее того, в бездну вне сознания, даже внесуществования, но это звучит слишком многословно и по-книжному. Как далекоможет проникнуть взгляд, ничем не задерживаемый, когда мы отваживаемсянепредвзято указать на место, где мы, по всей видимости, должны находиться!Самооправдывающее и самодостаточное, не поддающееся определению, поскольку внем Нечего описывать, то, Что видимо как в видящем, так и видящим, неоставляющее ему сомнений относительно его происхождения. Вот ощущение,отличающееся немедленостью, непосредственностью, неоспоримостью. Это убеждает,как ничто иное. «Когда увидишь истину, — сказал суфий Аль-Алави, -вера уже не нужна.»
В-четвертых, этот опыт легче, чем какой-либодругой, разделить с другими, поскольку он один и тот же у всех — у Будды, уИисуса, у Шен-гуя, у Аль-Алави, у вас и у меня. И понятно почему, ведь в немнет ничего, что могло бы сделать его различным, ничего, что могло бы неполучиться, ничего субъективного; на него не могут повлиять ваши привычки и
Мы будем Вам очень признательны, если Вы оцените данную книгуили оставить свой отзыв на странице комментариев.
пристрастия. В Безголовии, если не в чем-либо ином, мы едины. Как это непохожена прочие ощущения, которые так сложно разделить с другими! Как бы живо вы ниописали и ни объяснили другу ваши мысли и чувства, вы никогда не можете бытьуверены, что он переживает то же, что вы. (Вы с ним соглашаетесь, что, скажем,этот цветок является красным, красивым, изящным, и так далее; но ваш внутреннийопыт, к которому прикреплен каждый из этих ярлыков, невозможно передать вашемудругу. Ваше ощущение красного может оказаться его ощущением розового илисинего.) Но стоит обратить стрелу внимания внутрь, и мы немедленно входим вобласть Абсолютной Определенности. Здесь и только здесь, перед нашим безликимЛицом, на уровне нашей истинной природы, царит совершенное понимание, вечныймир, нет ни одной возможности разногласий. Это соглашение невозможно нарушитьили обновить, поскольку это глубочайшее единство в том, что касается того, Чеммы и все остальные существа являемся на самом деле. В свете этогофундаментального единства мы можем различаться до какой угодно степени в том,чем мы кажемся.
Наконец,в-пятых, это ощущение себя как Ничего всегда рядом, подобно воде вкране, какое бы у нас ни было настроение, чем бы мы ни занимались, как бывзволнованы или спокойны мы ни были в данный момент — в общем, когда бы нам нипотребовалось это ощущение. В отличие от мыслей и чувств (даже самых»чистых» и «духовных»), оно доступно немедленно ивызывается простым смотрением внутрь и ненахождением головы.
Мырассмотрели пять неоценимых достоинств этого простого смотрения внутрь и нашли,что ему очень легко научиться, что его невозможно делать неправильно, что онодостигает необычайных глубин, что его особенно легко разделить с другими, и чтооно доступно в любой момент. Но у этой сверкающей медали есть и оборотнаясторона, целый набор дефектов и царапин, так сказать, которые мы обнаружили запрошедшие двадцать лет.
Некоторыеиз этих кажущихся недостатков происходят от самих преимуществ этого смотрениявнутрь. Например, именно из-за того, что оно так очевидно и легко, так доступно(когда вам хочется), так естественно и ординарно, его очень легко недооценить,даже проигнорировать, не разобравшись, как нечто тривиальное. На практике, егонеизмеримая глубина и духовное значение то и дело проходят незамеченными.Разве,- мог бы сказать кто-нибудь,- такое несложное и безболезненное наблюдениеможет дать много? Что легко пришло, с тем легко расстаемся. Можно ли признатьсмотрение на свой палец духовным подвигом, заслуживающем драгоценной награды?Кроме того, это, прямо скажем, дешевое ощущение приходит к нам без мистическогоореола, без фейерверка космических сущностей, без экстаза. Напротив, этоабсолютный минимум вместо абсолютного максимума, долина, а неголовокружительный взлет духа. В этом нет ничего «гималайского». То,что начало этой книги описывает сцену в этих горах, с их многочисленнымидуховными ассоциациями, сбивает с толку, заслоняя скромность и приземленностьтого ощущения, которое я описываю. Увидеть свое истинное Лицо, во всей егодомашней неприукрашенности, можно с такой же легкостью в транспортной пробкеили в общественной уборной, но в этих случаях его труднее перепутать скакими-либо декорациями. В любом случае, в отличие от обрамления -великолепного или обыденного — само ощущение невозможно хранить, как сокровище,доставая время от времени, чтобы полюбоваться. Это — либо сейчас, либо никогда.Это можно найти только в Зоне Отсутствия Времени. (Если вас интересует, гденаходится эта зона, посмотрите на свои наручные часы и продолжайте смотреть наних, медленно поднося их к лицу — в конце концов часы окажутся в таком месте,где они не показывают времени, где никто не рождается и не умирает, не просыпаетсяи не засыпает, в место «подлинного зрения, вечного зрения», говорясловами Шен-гуя. Короче, это то место, где вы являетесь собой, и вечно усебя дома.) То, чем вы являетесь, не обладает временем и не нуждается вовремени.
