Безо всякой надежды я шагнула в коридор.
Шарлатаны водились во все времена. Но Селена с Русалочьего озера могла заткнуть за пояс Остапа Бендера, Томаса Крауна и двенадцать друзей Оушена, вместе взятых. Она и в самом деле была величайшей волшебницей, сильной во всех областях магических знаний. За исключением предсказаний, которые никак ей не давались.
Не желая признаваться в наличии у себя ахиллесовой пяты, Селена сумела завоевать славу лучшей предсказательницы королевства, создав целую тайную систему соглядатаев, организовав вербовку самых лучших в деле разведки агентов, в отсутствие иных занятий с энтузиазмом взявшихся за дело.
Один из них как раз и висел в воздухе передо мной.
— Значит, у герцогини роман с новым стрелком, — старательно вещал призрак, имеющий постоянный доступ в святая святых обитателей замка. — Стрелок после возвращения из Нуасара весь чешется — похоже, подхватил нехорошую болезнь, пообщавшись с тамошними красотками. Ее дочурка тем временем не отстает и хочет бежать с младшим сыном разорившегося барона Ниванбакса. Побег назначен через два дня. На случай, если мать все узнает и постарается помешать, у Николь есть тайное оружие — дневник герцогини, в котором она делится своими сокровенными мыслями. Николь прячет его под матрасом. Украденный половник, полотенце, шпильки, ложки, вилки и расчески — дело рук горничной Полли. Не знаю, что на нее нашло, девочка всегда отличалась тихим нравом и честностью, чужого никогда не брала, а тут тащит все, что под руку попадается. Правда, мелочь всякую, которую потом в кладовке прячет или в саду закапывает, бедняжка. Видно, совсем ку-ку после смерти родителей. А вот драгоценности — это уже нянюшка новорожденного герцога подсуетилась. Когда стали пропадать булавки да вилки и заговорили о появлении вора, старуха под шумок прибрала пару камушков. Хранит она украденные драгоценности под половицей под кроватью в своей комнате, для надежности накрыв свой тайник ночным горшком. Рубиновое ожерелье, сапфировые запонки графа, дюжина золотых шпилек и бриллиантовые подвески, о которых так горевала герцогиня, — все там.
— Это все? — уточнила я, запоминая тайны замка Севрут.
— Все, — со вздохом признался призрак. — Скучная семейка мне досталась. То ли дело — маркизы де Эгей! Что ни день — то драку с гостями учинят, то яду кому из родных подсыплют, то пажа юного в сенях прижмут. Те еще распутники! Мне их призрак рассказывал, — похвастался прозрачный доносчик.
— Что ж, спасибо за службу, — искренне поблагодарила я.
— А кого ты мне на этот раз привела? — завертелся от нетерпения призрак.
— Мальчика или девочку? Только, чур, не ту грузную старушенцию, как в прошлый раз!
— Чего? — удивилась я.
— Ну в кого мне вселяться-то? — нетерпеливо переспросил призрак. — Не в службу, а в дружбу. Я тебе — все новости, ты мне — временное тело. Эх, давненько я уже не пил винца и не щипал служанок! Только одна радость в жизни и осталась. Время от времени снова почувствовать себя человеком из плоти и крови, с желудком и… Ну ты понимаешь. — Он смущенно хихикнул.
— Э… Понимаешь, боюсь, ничего не получится…
— А уговор?! — разочарованно взревел призрак.
— …сегодня! — поспешно уточнила я. — Но уговор остается в силе, все непременно будет. Просто те двое, которых я тебе подобрала в качестве тела, они что-то сплоховали.
Парень перепил и от корыта все утро не отходит. Вряд ли тебе понравится столь зеленый оттенок кожи и столь отвратное физическое состояние. А девицу я тебе и предлагать стесняюсь — у нее как раз начались женские недомогания. Тут уж не до вина, не до любви.
— А, ну если так, — грустно согласился призрак. — Тогда я подожду. Раз такое дело. Ты же меня никогда раньше не обманывала.
— На обратном пути, — клятвенно соврала я. — Мы непременно заедем в замок на обратном пути, и я исполню наш уговор.
Теперь оставалось поговорить с Полли и найти герцогиню.
Первое оказалось весьма проблематичным: служанку видели то тут, то там, и она оказалась просто неуловимой.
Судя по скорости ее передвижения по замку, служанкой она была весьма трудолюбивой и расторопной…
Мне так и не удалось переговорить с ней наедине. Полли я увидела только за ужином, когда вся семья, включая неожиданных гостей, собралась за столом.
Похитительница деревянного половника и прохудившегося полотенца оказалась худенькой, как тростинка, милой девушкой в белом чепчике. Одета она была в простое серое платье, под стать монашке, и лишь приколотая к воротничку брошка в виде бабочки, крыльями которой служили разноцветные стекляшки, оживляла картину.
Отправляя в рот кусочки нежной дичи, я внимательно следила за действиями служанки, менявшей приборы и подносившей новые блюда. Призрак призраком, но мне нужны подлинные доказательства! Вскоре появились и они.
Юная Николь неосмотрительно положила носовой платок на край стола. И кружевной лоскут ткани с вышитой анаграммой НС не замедлил исчезнуть в кармашке фартука служанки. Разведка не обманула. Пора приступать к разоблачению преступников.
Полли было по-человечески жалко, но и покрывать я ее не могла. Не скажу сейчас — завтра в замке пропадет худой ночной горшок, и вместе с ним прохудится моя магическая репутация, когда герцогиня растреплет по великосветским подружкам, что Селена не справляется с обязанностями. А кто знает, сколько мне здесь еще сидеть? Может, те времена, когда настоящая Селена будет расхлебывать то, что я за все это время напортачила, и не придут, и всех собак повесят на меня? Останусь я, волшебница, безработная. А на мне ведь весь замок висит! Мне без работы никак нельзя.
В конце концов, не так уж велика вина служанки. Вынесут выговор с отметкой в трудовой книжке — и всего делов! Не выгонять же бедолагу на улицу? А вот мерзкую бабищу, по недоразумению заделавшуюся няней, вместо того чтобы грабить простачков на большой дороге, давно пора выставить за дверь. Хотя страшно будет потом по дорогам-то ездить.
— Прекрасная птица, — подала голос я, прерывая пустую болтовню герцогини и дочки.
Дамы нехотя прервались и с неудовольствием воззрились на меня.
Дамы нехотя прервались и с неудовольствием воззрились на меня.
— Вы разыскали вора? — встрепенулся хозяин замка.
— Увы, — качнула головой я.
В глазах герцогини зажглись злорадные огоньки, похоже, это был первый случай, когда волшебница не справилась с заданием, и даме не терпелось разродиться монологом на тему «Все маги — шарлатаны!».
Но злорадство герцогини было недолгим. Отпив глоток вина, бросив в рот пару виноградинок и выдержав театральную паузу, я продолжила:
— В замке орудует не один вор. Их двое.
Полли, прислуживающая за столом, едва не опрокинула соус на кружевное жабо герцога. Преступная няня продолжала невозмутимо жевать окорок. Все остальные замерли в ожидании разоблачения.
— Леди Николь, где ваш носовой платок? — обратилась я к дочери герцогини.
— Пропал! — ахнула юная растяпа. — Где же он, в самом деле?
— Спросите Полли, — коротко ответила я, продолжая кромсать ножом нежную курочку.
— Полли? — пророкотала герцогиня.
— Полли? — изумился ее муж.
— Полли! Мерзавка! — взвизгнула ее дочь. — А ну отдай!
