— Я понял, — поспешно сказал богатырь. — А скажи, колдодей, оживить ты его смог бы?
— Ну, в принципе, если сразу, да при наличии… а зачем тебе?
— Мечтал ему врезать, пока висел, — сознался Хреногор.
— А скажи, колдодей, оживить ты его смог бы?
— Ну, в принципе, если сразу, да при наличии… а зачем тебе?
— Мечтал ему врезать, пока висел, — сознался Хреногор. — А вот не сложилось. Как-то обидно, понимаешь? Будто обманули меня или украли что-то.
— Или потерял, — предложил я, но богатырь помощь отверг.
— Когда потерял, не обидно. Легко пришло, легко ушло.
И замолчал.
— А что во втором застенке? — поинтересовался я. — Который замуровали?
— Он не знал, — ответил Унорас. — То ли что-то страшное, вроде квинтограммы с демоном, то ли что-то важное, например, архив нигромантов. Хотелось бы руку приложить, но не до того сейчас, спасться надо, пока бой не закончился…
Безумная пляска паверы продолжалась, ничто не указывало на то, что она прекратится. Но чарун был прав — следовало спешить. Десятки рук уже исступленно разбирают завал, а мы здесь, как в ловушке. Только вот еще. Здесь Унорас ничего нам сделать не сможет, павера блокируется чарами нигромантов. А выйдя из темницы, да с котом в руках, не превратит ли дядька нас в красивые ледяные скульптуры, большие головешки или, еще хуже, в царевен-лягушек? Надо бы переговорить на эту тему. Прямо сейчас, пока дверь еще не открыта.
— Как продвигаются работы? — Умелец Шахр ничем не выказывал тревоги, будто бы и дела ему не было до осадивших дом сотен колдодеев.
— Завал разобран примерно на половину, — доложила Забава. — Шли бы быстрее, но Умелец Кенег приказал проецировать мост в резиденцию Ордена. На случай, если артефакт достать не удастся.
— Перестраховщик, — недовольно буркнул Шахр. — Деваться им из темницы некуда, а с захватом артефакта расклад сил поменялся бы мгновенно. Ладно, сейчас не до споров, продолжайте выполнять оба задания. Что там был за грохот?
— Это не у нас, — отказалась Забава. — Это внизу, в темнице.
— Не нравится мне это, — нахмурился Шахр. — Не продолжают ли они проход заваливать? Возможно такое?
— Возможно, — легко согласилась Забава. — Но надолго их не хватит. У нас големы работают на оттаскивании тяжестей, они не устают. А как пройдем лестницу, ускоримся, там места больше, подход удобнее. Главное, чтобы нас не продавили снаружи.
— Мы хорошо подготовлены, — улыбнулся, наконец, Умелец. — И у нас есть, чем еще удивить как Светлых, так и Темных. Мы продержимся столько, сколько будет надо. И еще немного сверх того — чтобы похоронить всех врагов.
— Тебе артефакт все равно ни к чему, — дядька Унорас как-то сгорбился, сразу став меньше ростом. — Овладеть им в полной мере ты не сможешь, и защитить его от жадных рук не сможешь тоже. На одном месте долго оставаться будет нельзя, след виден будет, чаровать что-то серьезное тоже — рано или поздно засекут. Так и будешь бегать всю свою недолгую жизнь. Нравится тебе перспектива?
Перспектива мне не нравилась. Даже с учетом того, что бегать я буду в собственной избушке на лягушачьих ножках (а чем хуже куриных, по вкусу похожи, да еще и по болоту пройти позволят), будущего разного рода колдодеи мне не оставили бы. Рано или поздно найдут, кота отнимут, меня прибьют. Со злости, что заставил побегать, проделают это особенно долго и болезненно. Не, не согласный я!
— Что ты предлагаешь? — спокойно спросил богатырь.
— Находим убежище, ты отдаешь мне кота, я переливаю чары и мощь из него в более подходящую емкость.
— Находим убежище, ты отдаешь мне кота, я переливаю чары и мощь из него в более подходящую емкость. Скажем, в кольцо. На скорую руку, конечно, с большими потерями, но зато я сумею сделать быстро, пока остальные не спохватились. Ну, а в награду — половину мира и блюдечко сметаны для кота. Тебе ведь хватит половины?
Едва не пошутил, что хочу весь. Вовремя опомнился, чаруны в подобных делах шуток понимать не пробуют даже. Нет, язычок лучше на время прикусить.
— А если я хочу весь? — богатырям закон не писан, у них устав есть. Богатырский. С картинками.
— А как же справедливость? — умный дядька, сразу видно. Дураков в Темные Лорды не берут, это точно. Хреногор сразу увял и задумался. Сейчас Унорас добавит, что Превеликий заповедал делиться, и тепленьким можно брать.
— А Превеликий велел делиться, — добил смущенного богатыря колдодей. Какой я умный! Хоть сейчас в Темные Лорды! — Нигромантов кто, если не я, к ногтю прижмет? В конце концов, я этот артефакт сделал, он мой по праву!
— Какие гарантии, что ты нас не прикончишь, едва выйдем из застенка? — нет, не справедлив я к Хреногору. О главном добрый молодец не забывает.
— Клятва, — пожал плечами дядька Унорас. — Существует единая для всех чарунов клятва, нарушить которую невозможно. Знаете такую?
Я знал. Бабушка, как чувствовала, что свяжусь с подозрительными колдодеями, заставила вызубрить слова. И не зря — Унорас два раза пытался подменить слова.
Темный есть темный, что тут скажешь.
Леди Иллиара была в недоумении. Нигромантов было куда меньше, они были значительно слабее — и тем не менее, объединенные силы Светлых и Темных не могли продвинуться ни на шаг. Все чары вязли в плотной защите, а контратаки были столь дерзки и неожиданны, что стоило больших трудовпарировать их без потерь. То, что происходило, напоминало скорее не чарунскую дуэль, не колдодейский бой, а осаду мощной, хорошо защищенной во всех планах крепости. Враг дейстивельно хорошо подготовился, несмотря на все усилия, добиться хоть малейшего перевеса не удалось. Было очевидно, что адепты Нигредо предполагали возможность конфронтации, и хорошо к ней подготовились. Может быть, даже вымели подчистую все хранилища артефактов ради своей цели. Какой? Тут вариантов быть не может — конечно же, нигроманты нацелились на кота. Они могли видеть будущее, что неоднократно уже доказывали. Смутно, неясно — но могли.
— Плохо дело, — вздохнул неслышно подошедший Лорд Тапах, — Без большой крови нам их не одолеть. А людишек жалко.
Иллиара окинула взглядом окрестности. Кододейский бой не мог не сказаться на Чистом Квартале. Часть домом лежала в развалинах, иные горели. Толпы людей в панике покидали жилища, попадать под выяснение колдодейских отношений никому не хотелось. Погибших тоже хватало, и убитых на месте мгновенным заклинанием, и погребенных под обломками, и сгоревших заживо.
— Я про нашу свиту, — поспешно поправился Тапах.
С точки зрения Иллиары, он был неплохим человеком, умным, энергичным, увлекающимся. Но — Темным. Человеческие жизни его нисколько не заботили.
— Радость моя, — правильно истолковал ее взгляд Темный. — Чтобы покончить с Нигредо, я без колебаний сожгу хоть весь город. И потомки погибших скажут мне за это спасибо… если сами останутся в живых. Нигроманты — угроза для всех из нас. Они непонятны, чужды этому миру.
— Но простые люди… — начала Иллиара.
— Не любят и боятся их еще больше, чем нас, — закончил Лорд.
— Не любят и боятся их еще больше, чем нас, — закончил Лорд. — Методы, которыми наши, с позволения сказать, коллеги пользуются, неизучены и опасны. Разрыв тени в Боготме, вызов Высшего демона в Карлагре, предотвращенный нами жертвенный портал в Топорянске — разве мало? Боготмы больше не существует, а в Карлагре нет людей — при всей их мощи, нигроманты практически лишены ответсвенности. И если к ним попадет артефакт Унораса…
