Крепко пожалел слуга Гиера о содеянном, но но перевязать обратно Нити Судьбы, сотканные богами.
В одном лишь убедился он: Регард не только по крови сын Кровавого Властелина, но и по духу его.
— Сэр, мы потеряли их, — доложил капитан.
— М?да, — разочарованно хмыкнул граф Алассия, — и ничего не сделаешь. Вот скажите, капитан, почему, когда стараешься поступать более?менее благородно, все получается через ж…
— Не так, как хотелось бы? — участливо подсказал рыцарь.
— Да, именно что не так… — кивнул потомок древнего рода, — как хотелось бы… — И замолчал.
Возникла неловкая пауза. Недолго помолчав, Алассия поднял голову и, встретившись глазами с рыцарем, не выдержал и громко расхохотался.
— Что предлагаете, капитан? — отсмеявшись, вытер выступившие слезы граф. Видя замешательство солдата, он покровительственно улыбнулся: — Все в порядке, говорите.
— Сэр, ваши люди пойдут за вами хоть на край света, если на то будет ваша воля. Но здесь мы можем нарваться на патрули «золотых»…
— Продолжайте.
— Если опустить этот риск, то я бы предложил выйти на Западную дорогу. Другого пути к столице просто нет.
— Болота… — удовлетворенно кивнул граф. — Что ж, можно и рискнуть. Полагаю, если наши друзья еще и не вышли на орков, то рандеву должно вот?вот состояться. Так что мы будем как нельзя вовремя.
— Простите, сэр… — закашлялся солдат.
— Что? — недоуменно нахмурился Алассия.
— Наш отряд, сэр. Половина наших солдат без лошадей…
— Знаю, — поморщился граф, — попробуем найти их в первом же ближайшем поселении. Или лучше вот что! Сколько до той деревни? День пути или больше?
— Где?то так. Вы хотите отправиться туда за лошадьми? Вряд ли у крестьян будет такое количество.
— А что делать! Хоть сколько. Отправьте пятерых конных, они нагонят нас позже.
— Осмелюсь предложить, сэр. — Получив молчаливое разрешение, капитан продолжил: — Насколько я помню, здесь недалеко есть деревушка. Одна из так называемых лесных. Можно заглянуть туда. Это недалеко.
Вакарочка подошла ко мне первой. Я было аж запел при этом, но вовремя сдержался, умудрившись принять умный вид. Как мамуля учила — усталый и равнодушный. Дескать, «муж полон дум и забот, и с вами, дурами, только время терять». Мамочка говорила, что такой тип морды лица обычно привлекает простушек из деревенско?городских местностей и даже породистых дамочек из дворцов и замков.
— Хочу спасибо сказать… — начала она, покусывая рассеченную губу.
— Хочешь — скажи, — пожал я плечами.
— Спасибо.
— Пожалуйста.
Вот и поговорили. Мы стояли и смотрели друг на друга, прямо как тогда Ватгиль на Йавиэвэн в далеком прошлом в Талат?Галене. Точнее, глазел я, а наемница слегка покачивалась, держась за бок.
— Ну… я пойду? — наконец решилась она.
— Иди… — не то равнодушно, не то с сожалением кивнул я в ответ.
Когда Рысь, развернувшись, сделала первые два шага, я, не выдержав, мысленно послал подальше все мамулины поучения и наказы и стремглав бросился за ней вслед.
— Марга! Подожди, пожалуйста! — Она обернулась. Я подлетел, чуть не сбив ее наземь. — Это… это… — язык предательски запнулся, замер, и готовые слететь слова зависли над поляной стоянки.
— Что? — На меня смотрели усталые девичьи глаза. — Ты хочешь мне что?то сказать, Лукка?
— Да… — Я, замявшись, начал по своему обыкновению носком сапога ковырять в земле ямку.
— Понимаешь, Марга. Я здесь подумал и решил, что… Короче, какие у тебя планы на ближайшее будущее? — начал я издалека.
— Планы? Ты имеешь в виду после этого дела? Вернуться в Фэн?Гиау, отдохнуть и, если повезет, наняться для следующего задания. Вот, например, ходят слухи, что через пару?тройку недель королева Улаи собирается нанять отчаянных молодцов для внеочередной заварушки. Если оплата будет подходящей, то наймусь с большим удовольствием. А что ты спрашиваешь? Есть какое?либо предложение? С интересом выслушаю.
— А тебе никогда не приходило в голову, — я маленько опешил от такого ответа, — попробовать более спокойной жизни?
— Это что?то вроде как выйти замуж, обзавестись детьми, курами и пузаном?мужем? А заодно самой заплыть жиром?
— Ты еще пару телят забыла… — в полном ступоре теперь уже из?за вышеуслышанного промямлил я.
— Каких еще телят? — непонимающе тряхнула головой воительница.
— Телочку и бычка. Для начала.
— Лукка, милый, ну что ты несешь?! Какие бычки и телочки! Ты только представь меня в каком?нибудь облезлом разваленном сарае…
— Неправда, я неплохо строю… — попытался я было возразить, но Марга, похоже, уже не слушала.
— … вся в навозе, дергающая дойки паршивой, еле передвигающей ноги коровы…
— Никакие они у нас не голодные, а тем более паршивые. И вообще: все от хозяйки зависит.
— … корячащаяся с необструганной, вечно разваливающейся мотыгой на кое?как взошедших грядках…
— В наших краях делают хороший инструмент, дед Архи научил.
— … колющая дрова на пронизывающем насквозь ветру, чтобы не околеть зимой от холода…
— Согласен, зимы у нас и вправду холодноваты, но кто сказал, что я не смогу заготовить топливо для зимовки?
— … и каждый раз прятаться от пьяного мужа, когда нелегкая, наконец, занесет его домой…
— Я решил бросить пить.
— … дрожать над своими детьми, одеты ли они, сыты и здоровы, и будет ли что поесть им завтра…
— Я буду хорошим отцом.
— Кого? — вдруг остановилась она.
— А? Что? — вроде как ничего не понимая, остановился и я. — Марга, а почему ты в наемники подалась? — С таким жизненным опытом она просто рождена быть женой тролля из Вечной Долины.
Только один вопрос еще тревожил меня: она ринулась в наемнический омут себе подходящего мужичка (то есть меня!) сыскать или на то были совсем другие причины?
— Таких, как я, — со злостью сказала она, — на дорогу войны привела ее родная семья! Все мое детство состояло из вечно пьяного отца и неразгибающейся в поле матери. И все годы мне твердили, что и я буду жить так же, ибо другой судьбы у меня просто не может быть. И однажды я сказала себе: лучше рискнуть погибнуть от меча или стрелы в бою и добыть себе лучшую долю, чем сдохнуть от побоев страдающего похмельем мужа!
— Я так и думал! — искренне согласился я. — «Да, милая, не повезло тебе уродиться не в нашей деревне».
— Лукка, а почему ты спрашиваешь обо всем этом? — вдруг нахмурилась Марга.
Я решил пока не говорить о своих истинных намерениях. Пока…
— Пожалуйста, не обижайся, но на какое?то мгновение мне показалось… Я повторяю: показалось! что ты будешь великолепно смотреться у детской кроватки с маленьким на руках.
И с чего Рысь только хмыкнула?
Вот и не случилось того, что в миру называют непонятным для меня, но таким таинственным и волнующим душу словом «любовь».
И с чего Рысь только хмыкнула?
Вот и не случилось того, что в миру называют непонятным для меня, но таким таинственным и волнующим душу словом «любовь». И, оказавшись на грани полного краха своих сердечных мучений, я поспешил обратиться за советом и состраданием к бор?Оту.
— Учитель Айдо, — вежливо ткнулся я в него, — жизни научить обещали.
— Обещал, значит, научу, — не то обреченно, не то с готовностью подтвердил мастер.
Для занятий мы выбрали маленькую опушку недалеко от лагеря, и на закате, под щебетание пташек я и получил свой первый урок.
