— Я не сказал вам и не звонил, потому что не хотел, чтоб они знали.
— Они? — Это слово, казалось, повисло в воздухе. — Кого конкретно вы имеете в виду, доктор Мант?
Он выглядел очень прозаично, когда вот так курил, скрестив ноги, с нависшим над ремнем круглым брюшком.
— Понятия не имею, кто они, но они, определенно, знают, кто мы. Это-то меня и пугает. Я могу вам точно сказать, когда это началось. Тринадцатого октября. Вы, возможно, помните тот случай, а может, и нет.
Я не представляла, о чем он говорит.
— Ну, ВМС делали вскрытие, потому что на их базе в Норфолке имел место несчастный случай с летальным исходом.
— Человек, которого случайно задавило в сухом доке? — Я начинала что-то смутно припоминать.
— Он самый.
— Вы правы. Но это был случай ВМС, а не наш, — сказала я, уже начиная догадываться, что будет дальше. — Расскажите, какое отношение это имеет к нам.
— Видите ли, спасатели допустили ошибку, — продолжил Мант. — Вместо того чтобы переправить тело в Портсмутский госпиталь ВМС, как и полагалось, они привезли его в мой офис, а юный Дэнни ничего не знал. Он начал брать образцы крови, делать записи и все такое прочее и в процессе обнаружил кое-что необычное среди личных вещей покойного.
До меня дошло, что Мант ничего не знает про Дэнни.
— У жертвы с собой была холщовая сумка, — продолжал он. — И спасатели просто положили ее сверху на тело и накрыли все простыней. При всем ее плохом состоянии, полагаю, им не пришло в голову, что мы не будем иметь ни малейшего понятия кое о чем.
— О чем?
— У этого парня был экземпляр весьма дурной библии, которая, как я потом узнал, связана с неким культом. Неосионисты. Это была совершенно жуткая книга, в ней описывались в подробностях пытки, убийства и прочие ужасы. Просто какой-то кошмар, на мой взгляд.
— Она называлась «Книга Хэнда»? — спросила я.
— Ну да. — Глаза его загорелись. — Действительно, именно так она и называлась.
— В черном кожаном переплете?
— Да, мне кажется. Но, как ни странно, пропечатанное на ней имя не было именем покойного. Шапиро или как-то так.
— Дуэйн Шапиро.
— Конечно. Значит, вы уже знаете об этом.
— Я знаю о книге, но не знаю, почему она оказалась у того человека, потому что его явно звали вовсе не Дуэйн Шапиро.
Доктор Мант потер лицо, вспоминая.
— Кажется, его звали Картлет.
— Но он мог быть убийцей Дуэйна Шапиро, — предположила я. — Вот как книга могла оказаться у него.
Мант ничего не ответил мне.
— Когда я понял, что в нашем морге «чужой» случай, случай ВМС, то велел Дэнни переправить тело в Портсмут.
— Когда я понял, что в нашем морге «чужой» случай, случай ВМС, то велел Дэнни переправить тело в Портсмут. Ясное дело, личные вещи бедняги должны были отправиться вместе с ним.
— Но Дэнни оставил книгу себе, — сказала я.
— Боюсь, что так. — Он наклонился вперед и раздавил окурок в пепельнице на журнальном столике.
— Зачем он это сделал?
— Я как-то вошел к нему, увидел ее и спросил, для чего, ради всего святого, она ему понадобилась. Дэнни объяснил, что, поскольку на книге стоит имя другого человека, он подумал, что она могла оказаться на месте происшествия случайно. Возможно, сумка тоже принадлежала кому-то еще. — Доктор Мант помолчал. — Видите ли, он, в сущности, все еще новичок и, думаю, просто совершил оплошность.
— Скажите мне вот что. Никто из репортеров не звонил и не приходил в офис примерно в то же самое время? К примеру, никто не интересовался задавленным насмерть мужчиной на верфи?
— Ну, да. Приходил мистер Эддингс. Я помню, потому что он довольно придирчиво расспрашивал обо всех подробностях, что немного меня озадачило. Насколько мне известно, он никогда не писал ни о чем таком.
— Дэнни не разговаривал с Эддингсом?
Мант задумался, устремив взгляд в пространство.
— Сдается мне, я и в самом деле видел, как они разговаривали. Но юный Дэнни наверняка не настолько глуп, чтобы делиться с ним.
— А не мог он отдать Эддингсу книгу, если предположить, что тот собирал материал о неосионистах?
— Ну, вообще-то я не знаю. Ту книгу я больше не видел и решил, что Дэнни вернул ее ВМС. Как он, кстати? Как колено? Знаете, я звал его Попрыгунчиком. — Он рассмеялся.
Но я не ответила на его вопрос и даже не улыбнулась.
— Расскажите, что было потом. Почему вы начали бояться?
— Стали происходить какие-то странные вещи. Всякие неприятности. Я чувствовал, что за мной следят. Заведующий, как вы помните, внезапно уволился, толком ничего не объяснив. А однажды, придя на стоянку, я увидел, что все лобовое стекло моей машины в крови. Я отнес образец крови на анализ в лабораторию, и это оказалась кровь животного. Точнее говоря, коровы.
— Полагаю, вы знакомы с детективом Рошем? — спросила я.
— К сожалению. У меня не лежала к нему душа.
— Он никогда не пытался выудить у вас информацию?
— Заходил несколько раз. Не на вскрытия, конечно. Для этого у него кишка тонка.
— А что он хотел узнать?
— Ну, мы говорили о той смерти в доке. У него были вопросы.
— Он не спрашивал про личные вещи? Про сумку, которая по оплошности попала в морг вместе с телом?
Мант напрягся, пытаясь вспомнить.
— Сейчас, когда вы подстегиваете эту жалкую клячу, мою память, я, кажется, припоминаю, что он и вправду спрашивал про сумку. И я, кажется, направил его к Дэнни.
— Что ж, Дэнни явно ему ничего не отдал, — вслух подумала я. Или, по крайней мере, не книгу, потому что она потом снова всплыла во всей этой истории.
Больше я ничего не сказала Манту, потому что не хотела расстраивать его.
— Та чертова книга, должно быть, ужасно важна для кого-то, — задумчиво проговорил Мант.
Я помолчала, пока он снова закуривал. Потом спросила:
— Почему вы не рассказали мне? Почему просто сбежали, не сказав ни слова?
— Откровенно говоря, не хотелось втягивать в это еще и вас. Да и выглядело это довольно фантастично. — Доктор Мант заколебался, и я видела по его лицу, что он чувствует, что в его отсутствие случилось что-то нехорошее. — Доктор Скарпетта, я уже не молод.
Хочу спокойно доработать до пенсии.
Я не хотела критиковать его, потому что понимала, что он сделал это не от хорошей жизни. Я совершенно не винила Манта и, более того, была рада, что он вовремя сбежал, ибо, тем самым, вероятно, спас себе жизнь. По иронии судьбы он не знал ничего важного, и если бы его убили, это было бы совершенно бессмысленно, как было бессмысленно и убийство Дэнни.
Потом я рассказала ему правду, старательно отодвигая в сторону воспоминания о коленной скобе, такой же ярко-красной, как вытекающая из тела Дэнни кровь, и листьях, и мусоре, прилипших к окровавленным волосам парня. Я помнила ослепительную улыбку Дэнни и никогда не забуду маленькую белую сумку, которую он вынес из кафе на холме, где полночи лаяла собака. В моей памяти навсегда останется печаль и страх в его глазах, когда он помогал мне с телом Теда Эддингса, которого, как я теперь понимаю, он знал. Эти двое молодых людей невольно подвели друг друга на шаг ближе к смерти.
— Господи помилуй, бедный мальчик, — только и смог вымолвить Мант.
Он прикрыл глаза платком и, когда я уходила, все еще плакал.
15
Мы вылетели в Нью-Йорк тем же вечером и прибыли раньше расчетного времени благодаря сильному, в сто с лишним узлов, попутному ветру. Быстро прошли таможенный контроль, забрали багаж и рейсовым автобусом доехали до частного аэропорта, где нас уже ждал «лирджет».
