— Ты и там успел мне нагадить! Я почему-то так сразу подумал, что это ты, а не Терп. Тот, как я узнал, болтался на Земле последние лет пятьдесят безвылазно. — Губы Инглемаза продолжали растягиваться в улыбке, приоткрывая ровные зубы.
Лис присмотрелся, невольно пытаясь заметить в этих зубах что-то хищное, соответствующее образу злобного негодяя, но ничего не увидел. Хорошие красивые зубы, приятное, если отрешиться от выражения, даже красивое, лицо. Все Творцы, которых он видел не были некрасивыми, ведь и того же истерика Нимрата никак нельзя было назвать уродом. Они неплохо поработали над своей внешностью. В человеке (в Творце!) всё должно быть прекрасно, но, конечно, труднее всего добиться прекрасных мыслей…
— Признаю, что недооценил тебя, — продолжал Инглемаз, — но постараюсь больше не давать тебе ни одного шанса: я уже понял, насколько ты опасен.
Лис пожал плечами:
— Сейчас я пришёл к тебе сам, у меня на то есть причина. Но, кстати, мне не вполне понятно: что, тогда, в первую нашу встречу, у тебя не было других способов выбраться с Земли?
— Представь себе, не было, почти не было. Сварог наступал мне на пятки, тогда он уже понял, какую допустил ошибку, оставив меня в живых. Я бы так никогда не поступил, а он решил доставить мне самое сильно унижение, бросив скитаться по Земле абсолютно без возможностей вернуться в какой-либо мир Творцов. По крайней мере, он так думал. Он был уверен, что я сгину на Земле, отрезанный от иных миров, от того, что имею.
— Так же, как и ты был уверен, что я сгину в мире Терпа, — вставил Лис. — Но что же ты имел против него в запасе?
— Так получилось, что я один знал, где спрятаны остатки шаров, причём не пустых шаров, а содержащих разумы шаровиков. И я решил их использовать. Это была значительная сила, если… — Инглемаз немного замялся, — её выпустить на свободу.
— По-моему, ты, действительно выпустил джина из бутылки, — уточнил Лис.
— Может быть, — сказал Инглемаз таким тоном, что Лис подумал, а нет ли у него уже проблем в отношениях с шаровиками. — Но это был тогда мой единственный шанс. Я решил, что буду господствовать над Землёй. Я понял, что Земля — это действительно очень перспективный мир, отличающийся от изначального мира Творцов, и я должен любой ценой сделать его своим. Кроме того, мне необходимо было уничтожить Сварога, особенно, когда я понял, что он захватил какое-то неизвестное оборудование, и решил, что может распоряжаться им один. Я, в свою очередь решил, что отберу у него это.
— Ну, да, — кивнул Лис, — как же это так получилось, что что-то досталось кому-то, но не тебе? Откуда такая примитивная логика?
Инглемаз секунду-другую смотрел на Лиса.
— Ты можешь сколько угодно иронизировать, ванвир, но ты ничего не понимаешь. Я смогу лучше направить развитие этого мира. Со временем я сделаю так, что объединю Землю под единым правлением, я встану во главе всей планеты.
Со временем я сделаю так, что объединю Землю под единым правлением, я встану во главе всей планеты.
Лис чуть не расхохотался. Да у него диктаторские замашки, не удивительно, что ему нравилось в Древнем Риме! Но подобные личности иногда бывают излишне болтливы, их просто тянет изложить свои взгляды и идеи так, что они теряют чувство меры.
— Ты что, собирался управлять Землёй открыто? Как император? Но как ты можешь рассчитывать на полное подчинение шаровиков в такой ситуации?
Последний вопрос Лис задал специально для того, чтобы лишний раз проверить намерения Инглемаза относительно своих нынешних подручных.
— При чём тут шаровики? — Инглемаз махнул рукой. — Они нужны мне до поры до времени. Они не способны почитать правителя так, как это могут люди…
«Ну, тут, ты, милый, как ни странно, заблуждаешься», — подумал Лис. Столько лет на свете прожил, столько, казалось, видел, и как можешь не учитываешь, что люди умеют не только почитать, но и в грязь втаптывать. Причём, что интересно, именно тех, кто собирается нести, якобы, добро, да ещё и силой, в конце концов, будут втаптывать с особым удовольствием. А в первых рядах втаптывающих будут, в конце концов, самые ярые почитатели. Как же ты собрался управлять, император «всея Земли»?
— Я стану правителем, — продолжал Инглемаз, — который прекратит войны на планете, спасёт от голода, будет вести целенаправленную демографическую политику. Земля перенаселена, ресурсы для современной человеческой промышленности истощаются, экология подорвана, скоро действительно здесь станет нечего жрать. Уже скоро, скоро люди готовы будут лизать пятки тому, кто спасёт их от надвигающихся ужасов техногенных и экологических катастроф. Это всё, конечно, из-за того, что когда-то Творцы задали такую короткую продолжительность жизни здесь, но это-то сейчас и работает на мою идею! Если бы люди жили дольше, цивилизация развивалась значительно медленнее, населения было бы меньше, и ситуация сейчас была бы совсем иная. Кроме того, стараниями опять же этих паршивых экспериментаторов здесь сформировалось слишком много разных народов и рас. Они уже сейчас грызут глотки друг другу, как на уровне отдельных людей, так и государств. В скором времени будет не избежать массовых войн за очередной передел мира. Конечно, если бы они открыли возможности космических перелётов…
— Но земляне вышли в космос, — возразил Лис.
— Это не то! — махнул рукой Инглемаз. — На керосиновых ракетах! Я имею в виду межзвёздные перелёты.
— А я слышал от некоторых Творцов, что вообще местная цивилизация развивается очень быстро.
— В этом они правы — слишком, слишком быстро, но и слишком сильны диспропорции развития! Это, чтобы ты понял, как автомобиль, у которого двигатель едет быстрее кузова — он разваливается.
— Очень образно, — кивнул Лис. — Спасибо.
— Земляне расплодились, загрязнили окружающую среду своими варварскими технологиями, — продолжал Инглемаз, не отреагировав на замечание Лиса. — Вот, повторяю, если бы они вышли в дальний космос, то их экспансия и агрессивность направилась бы во вне, а так они скоро задохнутся на планете, которая стала им слишком мала.
— И ты, стало быть, дашь землянам выход?
— Да! — почти воскликнул Инглемаз. — Но чтобы они лучше осознали ценность подарка, его нужно сделать в критической ситуации. В тысячекратном размере подаёт тот, кто подаёт настолько вовремя. А для начала я усугублю здешний кошмар, а потом они будут молиться мне, как избавителю. Я доведу цивилизацию до упадка и хаоса, а потом приду как спаситель, указывающий путь. Я дам им настоящие технологии и открою пути к звёздам с загаженной химией и радиацией планеты.
Мне будут поклоняться как богу! А я для них таковым и буду!
— Ты думаешь, люди, которым ты дашь звездолёты и прочие подобные штучки, поверят в высшее существо в твоём облике? Не ожидал, что ты такой фантазёр!
— Ты слишком мало понимаешь, чтобы оценить мои планы! — высокомерно сказал Инглемаз. — Есть множество способов решить данную задачу. Я буду строго дозировать знания. Да, они будут пользоваться каким-то устройствами, но это не значит, что они смогут их сделать. Ты пользовался гравилётами в мире Терпа, но ты же не сможешь их воспроизвести! В общем, это моя забота.
