Мужчина захохотал:
— А ты, парень, ничего, напоминаешь одного моего приятеля, с юмором!
— Что ещё остаётся? — усмехнулся Лис. — Повеситься мне теперь, что ли?
— Ну, точно я говорю, ты прямо как Фрэнки! Был у меня во взводе Фрэнки Голдмейер. Вьетконговцы нас минами забрасывают, а он сидит, курит в окопе. Я ему говорю: «Ложись!», а он мне: «Э-э, сержант, если мина влетит прямо в окоп, то какая разница, сижу я или лежу? А лёжа я не курю.»
— Ого, — Лис понял, что его второе предположение оказалось правильным, — так ты, значит, американец?
— Ну, да! — кивнул мужчина. — Знаешь, хоть ты и ворвался ко мне в деревню, но я рад встретить европейца. Больше четверти века тут околачиваюсь. Эти, — Он кивнул за окно, — ребята ничего, даже вождём меня избрали за особые заслуги, но, говоря по правде, рожи их так надоели! Так что, хоть ты и напал на нас, но — будем знакомы: сержант Филип Джеймс, третья бригада морской пехоты США.
— Джеймс — это фамилия? — уточнил Лис.
— Точно, — кивнул сержант. — Меня всегда переспрашивали, где имя, а где фамилия. Но это там, на Земле.
Здоровой правой рукой Лис пожал протянутую руку сержанта, лихорадочно обдумывая, как себя вести, и тоже представился своим «мирским», так сказать, именем.
— Как-как? — переспросил Филип, несколько перевирая фамилию. — Дом-ра-тчев? Бог-дан? Ты что, русский? Я ещё и подумал, что это русское оружие: надписи туту, вроде, по-русски. — Он похлопал по пистолету за поясом. — Слушай, что там, на Земле, как? Кто кого сейчас трахает?
Очевидно, он имел в виду противостояние Америки и Советского Союза времён холодной войны.
— По-моему, там все только и норовят сделать друг с другом это самое, — ответил Лис.
Филип снова захохотал, типично по-американски.
— Ничего, значит, не изменилось. Ладно, пойдём, поговорим. Он что-то крикнул в дверь на визгливом наречии аборигенов и вбежавший почти чёрный человечек расклепал цепь. Лис осторожно встал на ноги, придерживая раненую руку. Подумав, он пришёл к выводу, что рассказать, видимо, придётся, в основном правду, поскольку никакой правдоподобной брехни в голову не лезло. Если бы он, конечно, знал историю сержанта, то можно было что-то придумать, а так…
— Учти, — сказал Филип, как бы угадывая его мысли, — ты на меня напал, поэтому ты рассказываешь первый!
— Я напал не на тебя, — вздохнул Лис. — Если бы я знал, что здесь вождём землянин, то нашёл бы способ получше стрельбы. Но твои люди захватили моих друзей, которых я спасаю. Они целы?
— Так-так, интересно, так те, кого захватили мои воины, тебе знакомы? — тон Филипа стал жёстче.
— А что такое? — спросил Лис.
— А что такое? — спросил Лис. — Что они тебе сделали? Они же попали сюда даже без оружия!
— Про бабу я не говорю, хороша, стерва, но её я вижу в первый раз, а вот мужик мне знаком, и если это твой друг… А откуда ты, русский, его знаешь?
— А при чём тут русский? — удивился Лис. — Что этот мужик тебе успел сделать?
— Ладно, объясню, почему мне не нравится ваше знакомство, и послушаю, что ты на это ответишь, но сначала пошли в гостиную, если уж идём, — махнул рукой американец. — Ты, наверное, не откажешься выпить?
— Не то слово, — сказал Лис, соображая, что за связь может быть у Терпа с затерянным в Недоделанном мире сержантом армии США времён Вьетнамской войны. — Но ты мне не ответил: с моими друзьями всё в порядке?
— Да в порядке они, в порядке, — кивнул Филип. — А познакомился я с мужиком аж лет десять тому назад, здесь уже. Встретил его у Блестящей пирамиды и захватил врасплох. Он был в такой же форме вроде как у тебя. Сказал, что он тоже американец, что правительство проводит здесь, в этом параллельном мире спецэксперимент, и что он обязательно поможет мне выбраться, а затем вошёл в пирамиду — и был таков! Больше я его не видел. Представляешь, как я обрадовался, когда мне притащили их с этой шведской красавицей! Теперь я заставлю его или тебя рассказать, как выбраться отсюда, имей в виду.
Они спустились в гостиную, увешанную шкурами различных животных и всякими охотничьими трофеями. Лис сообразил, что Монру, не слишком хорошо говорившую по-английски, Терп, видимо, представил как шведку. Почему Терп, и сейчас, и раньше назвался для Филипа землянином, Лис вполне понимал. Лис даже понимал, почему Терп бросил американца здесь. В конце концов, он бросил его не одного в пустыне, Филип уже тогда, судя по всему, верховодил в племени. Логика Терпа, наверняка, заключалась в том, что Творцы изо всех сил старались сохранять тайну существования своих миров от обычных людей, и сержанту ещё крупно повезло, что на него натолкнулся Терп, а, например, не Инглемаз, который, скорее всего, просто ликвидировал бы того, кто слишком много знал.
Филип усадил Лиса за стол и сел от него по другую сторону, поставив винтовку рядом. По его приказу пара низкорослых женщин принесли глиняную посуду, кое-какую еду и фрукты. Хозяин подождал, пока они ушли, вытащил из укромного места большую глиняную бутыль и налил в глиняные стаканы.
— От них прячу, — пояснил он. — Выдаю только по большим праздникам: пить не умеют совершенно. Сколько ни дай, будут пить, пить и пить — меры никакой.
— Огненная вода, — согласился Лис.
— Точно! — подтвердил Филип. — Как индейцы, честное слово!
Он поднял свою чарку:
— Ну, за удачу! За то, чтобы ты мне не врал, имей в виду! Я поэтому и тех двоих пока подержу под замком, чтобы вы не переговаривались. Я их приводил, пока ты был без сознания, чтобы воспользоваться теми медицинскими штучками, которые у тебя были. Кстати, когда этот мужик тебя увидел, он сказал, что вы незнакомы, но ты тоже из ФБР.
Лис понял, что, очевидно, Терп в своё время представился Филипу как сотрудник ФБР.
— Хорошо, расскажу тебе, если поверишь! — кивнул Лис, который уже принял решение рассказать практически то, что есть.
Они чокнулись и выпили. В кувшине оказался крепкий самогон довольно хорошей очистки. Лис одобрительно кивнул — он думал, что пойло окажется куда хуже.
— Ну ладно, — сказал Филип, закусывая выпивку куском мяса и кивая Лису на еду. — Готов тебя послушать.
Лис усмехнулся:
— Ну, начнём с того, что он не сотрудник ФБР, не американец и даже не землянин…
Лис рассказал свою историю почти полностью, опустив лишь некоторые подробности о мирах Творцов и, естественно, Свароге и Центре.
Постарался он ещё раз наиболее доходчиво объяснить мотивы своего нападения на деревню, а также мотивы поступка Терпа. Филип сидел, вылупив глаза.
— Вот это да, — сказал, наконец, и налил ещё. — То-то мне не верилось, что уже есть такие боевые лазеры!
— Надо пойти за Инглемазом, за тем, кого я спрятал в берлоге, — сказал Лис. — Это его Дворец в форме пирамиды, так что он лучше всех знает, как там этим пользоваться.
— Да-да, — согласился сержант, — я сейчас распоряжусь, чтобы его нашли и привели.
— Лучше будет, если пойду и я, — возразил Лис. — Я нормально себя чувствую, а твои люди могут не найти это место. И потом он, увидев их будет стрелять из арбалетов, а я ему всё объясню…
Филип покачал головой:
— Извини, дело не в этом. Я ещё не могу тебе полностью доверять, так что… — Он развёл руками. — Мои люди всё найдут, расскажи точно, где это?
