Крабат спросил Тонду, что с парнями.
— Боятся они, — коротко ответил Тонда.
— Чего боятся?
— Не могу говорить об этом. Скоро сам узнаешь.
— А ты, Тонда? Ты тоже боишься?
— Больше, чем ты думаешь.
В ночь под Новый год спать отправились раньше обычного. Мастера весь день не было видно. Может, как это бывало не раз, он засел в Черной комнате или разъезжает в санях по снежным дорогам.
Никто о нем и не вспоминал.
— Спокойной ночи! — пожелал подмастерьям Крабат, как и полагается ученику.
Но сегодня и это оказалось не к месту.
— Заткнись! — гаркнул Петар, а Лышко запустил в него башмаком.
— Оставьте парня в покое! — сказал Тонда. — А ты, Крабат, ложись и спи!
Тонда укрыл его одеялом, положил ему руку на лоб.
— Засыпай, Крабат. И будь счастлив в Новом году!
Обычно Крабат крепко спал всю ночь напролет, пока не разбудят. Но сегодня, примерно в полночь, проснулся, хотя никто его не будил. Странно! Горела лампа. Парни, как ему показалось, бодрствовали, но лежали на нарах.
— А что… Тонды нет? — спросил Крабат. Кто?то положил ему руку на плечо. Юро!
— Нет. Ты же видишь, его постель пуста. Ложись и постарайся уснуть!
Утром Крабат увидел Тонду. Уткнувшись лицом в пол, лежал он внизу у лестницы. Крабат не мог поверить, что Тонда умер. С плачем кинулся он к нему:
— Скажи что?нибудь, Тонда! Ну скажи!
— Встань, Крабат! — позвал его Михал. — И не плачь, слышишь, не плачь! Слезами тут не поможешь!
— Что с ним случилось? — не унимался Крабат.
Михал промолчал.
— Наверное, в темноте… Споткнулся…
— Может быть…
Крабат никак не мог прийти в себя. Пришлось Андрушу и Сташко отвести его наверх.
— Оставайся здесь! Внизу ты будешь только путаться под ногами!
Крабат присел на край постели. Что же дальше? Что дальше?..
После полудня еловый гроб вынесли из дверей мельницы и направились к Пустоши.
Там и похоронили.
*ГОД ВТОРОЙ*
ПО УСТАВУ ГИЛЬДИИ МЕЛЬНИКОВ
Мастер пропадал где?то и в последующие дни. В его отсутствие мельница стояла. Подмастерья то валялись на нарах, то жались к теплой печке.
Ели мало, разговаривали неохотно. На постели Тонды, чистая, аккуратно сложенная, лежала одежда — брюки, рубашка, куртка, пояс, передник, сверху шапка. Юро принес вещи под вечер первого новогоднего дня. Парни старались не смотреть в ту сторону.
Крабат грустил по?прежнему, чувствовал себя одиноким и покинутым. Тонда ушел из жизни не случайно, это все чаще приходило ему в голову. Все тут что?то таят от него. Но что? Почему Тонда ему ничего не рассказал?
Вопросы, вопросы, вопросы… Да и безделье его угнетало — целый день слоняйся без толку… Хоть бы уж работа какая!..
Один Юро был прежним. Трудился весь день как заведенный: топил печи, готовил, заботился, чтобы еда вовремя была на столе. Правда, зачастую она оставалась нетронутой.
Как?то утром Крабат столкнулся с Юро в сенях.
— Хочешь помочь? — спросил Юро. — Наколи мне щепок для растопки!
— Ладно!
Крабат вошел в кухню. У печки лежала вязанка сухих сосновых дров. Юро направился было к шкафу достать нож, но Крабат сказал, что у него есть свой.
— Тем лучше! Только смотри не порежься!
Крабат вынул нож. Казалось, от него исходит живительная сила. Впервые после новогодней ночи он почувствовал уверенность в себе.
Неслышно подошел Юро, заглянул через плечо.
— Ай да нож!.. А раньше я его у тебя не видел.
— Подарок…
— От девушки?
— Нет! От друга. Лучше его нет на всем белом свете! Никогда у меня такого больше не будет!
— Ты уверен?
— Да, уж в этом?то я уверен.
После смерти Тонды подмастерья решили выбрать старшим Ханцо. Тот согласился. Мастер все где?то пропадал. Так прошла неделя.
Вечером, когда уже укладывались спать и Крабат собирался было задуть фонарь, дверь вдруг распахнулась. На пороге стоял Мастер. Окинул взглядом комнату, но отсутствия Тонды словно бы не заметил.
— За работу!
Повернулся и исчез до утра. Отбросив одеяла, парни вскочили, начали поспешно одеваться.
— Быстрее! — торопил Ханцо. — Мастер ждать не любит! Вы ведь знаете!
Петар и Сташко кинулись к шлюзам. Остальные — за мешками с зерном. Как только с шумом и грохотом заработала мельница, у всех отлегло от сердца. Мельница мелет! Жизнь продолжается…
В полночь работа закончилась. Можно было идти спать. Поднявшись на чердак, они вдруг увидели: на месте Тонды кто?то спит! Хилый, бледный парнишка, узкоплечий, с рыжим чубом. Они окружили постель и нечаянно разбудили спящего, так же, как тогда, год назад, разбудили Крабата. Как и Крабат, при виде одиннадцати призраков с лицом и руками, обсыпанными мукой, Рыжий испугался.
— Не бойся! — успокоил его Михал. — Мы — подмастерья. Нас тебе нечего страшиться! Как тебя звать?
— Витко. А тебя?
— Михал. А это — Ханцо, наш Старшой. Это — мой двоюродный брат Мертен, а это Юро…
Утром Витко спустился к завтраку в одежде Тонды. Она пришлась ему впору. Паренек не расспрашивал, чьи это вещи. И хорошо, Крабату было так легче.
Вечером новый ученик, намаявшись за день с мучной пылью, уснул как убитый. А подмастерьям было приказано явиться в Черную комнату, прихватив с собой Крабата.
Мастер в черном плаще сидел за столом, на котором горели две свечи. Между ними лежали его тесак и треуголка, тоже черного цвета.
— Я велел вам сюда прийти, как того требует устав гильдии Мельников, — сказал он, когда все собрались. — Среди вас есть ученик? Выйди вперед!
Крабат поначалу не понял, что речь идет о нем. Но Петар подтолкнул его в бок, он спохватился и вышел.
— Твое имя?
— Крабат.
— Кто поручится?
— Я! — Ханцо вышел вперед и встал рядом с Крабатом.
— Кто поручится?
— Я! — Ханцо вышел вперед и встал рядом с Крабатом. — Я ручаюсь за этого парня и за его имя.
— Один не в счет! — возразил Мастер.
— И я, — Михал встал по другую руку Крабата. — Один да один — пара. Двоих поручителей хватит. Я ручаюсь за этого парня и за его имя.
Мастер и два поручителя вели разговор по особому ритуалу. Мастер спрашивал, где, когда, хорошо ли ученик Крабат освоил мукомольное дело. Они утверждали, что он уже овладел всеми тайнами ремесла.
— Вы можете за это поручиться?
— Можем.
— Раз так, то, согласно уставу гильдии Мельников, мы переводим ученика Крабата в подмастерья.
В подмастерья? Крабат подумал, что ослышался. Неужто его ученичество уже окончилось — сегодня, спустя лишь год?
Мастер поднялся, надел треуголку. Взяв тесак, подошел к Крабату. Притрагиваясь тесаком к его голове и плечам, произнес:
— По уставу гильдии Мельников, я твой Учитель и Мастер, в присутствии всех подмастерьев объявляю: ты больше не ученик. Теперь ты равный среди равных, подмастерье среди подмастерьев!
С этими словами он вручил Крабату тесак, чтобы тот носил его за поясом, как и все остальные подмастерья. С тем и отпустил,
Крабат был поражен. Чего?чего, а этого он никак не ожидал. Комнату Мастера он покинул последним.
В сенях на него вдруг набросили мешок, схватили за руки, за ноги.
— Тащи молоть! — Крабат узнал голос Андруша.
Он попытался вырваться. Да не тут?то было! С шумом и хохотом парни подтащили свою ношу к жерновам, опустили на мучной ларь, принялись мять да валять.
— Уж мы из тебя подмастерье сделаем! — кричал Андруш. — Подмастерье без сучка, без задоринки!
Они катали Крабата как тесто, пихали, мяли, тузили кулаками. Раз кто?то сильно стукнул его по голове.
