9
В Зазеркалье была ночь.
Ян сразу сообразил, что так и должно быть. Ведь когда они с Сергеем и Пашкой перекочевали из белой ночи в ясный день, солнце тут стояло в зените.
Теперь же в Питере день уже перевалил за середину, а в Зазеркалье естественным образом царила ночная тьма.
Ну, скажем, не совсем тьма. Медуза освещала белую пустыню слабым призрачным светом, и ей помогали две луны — большая белая и маленькая красная.
Если до этого Ян в глубине души все?таки немного сомневался в своих выводах, то теперь он уверился окончательно: это не Земля. Нигде на Земле нельзя увидеть сразу две луны.
Тополь возле медузы поднялся уже метров на семь. Осмотревшись, Ян увидел еще несколько деревьев примерно такой же высоты, а также много побегов ростом пониже.
Почти от каждого побега отходили во все стороны новые нити с узелками и ростками на них.
«Будет из чего развести костер», — подумал Ян и обломал один небольшой побег. А потом, по пути к озеру, еще несколько.
Озеро раскинулось прямо под тем холмом, на вершине которого угнездилась медуза. Оно занимало длинную узкую котловину, и пологие холмы мешали ему соединиться с морем.
Оно занимало длинную узкую котловину, и пологие холмы мешали ему соединиться с морем.
К озеру Ян направился по той простой причине, что хотел пить и знал, что в озере — чистая пресная вода. Ночью (когда в Зазеркалье был день) Ян, Сергей и Пашка заглянули сюда, чтобы утолить жажду.
Одна бледно?зеленая нить, украшенная побегами, доходила до самого озера и тонула в нем. Деревце метровой высоты росло прямо в воде, и Ян заметил, что это не тополь. Его листья имели другую форму — вроде сердечка, сильно вытянутого в длину.
Но почему?то пахло это дерево, как тополь — и даже сильнее. Обычно чтобы ощутить как следует этот аромат, надо растереть пальцами тополиную почку и поднести пальцы к ноздрям. А запах этого деревца ощущался на расстоянии в десятки метров.
Ян не спеша напился воды из озера и выгреб из сумки несколько картофелин. Одна откатилась в сторону, но Ян этого не заметил.
Он сложил костерок из веток, подсунул под них смятый тетрадный листок и с третьей спички поджег его.
Ян пек картошку и думал о завтрашнем дне. Что делать дальше? В Зазеркалье можно пересидеть несколько дней. На пару дней хватит картошки и батона, а потом — если и дальше будет действовать эта странная неприкосновенность — можно будет выбраться в магазин.
А вообще?то выходить придется уже сегодня. Вечером надо позвонить отчиму. Хоть у них с Яном и прохладные отношения, но весточку подать все?таки нужно. Ведь записку?то Ян писал не для родителей, а для милиции. И если Ян не вернется к вечеру, отчим с матерью могут подумать, что он утонул в Кавголове или еще Бог знает что похуже.
Кстати, надо выкупаться.
Ян полез купаться и плавал в теплой как парное молоко воде довольно долго. Костер за это время почти догорел, и Ян стал с аппетитом жевать обугленную картошку, пропитанную ароматом дыма. И как раз за этим занятием обнаружил, что совсем рядом с костром растет картофельный куст.
Он был прикрыт от глаз Яна небрежно брошенной сумкой, в которой еще оставалась картошка. Но теперь куст вырос настолько, что не заметить его было трудно даже в темноте.
Под ним, прямо на поверхности, слегка утопленная в снежок, лежала картофелина, которая и дала начало этому кусту. Из ее глазков и прямо с кожуры сползали тонкие белые ниточки ложных корней, а снизу, из?под картофелины, выходили настоящие побеги, покрытые пузырчатыми наростами. В нижней части стеблей наростов уже практически не было, и здесь отходили от стебля нормальные картофельные листья.
Ян решил не трогать этот куст и вместе с сумкой отошел на несколько шагов в сторону.
Одну картофелину из сумки он просто положил на снежок, а другую закопал в него поглубже.
Взошли обе.
Та, которая была закопана, росла на три?четыре миллиметра в минуту. Другая отставала, и Ян решил, что посевной материал лучше все?таки закапывать.
И посадил еще не сколько картофелин.
Но потом остановился, подумав, что лучше будет подождать урожая. А то чем черт не шутит — уйдут они в ботву или дадут несъедобные клубни, и есть будет нечего.
Терпения хватило часа на два. Ян еще пару раз искупался, позагорал, почитал книжку — и в конце концов не выдержал. Раскопал снежок под самым большим кустом и увидел там клубеньки размером с горошину.
Ян оторвал несколько штук и взялся их печь. Результат оказался неудовлетворительным, поскольку картофелины такого размера для этой цели в принципе непригодны. Однако кое?что Ян все?таки сумел выяснить. Например, то, что клубеньки эти вполне съедобны.
Картошка как картошка.
Между тем, от каждого куста в разные стороны расходились светло?зеленые нити — вегетативные усы. И на них завязывались узелки и появлялись побеги — новые картофельные кустики.
Понаблюдав за ними, Ян понял, что сажать картошку здесь необязательно. «Усы» выполнят эту работу сами.
А главное — можно сидеть в Зазеркалье сколь угодно долго и не ходить по магазинам за едой.
А главное — можно сидеть в Зазеркалье сколь угодно долго и не ходить по магазинам за едой. Вернее, надо сходить один раз и купить по одному экземпляру всего, что имеет семена. А потом кинуть эти семена в землю и ждать урожая. Причем ждать не очень долго — всего несколько часов.
Ян имел пятерку по биологии в школе и вдобавок запоем читал научно?популярные книги, не предусмотренные школьной программой. Поэтому он удивлялся всему происходящему в Зазеркалье гораздо больше, чем его одноклассники Сергей и Паша, которые забыли слово «фотосинтез» сразу после урока ботаники в шестом классе. Хотя нет — кажется, это слово звучало еще на уроках общей биологии в десятом и органической химии в одиннадцатом, однако точно так же влетело в одно ухо и вылетело в другое.
А Ян отлично знал, что рост растений невозможен без фотосинтеза, а фотосинтез невозможен без света.
А тут картошка преспокойно росла среди ночи, причем с такой скоростью, какую фотосинтез вообще не в состоянии обеспечить.
Сначала Ян предполагал дождаться семи?восьми часов вечера, когда отчим точно будет дома — но нетерпение взяло верх. Он решил отправиться в магазин за овощами и фруктами немедленно и даже мысленно приготовился пожертвовать звонком домой, если не будет хватать денег на изобилие плодов земных.
10
— Ситуация сложнее, чем мы предполагали, — сказал директор ФСБ на вечернем заседании Объединенного Штаба.
Премьер пару часов назад улетел в Москву на доклад к президенту, оставив начальником штаба министра по чрезвычайным ситуациям. Формально такими происшествиями должно было заниматься именно его ведомство, так что никто не возражал.
А на роль «серого кардинала», который особо не светится, но играет в деле ключевую роль, претендовал как раз директор ФСБ. Именно его эксперты обнюхивали медузу со всех сторон, то и дело поднимая ложную тревогу во внутреннем кольце оцепления. И самая свежая и обильная информация стекалась тоже к нему. И нет ничего странного в том, что именно его сообщение стало главным на вечернем заседании Штаба.
— Во?первых, объект негативно влияет на психику людей, которые рядом с ним находятся. У них расстраивается внимание, появляется заторможенность, не исключены галлюцинации.
