«Да, — подумал Сиддх; мысли его наконец обрели ясность и чёткость. — Теперь я женщина».
Фигуры в чёрных балахонах по-прежнему лежали ниц, не смея поднять головы. Сиддх медленно встал на ноги, расправил платье и сделал несколько осторожных шагов, внимательно прислушиваясь к своему новому телу. Оно было сильное, здоровое и, что немаловажно, обладало врождёнными колдовскими способностями. Правда, способности эти были значительно слабее инквизиторских, но в сочетании с мастерством Сиддха и его неограниченным доступом к энергетическим ресурсам Нижнего Мира, они представляли собой грозную силу.
Убедившись, что тело подчиняется ему, а колдовские способности находятся под контролем, Сиддх отложил выяснение всех менее важных частностей на потом и обратился к распростёршимся ниц фигурам:
— Встаньте! — Голос его оказался неожиданно тонким, чуть ли не писклявым, и прозвучал чересчур громко. Гораздо сдержаннее он добавил: — Встаньте, верные слуги.
Фигуры зашевелились и робко поднялись с пола. Но полностью выпрямилась только одна из них, а шестеро других стояли сгорбленные, низко склонив головы и молитвенно сложив на груди руки. Все они были мужчинами в возрасте от двадцати пяти до сорока лет. Самый старший — тот, что выпрямился полностью и который наверняка был среди них главным, широкоплечий шатен с типично кельтскими чертами лица, глядел на Сиддха с восторгом и благоговением.
— Приветствуем тебя на Гранях, прекрасная госпожа! — торжественно произнёс он и отвесил низкий поклон. Шестеро его товарищей поклонились ещё ниже, едва не ударив челом о землю. — Мы твои преданные рабы.
— Вы хорошо поработали, — сказал Сиддх. — Повелитель не забудет вашей усердной службы.
Все шестеро чёрных магов вновь поклонились. Старший при этом попятился к жертвеннику, взял большую фарфоровую чашу, которая стояла рядом с выпотрошенным младенцем, и почтительно подступил к Сиддху.
— Не соблаговолит ли прекрасная госпожа испить свежей кровушки?
Сиддх утвердительно кивнул, но принимать чашу не спешил. Он оценивающе глядел на мужчину и про себя поражался тому, какой тот огромный — нависает над ним, словно скала. Да и все его товарищи великаны, как на подбор… Лишь с некоторым опозданием Сиддх сообразил, что это не они большие, а он маленький, и его новые органы зрения воспринимают мир в других масштабах, нежели те, к которым он привык.
«Вот чёрт, — недовольно подумал Сиддх. — Неужели так трудно было найти высокую женщину?…»
Впрочем, выражать своё неудовольствие вслух он не стал, а вместо этого спросил у старшего:
— Если не ошибаюсь, ты Ангус МакГрегор?
— Совершенно верно, моя госпожа, — с поклоном ответил мужчина.
«Вот чёрт, — недовольно подумал Сиддх. — Неужели так трудно было найти высокую женщину?…»
Впрочем, выражать своё неудовольствие вслух он не стал, а вместо этого спросил у старшего:
— Если не ошибаюсь, ты Ангус МакГрегор?
— Совершенно верно, моя госпожа, — с поклоном ответил мужчина.
Сиддх принял из его рук чашу и сказал:
— Твоё здоровье, Ангус МакГрегор.
Выпив половину свежей, ещё тёплой крови, Сиддх вытер тыльной стороной ладони губы и вернул чашу МакГрегору.
— Испей и ты, верный слуга. И угости своих товарищей.
Чёрный маг благоговейно поднёс чашу к губам, сделал несколько глотков, затем открыл веко своего перстня и высыпал в оставшуюся кровь желтоватый порошок, который с тихим шипением быстро растворился. Его помощники не видели этих манипуляций, поскольку МакГрегор стоял к ним спиной и прикрывал чашу плечами. Ничего не подозревая, они выпили по глотку крови и низко поклонились Сиддху, благодаря за оказанную честь.
МакГрегор вернул пустую чашу на жертвенник и привёл в действие заклинание, активизирующее подсыпанный в кровь яд. Все шестеро, как подкошенные, рухнули наземь и забились в предсмертных корчах. Сиддх невозмутимо смотрел, как затихают их конвульсии, а когда всё было кончено, перевёл взгляд на оставшегося в живых чёрного мага.
— Повелитель вознаградит их за преданную службу, — сдержанно произнёс он. — Больше никто об этом не знал?
— Никто, госпожа. Только эти шестеро были посвящены в твою тайну. — МакГрегор быстро взглянул на безжизненные тела у подножия жертвенника. — А рассказать никому не могли. Отправляясь за телом для тебя, они считали, что я просто хочу принести в жертву девственницу-колдунью. О том, что должно произойти на самом деле, я сообщил им лишь перед самой церемонией.
— Вот и хорошо. Кстати, как меня зовут?
В глазах МакГрегора мелькнула тревога.
— Не могу знать, госпожа. Повелитель не изволил назвать мне твоего имени. Он лишь сказал, что ты — одна из его высокопоставленных приближённых… — Наряду с тревогой во взгляде чёрного мага отразились ужас и паника. — Уверяю тебя, прекрасная госпожа, я сделал всё правильно. Я точно следовал инструкциям повелителя…
— Всё в порядке, — с лёгкой улыбкой успокоил его Сиддх. — Я помню, кто я такая. — Он едва не сказал «такой», но вовремя спохватился, и решил в дальнейшем следить за своей речью. — Воплощение прошло безупречно, и тебе это зачтётся. А спрашивала я, как зовут моё новое тело.
МакГрегор не удержался от облегчённого вздоха.
— Беатриса фон Гаршвиц. Дочь барона фон Гаршвица с Грани Нолан.
— Беатриса, — повторил Сиддх. — Что ж, звучит неплохо. Пожалуй, я сохраню это имя… Но ладно, с этим мы разберёмся позже. Где-то здесь для меня найдётся чистая одежда?
— Непременно найдётся, госпожа. Она в башне наверху. Там же ты сможешь помыться и привести себя в порядок.
— Так пойдём туда.
Бросив прощальный взгляд на тела своих товарищей, чёрный маг пригласил Сиддха следовать за ним.
Склеп, который группа МакГрегора использовала для отправления своих обрядов, находился в подземелье недостроенного и давно заброшенного замка, постепенно разрушавшегося под воздействием времени. Таких руин — своеобразных памятников неудачным попыткам колонизировать новые территории — на Гранях было великое множество.
В отличие от жёстко замкнутой Основы, где любой клочок суши представлял самодостаточную ценность, в условиях Граней, где земли хватало на всех в избытке, её ценность определялась прежде всего доступностью к трактовым путям, которые связывали местных жителей со всем остальным человечеством и способствовали развитию торговли. По этой причине подавляющее большинство населённых Граней (за исключением самых цивилизованных, буквально опутанных трактами) не были заселены полностью. Человеческая деятельность сосредотачивалась в радиусе от нескольких сотен до нескольких тысяч миль от ближайшего выхода на трактовый путь, а за пределами этих областей присутствие цивилизации почти не чувствовалось.
На протяжении последних пяти-шести веков освоение новых земель шло по принципу «сначала тракт — потом заселение», но всегда находились чудаки, желавшие испробовать обратный метод — сперва поселиться на необитаемой Грани, обжить её, а затем добиться подведения к ней тракта. Иногда им это удавалось, иногда — нет. В данном конкретном случае некий вельможа-колдун, решивший основать собственное королевство, потерпел неудачу. Он привёл на эту Грань пару тысяч своих подданных, организовал несколько поселений, начал строить замок и почти достроил его, однако не смог убедить потенциальных инвесторов выложить крупную сумму, необходимую для прокладки и последующего обслуживания короткого ответвления от ближайшего трактового пути. В конце концов он бросил свою затею и вместе с подданными вернулся на родную Грань.
