? Однако, насколько я помню, он отказался.
? Но ему все?таки предлагали.
Она хмыкнула:
? И чего бы ты хотел?
? Это серьезно?
? Вполне.
? Другими словами, ты решила мою участь?
? Не совсем. Я могу либо представить тебя на совет магов, либо уничтожить твой свиток с именем. Ты прекрасно понимаешь, что совет решит в этот раз, и значит, судьба твоя в любом случае предрешена.
? Смерть?
? Ну конечно.
Она ждала. Вот сейчас он должен был, обязан был испугаться. Вот сейчас в глазах его мелькнет страх, и тогда она с чистой совестью отправит его в камеру.
Вместо этого Даниил лишь загадочно улыбнулся и, взяв бокал, отпил глоток.
Чувствуя, что начинает злиться, Алта спросила:
? Тебя это не пугает?
? Нет, ? спокойно сказал .
? Почему?
? Разве можно напугать смертью того, кто за эти двести лет умирал множество раз? Ты знаешь, чем является изгнание, как это происходит?
? Тебя лишили тела, и ты вынужден был скитаться по другим мирам, вселяясь в тела их обитателей.
? Верно. Причем в каждом теле я был не очень долго. Самое большее год, два, а чаще всего лишь несколько месяцев, а то и дней. Представляешь, во скольких телах я побывал за двести лет? И конечно, некоторые тела, в то время когда я в них находился, умирали. Нет, смерть меня сейчас не страшит.
? Совсем?совсем?
? Может, и не совсем. Да только имеет ли смысл бояться неизбежного?
Даниил глотнул вина, вновь поставил бокал на столик и уставился на полыхавший в камине огонь.
? А чего же тогда стоит бояться?
? Пустоты и безразличия. Того, чего должен бояться каждый настоящий маг.
? Ну, великим магам они вряд ли угрожают.
? Великим они угрожают более, чем кому?либо. Чем больше кому?то дано умения управляться с магией, тем чаще начинают наступать ему на пятки пустота и безразличие. Это плата за знания и умения, используемые лишь для себя, для собственной выгоды.
? Ого, ты, кажется, ничуть не изменился. Как мне помнится, именно за такие убеждения тебя и отправили в изгнание.
Даниил пожал плечами.
? А почему я должен был измениться? Потому что меня наказали? Поставили в угол и сказали, что так делать нельзя?
Чувствуя, что начинает потихоньку злиться, Алта сказала:
? Почему бы и нет? Вообще это называется чувством самосохранения.
? Ах, самосохранения?
Сказав это, Даниил откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди.
? Оно самое. То, которым ты полностью пренебрег. В результате чего и угодил в изгнание. Нельзя говорить великим магам в лицо гадости.
? Особенно если эти гадости чистейшая правда, ? перебил ее Даниил. ? И в основе их лежит достаточно простая мысль, до которой не в силах додуматься только такие кретины, как великие маги. О том, что магию необходимо использовать не на междоусобные войны, а на закрепление окружающего мира, о котором мы, по сути, не знаем ровным счетом ничего.
? Ну, тут ты хватил. Кое?что знаем.
? Да? И что же мы знаем? Сказочки, которыми нас кормят ночные купцы? О том, что наш мир плоский? О том, что где?то там, далеко?далеко, есть черная стена, отгораживающая нас от целой цепи миров? И это все? А откуда берутся тогда вероятностные волны? И если наш мир плоский, то что находится за его краем? Кстати, насчет вероятностных волн… Ты слышала, что они становятся сильнее?
? Что? ? спросила Алта.
? Они становятся сильнее. По крайней мере так утверждают кощуны.
? Кощуны, ? презрительно фыркнула Алта. ? Что они понимают в большой магии?
? Ничего. Зато понимают в малой, и кстати, в вероятностных волнах тоже, поскольку закрепляющие заклинания им приходится накладывать после каждой вероятностной волны. Так вот, кощуны утверждают, что вероятностные волны становятся сильнее. И если они не ошибаются, то ты понимаешь, чем это грозит?
Алта вытащила из коробочки длинную, тонкую сигарету. Прикуривая ее, она подумала, что на самом деле, конечно, все это ? полная чушь, которую Даниил несет, чтобы запудрить ей мозги и избежать смерти.
Прикуривая ее, она подумала, что на самом деле, конечно, все это ? полная чушь, которую Даниил несет, чтобы запудрить ей мозги и избежать смерти.
А если он не врет? Если вероятностные волны и в самом деле становятся сильнее?
? Это точно? ? спросила она.
? Проверь. Это нетрудно сделать. Прикажи явиться во дворец какому?нибудь кощуну из ближайшей деревушки и хорошенько его расспроси.
? Почему же тогда я этого не заметила?
? Потому что у тебя слишком сильная магия. Для тебя небольшое увеличение силы вероятностной волны не имеет никакого значения. Пока не имеет. Понимаешь?
Алта стряхнула пепел в пепельницу и подумала, что, возможно,и в самом деле не врет. И если сила вероятностных волн будет постоянно увеличиваться, то наступит момент, когда она окажется сильнее, чем заклинания кощунов. Замки магов, конечно, устоят, но вот все остальное… деревни, села, города… и самое главное ? люди.
? Как скоро это может произойти? ? спросила она.
? Конечно, даже по меркам магов ? не очень скоро, ? ответил Даниил. ? Однако произойдет. И если маги к этому не будут готовы…
? Угу, а для того чтобы противостоять этой будущей катастрофе, великие маги прямо сейчас должны прекратить все склоки, построиться в ряды и с дружной песней отправиться на обустройство этого мира. Как будто они именно для этого становились великими магами.
? А для чего же? ? иронически усмехнулся Даниил. ? Чтобы тратить магию на бесполезные армии драконов? И вообще, ты задумывалась, чем это все, по идее, должно кончиться?
? Ну и чем?
? А тем, что в конце концов останется один, самый подлый, самый хитрый, самый могущественный великий негодяй. Один?одинешенек. А потом, когда вдруг выяснится, что кощуны больше не могут противостоять вероятностной волне, ему придется в одиночку защищать этот мир. Прелестно? И вот тут?то выяснится, что сделать это он не способен, поскольку привык не защищать, а нападать из?за угла, не спасать, а убивать конкурентов самым подлым и хитрым образом. И как ты думаешь, что станет с этим миром?
? Врешь ты все, ? уже по?настоящему злясь, заявила Алта. ? Причем врешь совершенно глупо.
? Это откуда получается?
? От верблюда.
? А если серьезно?
? Даниил, ну как ты не понимаешь? Как появились великие маги? Как сам ты стал магом? Неужели забыл те времена, когда у тебя были всего лишь способности к магии, всего лишь талант, да и то небольшой, «начальный? Ты его развивал, трудился, совершенствовался и в результате так вырос, что тебе предложили стать великим магом. Не помнишь? Только ты от этого отказался.
? Ну и что?
? А то, что не будет этого одного, самого великого мага. Великие маги погибают достаточно редко. И значит, вместо погибших успеют вырасти другие, новые маги, из тех, которые сейчас еще ничего толком не умеют, но будут расти, учиться владеть магией, получать магическую энергию.
Сказав это, Алта загасила окурок в пепельнице и не без торжества уставилась на Даниила.
Что, съел?
А тот уже снова сидел лицом к камину, задумчиво крутил в руках бокал и, кажется, не обращал на нее никакого внимания.
И Алте, конечно, не терпелось убедиться в своей победе. И значит, Даниил должен был ее признать. Вот сейчас, немедленно.
Именно поэтому она все?таки не выдержала и сказала:
? Ну, признаешь ты свою неправоту или нет? И вообще, хватит забивать мне голову. Давай лучше еще выпьем, а потом я подумаю, что с тобой делать, серьезно подумаю. Хочешь, сделаем так, будто ты ко мне не приходил? Или давай я отдам тебе свиток, но ты дашь мне слово, что уйдешь куда?нибудь в дикие ячейки, подальше, так, чтобы тебя никто не нашел. Никто. По крайней мере еще пару сотен лет. А я за это время что?нибудь придумаю. Некогда мне сейчас. Вот отобью нападение Магнуса и после этого кое с кем переговорю. Есть у меня что предложить им взамен. Только, главное, ты раньше времени не высовывайся.
Есть у меня что предложить им взамен. Только, главное, ты раньше времени не высовывайся. Не дразни гусей.
Она и в самом деле верила в это, она знала, что сможет это устроить. И действительно могла. Но только не сейчас, а после того, как расправится с Магнусом. Потом. Почему? Да потому, что до нее только что со всей возможной очевидностью дошла одна простая вещь. Возможно, виной тому были прошедшие две сотни лет, за которые она стала мудрее, возможно, то сосущее одиночество, с которым она уже устала бороться. Однако скорее всего главной причиной было даже не это, а четкое, совершенно недоказуемое ощущение, что Даниил живой, а вот они, великие маги… Ну в самом деле, можно ли назвать живыми того же Магнуса, Господина, Змора?сонника, Кояша Таджи и прочих, забившихся в свои замки, покидающих их только для собраний своего пресловутого совета, думающих только о том, чтобы убрать ближайшего соседа, а значит, избавиться от опасности, что он первым уберет тебя.
