Речь была встречена аплодисментами, только Дороти заплакала. Принцесса Озма собралась уже было отдать Железному Дровосеку приказ о приведении приговора в исполнение, как тот вдруг поднялся и сам обратился к ней.
– Ваше высочество, – сказал он, – сейчас вы убедитесь в том, что суд присяжных был введен в заблуждение. Котенок не мог съесть вашего поросенка, ибо вот он перед вами!
Он снял с головы шляпу-воронку и вытащил изпод нее маленького белого поросенка, которого и поднял над головой на всеобщее обозрение.
Озма пришла в восторг и радостно воскликнула:
– Дай мне сюда моего крошку. Ник!
Все окружающие тоже закричали и захлопали в ладоши, радуясь тому, что подсудимый избежал смерти и оказался невиновным.
Взяв поросенка на руки и гладя его нежную шерстку, принцесса распорядилась:
– Выпустите Эврику из клетки, он больше не преступник, а наш общий друг. Где же ты нашел поросенка. Ник?
– В одной из комнат дворца, – отвечал тот.
– С правосудием шутки плохи, – со вздохом заметил Страшила. – Если бы ты его не нашел, Эврику наверняка бы казнили.
– Но справедливость все же восторжествовала, – примирительно произнесла Озма, – мой любимец снова со мной, а Эврика свободен.
– Не нужна мне ваша свобода, – капризно мяукнул вдруг котенок. – Пусть-ка Волшебник покажет свой фокус с поросятами. Если их окажется только семь, значит, это не тот, что потерялся, а какой-то совсем другой.
– Молчи, Эврика! – предостерегающе шепнул Волшебник.
– Не делай глупостей, – посоветовал вполголоса Железный Дровосек, – потом пожалеешь!
– У поросенка, принадлежавшего принцессе, было изумрудное ожерелье, – громко, во всеуслышанье заявил Эврика.
– Совершенно верно! – воскликнула Озма. – Выходит, это не тот поросенок, что мне подарил Волшебник.
– Нет, конечно, у него ведь их было девять, – пояснил Эврика. – Он все жадничал и не давал мне съесть даже одного. А теперь, когда ваш нелепый суд окончен, я, так и быть, расскажу, что в действительности приключилось с поросенком.
При этих словах все в тронном зале умолкли и замерли, и в наступившей тишине котенок продолжал свой рассказ спокойным и даже слегка насмешливым тоном:
– Должен признаться, что я действительно намеревался съесть поросенка на завтрак. Для этого я и забрался в комнату, где он сидел, и спрятался там под столом, пока принцесса одевалась. Когда Озма вышла, она оставила своего любимца на столе. Я тут же на него вспрыгнул и сказал поросенку, чтобы он особенно не дрожал, поскольку через полсекунды уже окажется у меня в желудке. Но разве эти существа слушают голос разума! Вместо того чтобы сидеть спокойно и дать мне себя проглотить, он весь затрепетал от страха и упал со стола прямо в большую вазу, которая стояла на полу. У нее очень узкое горлышко, и поначалу поросенок застрял вниз головой. Только я изготовился его ухватить, как он задергался, затрепыхался, да так сильно, что провалился на дно. Наверное, там и сидит до сих пор.
Это признание поразило всех. Озма тут же послала офицера в свою комнату за вазой. Когда он ее принес, принцесса заглянула в узкое горлышко и, в полном соответствии с рассказом Эврики, обнаружила на дне потерянного поросенка.
Добыть крошку, не разбив вазы, было невозможно, поэтому Железный Дровосек надколол ее топором и извлек маленького пленника.
Публика шумно ликовала, а Дороти подхватила на руки своего котенка. Она была очень рада тому, что он оказался все-таки невиновен.
– Но почему ты не рассказал обо всем с самого начала? – спросила она.
– Тогда бы было неинтересно, – заявил котенок, зевая.
Озма вернула Волшебнику поросенка, которого он по своей доброте хотел выдать за потерянного, а своего любимца отнесла назад, в королевские покои. Суд закончился, и жители Изумрудного Города разошлись по домам, довольные интересно проведенным днем.
20. ЗЕБ ВОЗВРАЩАЕТСЯ НА РАНЧО
К своему огорчению, Эврика обнаружил, что, хотя он никого и не съел, отношение к нему изменилось к худшему. Жители Страны Оз теперь знали, что котенок готов был совершить преступление и не сделал этого только случайно. С ним перестал водиться даже Голодный Тигр. Эврике было запрещено гулять по двору, и большую часть времени он проводил теперь в одиночестве, в комнате Дороти. Неудивительно, что вскоре он начал приставать к своей хозяйке с просьбами отослать его обратно домой: там-де жизнь куда веселее.
Дороти и сама соскучилась по дому и пообещала Эврике, что они не задержатся в Стране Оз надолго.
На следующий вечер после суда девочка попросила у Озмы разрешения взглянуть на волшебную картину. Принцесса с готовностью согласилась. Она привела девочку в свои покои и сказала:
– Тебе стоит только загадать, кого ты хочешь увидеть, моя милая, и они тут же предстанут перед тобой на картине.
Так Дороти узнала, что дядя Генри уже вернулся на ферму в Канзас. Она увидела его и тетю Эм в трауре: они ведь считали, что их маленькая племянница погибла во время землетрясения.
– Я хочу туда, к ним, – заволновалась девочка, – и как можно быстрее.
Зебу тоже захотелось увидеть свой дом, и, хотя по нему траура там никто не носил, от одного вида Хагсонского ранчо он затосковал не на шутку.
– Это хорошая страна, мне все здесь нравится, – признался он Дороти. – Но мы с Джимом здесь как бы лишние, старый конь то и дело просится домой, особенно с тех пор, как проиграл на скачках. Если ты нам поможешь туда добраться, мы тебе оба скажем спасибо.
– Озме ничего не стоит это устроить, – ответила Дороти. – Завтра утром я окажусь в Канзасе, а ты, если тебе так хочется, – в Калифорнии.
Последний вечер оказался таким приятным, что мальчик запомнил его на всю жизнь. Все они, кроме Эврики, сидели в покоях принцессы. Волшебник показывал новые фокусы. Страшила рассказывал смешные истории. Железный Дровосек пел любовные песни своим звучным металлическим голосом, все веселились, и всем было очень хорошо. Потом Дороти завела Тик-Тока, и он сплясал джигу, а Желтая Курица поведала кое-что о своих приключениях в Стране Эв, где правил когда-то Король Гномов.
Тем, кто имел привычку есть, было подано вкусное угощение, и, когда наступил час пожелать Дороти спокойной ночи, друзья расстались в прекраснейшем настроении.
На следующее утро они собрались все вместе в последний раз. В торжественной церемонии прощания участвовали также многочисленные чиновники и придворные.
Дороти взяла Эврику на руки и ласково простилась с друзьями.
– Мы будем тебя ждать, – сказал Волшебник, и она обещала опять вернуться, как только представится возможность.
– Дядя Генри и тетя Эм нуждаются в моей помощи, – добавила она. – Я не могу покидать нашу ферму в Канзасе надолго.
Озма надела волшебный пояс. Поцеловав напоследок Дороти, она загадала желание, и девочка с котенком исчезли в мгновение ока.
– Где же она? – спросил пораженный Зеб.
– Здоровается с дядей и тетей в Канзасе, – с улыбкой ответила Озма.
Тогда Зеб вывел Джима, запряженного в коляску, и занял привычное место на сиденье.
– Большое вам спасибо за доброту, – с чувством сказал мальчик, – и за то, что спасли мою жизнь, и за то, что помогаете теперь вернуться домой, словом, за все. Здесь у вас так здорово! Я думаю, что в целом свете нет более удивительной страны. Но, поскольку мы с Джимом не волшебные, наше место не здесь, а на ранчо. Прощайте все!