— Баржу самоходную захватить, — сознался я. — Я с НП смотрел на пристань, там охраны вообще никакой, пара человек. Никто нападения не ждет.
— А чего его ждать? — удивился Рарри. — Никто и не нападет. Ты дойди сперва до пристани. До того момента не то что убить — на ремни распустить успеют.
— Верно, — согласился я. — Но есть варианты.
— Это какие? — заинтересовался гном.
Я перечислил ему то, что знал. А для вящей убедительности, поняв мою задумку, Лари показала гномьему старейшине амулет «Покрывало мрака», который произвел на него заметное впечатление.
— Я смогу еще заклинание незначительности на нас наложить к тому времени, — добавила Маша. — Силы уже будут. А у них магов выбили. В любом случае с той стороны стены их быть не должно. Маг — персона важная, он в городе с комфортом устроится.
Тут все четверо гномов так плотно задумались, что мы вроде бы даже слышали, как у них мозги скрипят.
— Выглядит… возможным, — сказал после минутной паузы Балин-с-салфеткой. — И каким маршрутом пойдем?
— Как я сюда шла, — сказала Лари. — По гребню городской стены, за первый ряд домов и баррикады. А там можно спуститься. С амулетом, и, если Маша еще глаза отведет, точно успеем пройти. Никто из магов не будет за этим местом специально следить.
— Сторожки поставить можно, — возразил Рарри.
— Можно, — сказала демонесса. — Но у нас колдунья, которая их снимать умеет, и охотник, который их за версту чует.
— Иной сторожок я могу просто переставить, даже не заподозрит никто ничего, — добавила Маша.
— Вот как? — хмыкнул старейшина, затем спросил у меня: — Правда? Чуешь?
— Чую, — кивнул я. — Дар у меня такой.
— Дар у меня такой.
— Наши там еще в городе. Может, найдем? — заговорил Орри Кулак.
— Как их найдешь… — вздохнул горестно Рарри. — Сгинули небось. Там до сих пор стрельба местами, в городе-то.
— Раз стрельба, то, может, и не сгинули, — логично возразил Балин-без-салфетки. — У городской управы до сих пор стреляют. Там же подвалы каменные с бойницами, в хранилище резерва городского. Если там засесть, то пушками не вышибить. Год можно отбиваться. А наши примерно в то место и пошли, к банку.
— А чем им там отбиваться-то? — возразил Балин-с-салфеткой. — У них с собой по револьверу да по дюжине патронов было, как у нас всех. Даже их винтовки у нас.
Он кивнул на упакованный вьюк с винтовками — «маузерами» гномьего образца. Гномы на всякий случай все свое имущество в щель затащили. Но им можно, они же ее и выкопали, и перекрыли, и женщин моих туда укрыться пригласили. Хоть и заняли своими тюками больше половины пространства.
— Значит, с рассветом предлагаешь выбраться? — спросил Рарри.
— Чуть раньше, — ответил я. — Чтобы когда суета со взлетом начнется, двинуться к пристани, а когда самолет начнет по минометам бить, напасть на пулеметчиков у пристани.
— А если не взлетит самолет? — спросил Балин-с-салфеткой.
— Будем решать проблемы по мере их возникновения, — обтекаемо ответил я. — Годится?
— Вполне, — кивнул Рарри. — Теперь себя как у бога за пазухой чувствую. В полной безопасности.
— Или у богини, — поддакнул Балин-без-салфетки. — У Истары, у нее сиськи больше всех.
— Сам ты сиськи, — буркнул Орри Кулак, но развивать мысль дальше не стал. — Все пойдем?
— Не все, — мотнул круглой башкой в шлеме Рарри. — Ты пойдешь. Ты водила. Поможешь, случись чего, и тебе отличиться надо за утраченную машину. И он пойдет.
Короткий толстый палец старшего гнома уперся в кольчужное плечо Балина-с-салфеткой. Затем Рарри сказал, обращаясь ко мне:
— Он механик, так что польза будет. А мы вдвоем здесь останемся — наших дожидаться, или искать. Тех, что в городе застряли. Нам в безвестности их оставлять не годится. Род не поймет.
ГЛАВА 4,
в которой герои крадутся по стенам, катаются на броневике, много стреляют и меняют сухопутный путь на водный
Весь день я провел перебегая с одной позиции на другую со своей крупнокалиберной «секирой» в обнимку. Пристраивался и на НП, и в пулеметных дотах, и просто на стене форта, высматривая пулеметы противника. И два подкараулить все же сумел. Одному «максиму» я бронебойной пулей разнес всю ствольную коробку так, что из нее какие-то детали полетели. Удачным выстрелом убил пулеметчика за «шварцлозе», а затем, пока его место никто не занял, еще двумя разнес сам пулемет на составные части. Пулеметы как раз и были бы самой большой помехой для «громовержца», когда тот соберется взлетать.
К середине дня артобстрел со стороны противника немного затих, но беспокоящий огонь они вести продолжали. Одну казарму удалось зажечь, и она разгорелась как костер, заволакивая все вокруг дымом, заставляя щурить слезящиеся глаза. Потушить не удавалось из-за непрерывных разрывов шрапнели.
Да и похоже, что снаряд, который подпалил здание, был с какой-то колдовской добавкой — очень уж споро все занялось, будто каждое бревно бензином пропиталось.
Втянулась в дело даже Лари, до того момента державшаяся индифферентно. Она присоединилась ко мне, расчехлив и прихватив мою СВД, и даже несколько раз довольно удачно выстрелила, свалив кого-то из солдат противника. И стрелять она умела, ничего не скажешь.
В конце концов мы с ней добрались до того угла стены форта, который смыкался со стеной городской. Именно к нему она шла сегодня ночью со стороны города — только спустилась раньше, за гостиницей. Я аккуратненько выглянул за край стены, посмотрел вниз — разница по высоте с настилом для патрулирования на городском частоколе была метра три. Спуститься проблемы не будет.
Еще с этой позиции был хорошо виден город, до самой дальней стены. Не все, разумеется, скорее видно было скопление двускатных крыш, но просматривались несколько улиц, и хорошо видны были баррикады, за которыми сидели стрелки противника, окружившего форт.
На штурм сипаи не шли. По крайней мере, нигде никакой суеты, скопления войск, подобных и подобающих вещей мы не заметили. С НП было хорошо видно, как они заняли весь город, в котором до сих пор местами слышалась стрельба. Мы даже разглядели оба броневика «гладиатор», [33] как те мелькнули на видневшейся в конце главной улицы торговой площади и исчезли за заборами. Затем один из них появился в конце улицы и в течение пары минут довольно бодро обстреливал башню НП из своих спаренных «максимов». Однако, после того как на него перенес огонь один из крупнокалиберных ПККБ-С, броневик быстро убрался за угол.
Затем засекли нас и энергично обстреляли из винтовок. Пришлось укрыться, а затем и спуститься во двор — место пристреляли и при каждом нашем шевелении в бревна врезалась целая стайка винтовочных пуль.
Затем я опять, пользуясь своим непонятным статусом представителя контрразведки, забрел на НП и в течение часа, наверное, глазел в наблюдательную щель на суету возле ангаров. К счастью для технарей их эскадрильи, ворота форта, ведущие налетное поле, не просматривались и не простреливались ни с одной стороны.
Время от времени нашим наблюдателям удавалось засечь какие-то демаскирующие признаки батарей противника, и в ту сторону начинали долбить наши четыре гаубицы. Однако результат оставался не виден, а поскольку противник стрельбу побатарейно оставил и огонь велся реже, сказать, сколько работает пушек с его стороны, было нереально.
