Вскоре впереди я услышал странные звуки: глухой мерный рокот и неясное бормотание. Я напряженно вглядывался и вслушивался, но сознательно не использовал магию для обследования окружающего пространства. Поэтому я едва не пропустил тот момент, когда коридор вывел нас в огромную внутреннюю полость холма. Моим глазам открылось столь невероятное зрелище, что я застыл на месте. Впрочем, точно так же поступили и тетя Вика с Отшельником. Даже Маркандея, не раз посещавший дракона Иплотегра, невольно замедлил шаг.
Огромный округлый зал освещался слабо мерцающим шаром размером с человеческую голову, который был установлен в центре на постаменте высотой примерно мне по грудь. Кроме света, именно от шара исходило ранее услышанное мною бормотание. Но не этот предмет привлек мое внимание. В неровном мерцающем свете я увидел дракона Иплотегра, вернее поначалу я разглядел лишь огромное, покрытое чешуей тело, которое занимало примерно половину зала. Истинные размеры и форму тела я определить не мог, так как оно скрывалось в тени.
Голова дракона была повернута к нам, но, похоже, нас он не видел. Взгляд Иплотегра был прикован к светящемуся и бормочущему шару. Рот дракона был приоткрыт и оттуда раздавался мерный рокот. То ли Иплотегр спал с открытыми глазами и мирно похрапывал, то ли рычал на нас, то ли просто это был звук его дыхания.
Наше оцепенение и общее молчание прервал Маркандея:
— Здравствуй, старый друг Иплотегр!
Дракон, не отрывая глаз от шара, хрипло произнес:
— Здравствуй и ты, Маркандея, Вечный Ребенок. Подойди поближе, посмотри, что творится в мире!
Маркандея сделал нам знак рукой, и мы подошли к светящемуся шару. Это перемещение одновременно приблизило нас и к голове дракона, особенно к его пасти. Я прикинул, что, слегка пригнувшись, вполне смог бы войти в открытый рот Иплотегра. Белоснежные треугольные зубы, каждый размером с мою ладонь, порождали в моем воображении самые пессимистические картины.
Однако дракон при нашем приближении даже не пошевелился. Он по-прежнему неотрывно вглядывался в светящийся шар, и я невольно сделал то же самое.
Внутри шара я увидел трехмерное изображение невероятно красивой молодой женщины, которая сидела за резным дубовым столом и говорила, то обращаясь к зрителям, то поглядывая на лежащий перед ней лист бумаги:
— …Последствия прорыва энергопотока были своевременно ликвидированы бригадой специалистов из Службы Чрезвычайных Происшествий.
И о последних событиях: сегодня в семь пятнадцать утра на площади Веселья был выпущен джинн из бутылки. Район был немедленно оцеплен, начата эвакуация населения. В настоящее время поймать и обуздать джинна пока не удалось. Однако сотрудники Службы Чрезвычайных Происшествий заверили нас, что это произойдет в самое ближайшее время. Через десять минут на связь с нами выйдет корреспондент с места происшествия, а пока посмотрите рекламу.
Изображение женщины сменилось типичным рекламным роликом — ярким, динамичным, сопровождающимся громкой музыкой и навязчивым голосом:
— С сегодняшнего дня наступает новая эра удовольствия и наслаждения! В сети ресторанов Дак-Вонялс появились в продаже новые пирожки с крыльями летучих мышей и с ножками жаб! Спешите в ближайший ресторан Дак-Вонялс и отведайте новое блюдо, специально приготовленное для вас!
Я понял, что шар на постаменте является аналогом телевизора в Мире Магии. Интересно, как он был устроен? Мы смотрели на шар с разных сторон, но, судя по всему, видели одно и то же изображение.
Отшельник с досадой махнул рукой:
— И здесь реклама победила разум!
Иплотегр наконец-то оторвался от просмотра телевизора и оглядел нашу компанию:
— Здравствуйте, двуногие! Добро пожаловать в мое скромное пристанище. Не взыщите, если оно покажется вам тесным и убогим.
— Почему здесь так темно? — спросил Маркандея.
— Согласно законам нынешних хозяев магических энергий нам, драконам, предоставляется лишь три с четвертью уатта магии в сутки.
Я не знал, много это или мало. Но Маркандея, разумеется, хорошо разбирался в мерах и измерениях Мира Магии. Он воскликнул:
— Этого не хватит даже для полета к горе Меру!
— Конечно, не хватит, — печально согласился Иплотегр. — Приходится экономить на всем.
— Кроме телевизора? — спросил Вечный Ребенок.
Лучше бы он этого не спрашивал. Иплотегр вновь уставился на шар. Наверное, его заинтересовала реклама геля для придания блеска драконьей чешуе.
Посмотрев на Маркандею, я наконец-то увидел на его лице явно выраженное чувство. Чувство растерянности. Но маг быстро справился с собой и с несколько наигранной энергичностью заявил:
— Попробуем навести тут порядок! Вначале я включу свет!
В то же мгновение пещера дракона ярко осветилась. Я невольно сделал шаг назад, только теперь осознав, насколько огромен лежавший перед нами Иплотегр. Честно говоря, я всегда чувствовал себя несколько неуютно рядом с животными крупнее и тяжелее человека. Если мне случалось встретить где-нибудь в парке наездников (чаще — наездниц) на лошадях, то я старался обойти их по большой дуге. Размеры же дракона были не просто велики, они были запредельны и попросту не укладывались в представления о живом существе. Поэтому, к моему удивлению, мой страх быстро улетучился, уступив место любопытству. Дело в том, что я разглядел несколько округлых предметов, которые находились под складками сложенных драконьих крыльев. Они очень походили на яйца. Маркандея также их заметил.
— Иплотегр, ты что, растишь потомство? — спросил Вечный Ребенок.
— А? — дракон с трудом отвлекся от просмотра рекламы. — Потомство? Какое потомство? А-а-а! Потомство! Да, Зарбалина оставила мне наш выводок.
Решив, что этой информации вполне достаточно, Иплотегр вновь уставился в телевизор.
Повернувшись к нам и увидев наши недоуменные лица, Маркандея объяснил:
— Драконы не живут постоянными семьями. Драконы женского пола откладывают яйца и передают их драконам-самцам.
Решив, что этой информации вполне достаточно, Иплотегр вновь уставился в телевизор.
Повернувшись к нам и увидев наши недоуменные лица, Маркандея объяснил:
— Драконы не живут постоянными семьями. Драконы женского пола откладывают яйца и передают их драконам-самцам. Те дожидаются появления потомства. Затем они делят детей или по очереди растят и воспитывают свой выводок.
Тетя Вика хмыкнула, наверное, у нее возникли какие-то собственные соображения по поводу семейной жизни драконов.
Маркандея внимательно посмотрел на яйца, укрытые крыльями Иплотегра:
— Жаль, что этот выводок не скоро увидит свет!
— Почему? — вырвалось у меня.
— Долго объяснять… — Вечный Ребенок взглянул в остекленевшие драконьи глаза, устремленные на телевизор, и поправился: — Впрочем, чего-чего, а времени у нас достаточно. Нам придется подождать, пока Иплотегр не сможет с нами поговорить.
Отшельник с сомнением произнес:
— Может быть, у тебя найдется еще один знакомый дракон? Мне кажется, что тут мы понапрасну потеряем время.
— Лучше Иплотегра дракона нет! — отрезал Маркандея. — Разве вы не понимаете, что мой друг попал в беду? Я должен ему помочь! Я должен поддержать его своей магией.
— Хорошо, хорошо! — сказал Отшельник. — Но тебе придется многое нам объяснить. Я раньше слышал о Мире Магии, но никогда здесь не бывал. Я всего лишь маг по обучению и о физиологии драконов ничего не знаю. Как мы поможем Иплотегру, если, как мне кажется, он сам не слишком-то ждет от нас помощи?
