Он кивает:
— Договорились.
— А попытаешься меня контролировать или ударить Шумом, я тебя пристрелю, ясно?
— Да-да, — кивает мэр, — понял.
Я выжидаю еще секунду, но лишних секунд больше не осталось.
На раздумья времени нет.
Весь мир идет сюда, чтобы встретиться в последней битве.
А Виола где-то там.
Я ни за что и никогда с ней не расстанусь, ясно? Больше никогда!
Прости , думаю я.
Обхожу мэра сзади и развязываю веревки.
Он медленно встает, потирая запястья.
И вскидывает голову, заслышав очередной трубный клич:
— Ну наконец-то. Больше никаких диверсий, тайных вылазок и шпионских игр. — Мэр поворачивается ко мне, ловит мой взгляд, и в его улыбающихся глазах я различаю проблеск безумия. — Наконец-то перед нами настоящее дело — то, что делает нас мужчинами, то, для чего мы рождены . — Он потирает руки, и его глаза вспыхивают. — Война.
КОНЕЦ ВТОРОЙ КНИГИ
