Осмотр супротивника вогнал князюшку в глубокое уныние. В войсках мериканцев появились какие-то новые, доселе невиданные механизмы, похожие на чешуйчатых пауков.
Пауки были закованы в черную зловещую броню, но двигались они при всем при том значительно резвее прочей боевой машинерии.
Вот тебе и ожидаемый сюрприз. Кто знает, на что способны эти зловещие твари?
Ответ пришел незамедлительно.
Один из черных «пауков» присел, выпячивая блестящее брюхо, и в тот же миг в одну из минирующих лес избушек ударил желтый ослепительный столб огня.
— Назад! — проревел Всеволод, расположившийся вместе с прочими князьями на высоких стенах Киева.
Проявив удивительную прыть, «пауки» начали свою охоту. Одни плевали в не успевавшие уворачиваться избушки смертоносным огнем, прочие прыгали на ходячие домики сверху, разваливая их на куски.
Одни плевали в не успевавшие уворачиваться избушки смертоносным огнем, прочие прыгали на ходячие домики сверху, разваливая их на куски. Но садящие внутри дровосеки ухитрялись весьма эффективно отстреливаться.
Как только механический «паук» прыгал сверху на боевой домик, маленькие пушки на черепичных крышах давали мощный залп в плохо защищенное броней брюхо врага.
От подобного выстрела «пауков» разрывало на мелкие части.
Дровосеки, выскакивая из сгоревших избушек, со всех ног драпали обратно к граду Киеву. Многие были по уши перемазаны сажей. Боевые обереги крепко хранили бесшабашных русичей, помогая им уцелеть даже в самых безнадежных передрягах.
Тем временем враги подошли уже довольно близко к Киеву, и Всеволод распорядился о начале контратаки.
Мощные врата града открылись, и из них на врага ринулись новые беспилотные избушки. Скорость у этих боевых ходячих домиков была что надо. Дополнительная третья нога сделала свое дело. Начиненные взрывчаткой самоходные бомбы клином врезались в надвигающегося супротивника.
Понеся значительные потери, враги догадались поставить мощный заградительный огневой заслон.
Тем временем Иван Тимофеевич уже устанавливал за крепостной стеной Киева две дальнобойные мортиры: старую, уже испытанную в бою, и новую, отлитую буквально на днях. Звенели просмоленные веревки, вращались хитрые подъемные механизмы. Дула мощных пушек медленно поднимались к небу. Прочие орудия, что поменьше, были установлены в особых бойницах на стенах града, и бравые казаки уже начинали то и дело постреливать в наступающего врага, хотя точность из-за великой дальности пока была относительной.
— Избушки заканчиваются! — предупредил Всеволода Вещий Олег. — Скоро придется идти врукопашную…
— Погоди, — отмахнулся Ясно Солнышко, — всему свое время…
Где-то вдалеке тоскливо взвыл сигнальный рог.
— Это Кукольный Мастер, — пояснил слегка растерявшимся князьям Всеволод. — Мы с ним заранее договорились, что он, когда подведет к Киеву свои войска, даст знать об этом условным сигналом.
— Вовремя, леший меня побери! — усмехнулся Шмальчук, наблюдая, как дюжие казаки закрывают врата города за последней выскочившей наружу ударной избушкой.
Закованная в латы механическая армия Кукольного Мастера пришла со стороны Чертовых Куличек.
Черные рыцари на своих жутковатых лошадях темной лавиной обтекали Киев с двух сторон, устремляясь все дальше к несколько сбавившим прыть наступления мериканцам.
В небе раздались хлопки огромных крыльев.
Витязи на стенах засуетились, кое-кто уже схватился за дальнобойные самострелы, ибо сверху опускался жуткий дракон, каких на Руси отродясь не водилось.
— Не стрелять! — гневно воскликнул Всеволод. — Это свои.
На шее у летающей зверюги спокойно восседал Кукольный Мастер в до блеска начищенных сияющих доспехах.
Спустившись со спины дракона на крепостную стену, он отпустил чудище небрежным мановением руки.
— Приобрел вот в Средиземье на свою голову, — пояснил старик раззявившим рты русичам, — а того не знал, что он только гномами и питается. Пришлось синтезировать ему пищу, иначе издох бы через пару дней.
Внизу на подступах к Киеву уже кипела яростная сеча.
Армия Кукольного Мастера схлестнулась с неумолимо наступающим врагом. Механизмы крушили механизмы, и не было этому безобразию конца.
Крепостную стену несколько раз здорово тряхнуло.
Крепостную стену несколько раз здорово тряхнуло. В княжеском кремле посыпалась со стен штукатурка. Кое-кто из витязей не удержался на ногах. Обеспокоенный Всеволод приказал засевшим в подземных пещерах ведунам усилить магическую защиту города.
Земля у восточной стены Киева внезапно пришла в движение, мерзлая почва раскололась, и из огромной дыры выбралось вращающееся гигантское сверло. Высунувшись из круглой черной норы, чудовище направило на город крупное орудие.
Кукольный Мастер громко выругался на непонятном языке и ловко метнул в подземного монстра маленький блестящий шарик.
Боевой механизм раскололся. Из округлого железного корпуса стала толчками выливаться мерзкая желтая жижа.
Сражение продолжалось.
Уже и не кумекающему в военном деле человеку было ясно, что воинство Кукольного Мастера не сможет остановить наступление врага. С совершенно необъяснимым упорством пядь за пядью противник неумолимо приближался к праматери городов русских.
На стене появился взволнованный Иван Тимофеевич.
— Что там стряслось? — нетерпеливо спросил Всеволод, хмуро следя за яростной битвой.
— Пушкари не могут как следует пристрелять мортиры, — пожаловался, тяжело дыша, отец Муромца. — Требуется точная наводка, желательно с воздуха. Надобно подавить вражьи огневые точки, иначе, думается, прошибут они скоро наш магический барьер.
— Хорошо, отец, — кивнул Ясно Солнышко, — поднимай горынычеплан… — Он повернулся к Шмальчуку: — Командуй, Богданыч, в конце концов, это ведь твой удел.
Гетман благодарно кивнул и тут же приказал своим казакам готовиться к выступлению за ворота Киева.
С минуту на минуту должна была начаться осада города.
Всеволод спустился вниз и пошел по городской площади, где уже стоял готовый к немедленному отлету горынычеплан.
Кормовые стрельцы при появлении князюшки звонко щелкнули каблуками, вытянувшись в струнку.
Иван Тимофеевич занял место у руля
Воздушная ладья вздрогнула, стремительно набирая высоту. Горыныч с самого утра пребывал в состоянии постоянного бодрствования, за чем следили зоркие трюмовые.
— Левша остался командовать мортирами, — сообщал Всеволоду оружейный затейник, вращая штурвал, — он-то и станет производить обстрел позиций противника.
— Но как же мы будем с ним переговариваться? — удивился Ясно Солнышко, вглядываясь в удаляющийся град Киев.
— Очень просто. — Отец Муромца указал на стоящую у капитанского мостика клеть. — Я буду посылать Левше ручных барабашек.
Горынычеплан сделал над Киевом полный круг, после чего полетел прямо в гущу бушующего сражения.
Вновь разложив дозорную трубу, Всеволод внимательно вглядывался в ряды сражающихся. И как же он удивился, когда узрел среди остатков по-прежнему сопротивляющейся армии Кукольного Мастера вовсю орудующего молотом Кондратия. .
Навий богатырь валил врагов направо и налево, видно, только сейчас войдя во вкус битвы. Ясно Солнышко отчетливо видел, как от удара волшебного молота легко перевернулась тяжелая «сколопендра», нелепо дергая в воздухе механическими суставчатыми лапами.
