о свинце, не превращают в золото в темном захламленном подвале одним
щелчком тумблера.
Тарк, все еще бормочущий с отсутствующим видом, открыл крышку, достал
монету и передал ее в руки владельца. Глаза Алекса снова полезли на лоб.
Это опять было серебро. Он затряс головой, чтобы в ней прояснилось. Такого
быть не может…
— Почему вы должны утаить свое открытие? — повторил Алекс, его голос
прозвучал громче, чем ему хотелось бы.
— По словам Берта, — печально объяснил Перкинс, — оно бы разрушило
мировую денежную систему. Ну, превращение металлов означало бы, что
использовать золото как денежный эквивалент стало бы невозможным. Ведь оно
стоило бы не больше, чем любой другой металл. О Боже, нет! Я ему обещал,
что если мне удастся развить его теории и действительно добиться успеха,
то я никогда этот факт не раскрою.
— Ладно, вернемся к переключаре, — в отчаянии произнес лейтенант. —
Вы хотите сказать, что она действительно работала?
— О да! Ужасно! Боже праведный! — Джефф Понд незаметно нажал кнопку.
— У вас по-прежнему…
С верхних ступеней раздался крик:
— Тарк! Ну ты, Тарк Перкинс! Поднимайся наверх и займись посудой. Мне
не нужен мужик, который только тем и занят, что слоняется по дому, много
говорит и ничего не делает.
Тарк посмотрел на гостя с извиняющимся видом.
— Боюсь, мне надо идти, — сказал он. — Извините за интервью. Спасибо
за одолженную монету.
— Подождите минутку, — хриплым голосом сказал Алекс.
— Боюсь, что не смогу. — Джефф со значением посмотрел в потолок.
— Тарк! — надрывался голос сверху.
— О Господи! — воскликнул он, направляясь к ступеням.
— Все в порядке, — поспешно сказал Алекс. — Я собираюсь некоторое
время пробыть в городе. Увидимся завтра. А может быть, сегодня вечером. Вы
сможете встретиться со мной в баре Восточного отеля в…
— О нет. Боюсь, что нет. Марта никогда не разрешает мне выходить
вечером. Она не одобряет алкогольные напитки.
Они стояли возле лестницы.
— Ну, смотрите, — настойчиво сказал Алекс. — Я вернусь завтра.
Тарк потоптался на месте и стал подниматься по ступеням.
— Ладно, — зашептал он.
— Ладно, — зашептал он. — Если уж вам так нужно, то лучше бы прийти
часа в два. В это время Марта играет с подругами в бридж. Ее не будет
дома.
Как только русский ушел, Джефф Понд метнулся к Марте.
— Полли! — набросился он. — Немедленно соедини меня с Ив Острандер!
— Есть, сэр! — ответила та. Теперь женщина двигалась гораздо быстрее
и не вразвалку, как перед кагэбэшником. Она поспешила в заднюю комнату.
На мгновение Джефф Понд остановился, чтобы глянуть в окно; на его
лице отражалась напряженная работа мысли.
— Мисс Острандер на экране, мистер Понд! — позвала Полли.
— Хорошо.
Он прошел в заднюю комнату и сел перед видеофоном. На экране были
видны часть стола и лицо мисс Острандер.
— Привет, Джефф. Как дела? — поинтересовалась она.
— Думаю, хорошо. Хотелось бы поговорить с шефом, но прежде: вы
получили еще что-нибудь об этом молодом недотепе?
Она глянула вниз, очевидно на какие-то донесения на столе.
— Да, предчувствие тебя не обмануло. Это Александр Сисакян, сын Ивана
Петровича Сисакяна, который на сегодня в первой десятке. Обычно считают,
что третий сверху.
Джефф удивился:
— Тогда, ради всего святого, скажи, почему он участвует во всей этой
ахинее?
— По этому поводу у нас тоже кое-что есть, — сказала Ив. — Только что
получили шифровку из Москвы. Его непосредственное начальство в КГБ,
согласно указаниям сверху, очевидно, подыскивало ему задание полегче, где
он мог бы быстро отличиться, чтобы, соблюдая приличия, продвинуться по
службе и занять важный кабинетный пост.
Джефф Понд презрительно хмыкнул:
— Очевидно, непотизм теперь известен на Востоке не меньше, чем на
Западе. Но я не могу понять, почему они подставляют его драгоценную шею,
поручив ему работу в Америке?
— И по этому поводу мы кое-что имеем.
— Похоже, что Анатолий Менделеев — одна из шишек в Академии наук —
сделал запрос в КГБ о выделении агента для совсекретной работы. Академия,
ты знаешь, недостатком престижа не страдает.
— Ну и?..
— Я полагаю, начальство Сисакяна сочло, с одной стороны, что эта
работа будет безопасной, а с другой — что за ее выполнение на шею
новоиспеченного агента можно будет повесить несколько медалей. Как бы то
ни было, они его послали, не зная сути задания.
— Ты хочешь сказать, что за этим фарсом стоит человек Анатолия
Менделеева? — Джефф Понд все еще не мог поверить. — Ведь он лауреат
Нобелевской премии. Он у них виднейший гидробиолог и ко всему прочему
является директором Института научной информации.
Скривив рот, Ив пояснила:
— И ему почти восемьдесят лет.
А звание академика имеет свои
особенности. Тебя выбирают пожизненно, и ты становишься членом узкого
круга лиц научной элиты. А там ревностно следят друг за другом.
— Ты хочешь сказать…
— Одну минуту. С дешифратора пришло что-то еще. Думаю, дополнительные
данные о Менделееве. Да, минуточку. Вот. По всей видимости, недавно он
втайне вел работы над эликсиром жизни. Пытался продвинуть разработки
румынской ученой, доктора Анны Аслан, и ее препарата НЗ.
— Эликсир жизни! Этот деревенский простачок совсем выжил из ума.
Ладно, соединишь меня с шефом? Пожалуйста, Ив!
— Сделаем.
Изображение померкло. Через несколько мгновений появилось гораздо
менее привлекательное лицо шефа.
— Ну, Джефферсон, — он был мрачен, — как идет разгадка шарады? Эти
завихрения в твоей голове меня иногда удивляют.
— Мы заарканим его, как теленка, сэр. Оперативник Полли Макгиверн
сыграла роль Марты — якобы жены этого Перкинса. Я сыграл Тарка. Ребята из
нью-йоркского отделения соорудили дом и псевдолабораторию. Войдя в дом, он
был настроен весьма скептически, а по поводу этой переключары — более чем
скептически. Впрочем, так вел бы себя каждый, чей разум находится по эту
сторону здравого смысла. Однако я сделал вид, что и слышать о ней не
желаю. Вместо этого я забавлялся с неподражаемой штуковиной, которую для
меня сварганили ребята из Отдела гнусных шуток [имеется в виду отдел
технического обеспечения]. Основанная на старом балаганном трюке, она
якобы превращала серебро в золото. Всего лишь небольшая подмена, конечно.
Шеф что-то недовольно проворчал.
— Он это проглотил, — продолжал Джефф Понд. — Он даже проглотил мое
лицедейство, хотя, чтобы сыграть персонаж, подобный Тарку Перкинсу, в
обычных условиях, возможно, понадобился бы Альфред Лант [Альфред Лант
(1893-1977) — знаменитый американский актер, исполнявший характерные
роли]. Говорю вам, сэр, этот мальчик — полнейший простак.
Его начальник на мгновение задумался.
— Как ты думаешь, что мы с этого будем иметь?
Джефф пожал плечами.
— Даже при том, как дела обстоят сейчас, факт, что мы можем его взять
и обвинить в шпионаже, а это уже кое-что. Они изрядно подмочат свою
репутацию, если мы арестуем и передадим под следствие сына Ивана Сисакяна.
— Я не уверен, что подобные вещи отвечают интересам сегодняшней
политики, — с несчастным видом произнес шеф. — Сегодня, ты знаешь,
политический климат стал не таким промозглым. И никто не хочет раздувать
