Так зачем же Жуков рассуждал о непредсказуемых последствиях обмена ядерными ударами одинаковой силы, если никакой силы для нанесения такого удара в Советском Союзе в тот момент не было?

Если интерес Жукова состоял в том, чтобы уберечь планету от гибели, то он должен был по дружески объяснить Эйзенхауэру, что тайны военные выдавать не намерен, сколько у нас зарядов и носителей, не откроет, но пусть американский народ знает: вы нас уничтожите, но за пределами Советского Союза мы на всякий случай уже спрятали несколько зарядов. После того, как вы нанесете по нам ядерные удары, наши ребята, которые уже живут в других странах, на своих плечах через Канаду и Мексику принесут элементы зарядов, соберут их и подорвут бомбы в ваших городах. Много ли тому Чикаго надо? Только представьте себе, как посыпятся ваши небоскребы в разные стороны от эпицентра взрыва.

Мог бы Жуков и сильнее припугнуть: мол, мы такие пугливые, потому уже и на территории США необходимые запасы накопили. В разобранном виде. Надо будет — соберем и врежем, без всяких ракет и бомбардировщиков. Так что вы уж, того… первыми не нападайте, а то все равно свое огребете.

Но Жуков не о судьбе своей страны и всей планеты печалился. Жуков готовил прорыв советских танков в Западную Германию и далее к океану. За это вполне можно было получить ядерный удар от союзника Западной Германии из-за океана, потому Жуков и пытался отвадить Эйзенхауэра от защиты Европы. Мол, что бы тут у нас ни случилось, Америке незачем в драку ввязываться. А то вы на нас 300–400 атомных бомб, да мы на вас столько же — как бы нам планету не загубить.

Брошено это было как бы невзначай, при обсуждении совсем другого вопроса. Брошено с уверенностью, как нечто само собой разумеющееся: у вас 300–400 бомб, и у нас столько же. Кто бы мог подумать, что у этого игрока в тот момент не было ни одного козыря в колоде, ни одного гроша за душой, и в карманах дырки

В современном русском языке для описания такой ситуации есть совершенно точный фразеологический оборот: брать на понт. Мог ли президент США предположить, что Жуков будет вести себя как мелкий шулер?

6

Хрущёвско-жуковские понты слишком дорого обошлись нашему народу. Мало им было на весь мир трепаться о том, что в СССР столько же зарядов и носителей, как и в США. Хрущёв пошел еще дальше.

В 1963 году Воениздат выпустил книгу «Военная стратегия». В авторский коллектив входил один Маршал Советского Союза (Соколовский), один генерал-полковник, три генерал-лейтенанта, пять генерал-майоров и десять полковников. Книга была сдана в набор 18 апреля 1963 года. В выходных данных моего экземпляра этой книги указано, что издание это — исправленное и дополненное. Следовательно, было и более раннее издание.

Маршал Соколовский восемь лет возглавлял Генеральный штаб Советской Армии. В 1960 году должность сдал и взялся за перо. Его соавторы в генеральских и полковничьих погонах увенчаны научными степенями и званиями. Книга удивительная. Вот лишь небольшой фрагмент на странице 393:

В нашей стране проблема уничтожения ракет в полете успешно решена советской наукой и техникой…

Небезынтересно отметить, что проблема противоракетной обороны на Западе до настоящего времени еще далека от окончательного решения.

То есть у нас окончательное решение проблемы противоракетной обороны найдено, а у западных дурачков — нет!

Это откровение сдано в набор в апреле 1963 года, а было, повторяю, и более раннее издание. Без разрешения Хрущёва, без его личного приказа ни один генерал под такими «понтами» подписываться не стал бы. И Маршалу Советского Союза Соколовскому Василию Даниловичу такую чепуху подписывать вовсе незачем. Каждый, кто в армии служил, знает, что инициатива наказуема, тем более в таком вопросе. Зачем Соколовскому на свою голову приключений искать?

Авторы книги писали свои откровения о противоракетной обороне у нас и на Западе не ради сенсаций и не в погоне за популярностью у читателей — тиражи в Советском Союзе определялись не читательским спросом, а планом, и тираж книги зачастую устанавливался еще до того, как ее автор брался за перо

Столь наглая дезинформация такого уровня могла вбрасываться только в централизованном порядке и только по приказу высшего руководства страны.

А потом помощник американского военного атташе заходил в магазин военной книги на Старом Арбате, скупал там книги центнерами, и эксперты в Вашингтоне каждое слово на зуб пробовали.

И тут вдруг такое! В Советском Союзе решена проблема противоракетной обороны! Окончательное решение найдено! Авторский коллектив — серьезнее не бывает.

Что же получается? Если Америка по Советскому Союзу ударит, то Советский Союз ракетный удар отразит. А если Советский Союз ударит по Америке, то Америке отражать ракетный удар нечем. Опа!

И как маршалу и его команде не поверить? У Советского Союза успехи в космосе — вон какие! Конгрессмены, почесывая затылки и чертыхаясь, выделяли миллиарды долларов на военные расходы, и Америка разворачивала грандиозные проекты по созданию противоракетной обороны.

Наша дэза и показуха работали на тактический успех. Враги верили заявлениям Жукова про 300–400 советских ядерных боеприпасов на головы американцев, верили в реальность угрозы хрущёвской «Кузькиной матери», верили нашим «успехам» в создании противоракетной обороны.

В долгосрочной перспективе, со стратегической точки зрения, именно такие хрущёвско-жуковско-брежневско-андроповские понты разгоняли и раскручивали гонку вооружений.

Но нормальная экономика такую гонку выдержать могла, а социалистическая — нет.

Глава 22

…

1

Ночью 29 октября 1955 года в Северной бухте Севастополя, главной базы Черноморского флота, в 1 час 31 минуту под носовой частью линейного корабля «Новороссийск» произошел мощный взрыв. С левого борта вдоль киля образовалась вмятина площадью в 190 квадратных метров с прогибом до трех метров. С правого борта в подводой части из-за взрыва образовалась пробоина площадью 150 квадратных метров — корпус линкора был насквозь пробит снизу вверх. Насквозь — это восемь стальных, в том числе и броневых палуб — то есть восемь этажей.

Линкор «Новороссийск» был флагманом Черноморского флота, самым мощным боевым кораблем Советского Союза. Его полное водоизмещение — 29 100 тонн. Бронирование: палуба — 111–135 мм, рубка — 280 мм, башни — 240–280 мм. Главный калибр — 10 орудий калибра 320 мм. Скорость — 28 узлов. Экипаж — 1576 человек.

Немедленно после взрыва на линкоре была объявлена боевая тревога. Аварийные партии «Новороссийска» вступили в энергичную борьбу за жизнь корабля. Через несколько минут им на помощь прибыли аварийные партии с соседних крейсеров. Через 30–35 минут после взрыва буксиры зацепили раненый линкор и кормой вперед потянули на мелководье, но прибывший на «Новороссийск» командующий Черноморским флотом вице-адмирал В. А. Пархоменко приказ посадить линкор на мель отменил, а эвакуацию личного состава, не занятого борьбой за живучесть корабля, запретил.

Корабль медленно погружался носом вперед. Через два часа вице-адмирал Пархоменко оценку обстановки изменил и распорядился линкор на буксире отвести на мель. Но было поздно. Линкор уже уткнулся носовой частью в грунт. Вдобавок левый носовой якорь не был поднят, он крепко держал корабль. Вице-адмирал вернулся на берег и отдал приказ об эвакуации экипажа.