Мурлыкающий что-то по радио напевным и чуть ли не элвисовски бархатистым баритоном ди-джей очень кстати поставил ветхозаветную Металлику. Тоже, видать, эта чародейка-ночь пробила парня на ностальгию? Естественно, воспитанная на музыкальных пристрастиях старшего брата Женька сразу потребовала сделать погромче. Да ещё, ещё, что вы там жмотничаете?
Never free,
Never me,
So I dub thee unforgiven.
Было так здорово валяться на заднем сиденьи мчащейся в ночи верной бээмвушки, выставив ноги наружу и болтая кроссовками в мягком ветре. Бесшабашно орать эти слова в глаза смущённо перемаргивающимся в бездонном небе звёздам. Зная, что они не ответят и даже не попадают со стыда из своих насиженных высот, а лишь в лучшем случае подпоют. И то, стоит только захотеть, ещё и приплясывать начнут…
На обгон по нынешним меркам просто плетущейся спортивной малышки с надменным рёвом пошёл здоровенный чёрный внедорожник. Из-за приоткрытых стёкол его так бухало басовитыми раскатами сабвуферов, что приподнявшуюся в неудовольствии Женьку чуть не сдуло с сиденья. А как там народ внутри сидел, представлять даже не хотелось. И уже когда лаком и хромом мерцающий гроб обогнал лениво урчащую движком серебристую милашку, глазам трёх подруг предстала высунувшаяся в окно и тут же сжатая в кулак рука с забытым снаружи средним пальцем.
— Мам, урой их, — Женька извернулась ужиком, просунула ногу меж сидений вперёд и притопила маленько газ.
Однако Наталья Сергеевна оказалась куда умнее. Кроссовок дочери живо слетел с педали, а на неё саму уставились два таких знакомых и любимых глаза.
— А по шее, дочь наша? Давай сама уж, не в мои годы из себя Шумахера изображать… — и пришлось Женьке для разнообразия перебираться на её место.
Не останавливая лениво кушающей шоссе бээмвушки.
Отпад, кто бы мог подумать!
Ладно, маменька.
Принцесса горячо запротестовала. Мол, какие такие ваши годы, тётушка Наталья? Вот когда раз этак в десять больше стукнет, тогда и можно будет подумать сменить детскую машинку на молодёжно-гоночную. Многообещающе, чёрт побери, ведь Принцесса слов просто так на ветер не роняет… блестящие глаза матери и дочери на миг встретились в зеркале заднего вида.
Серебристый демон, словно обидевшись на соперника, тут же рванул вперед, так бросила его в погоню Женька. Однако, ей пришлось на пару секунд умерить прыть — коварная Принцесса словно обняла её, обдав теплом и чем-то ещё очень уютным. А потом отодвинулась, пристегнула нетерпеливо покусывающую губку девчонку ремнём безопасности и кивнула.
— Покажи им…
Дальнейшее весьма напоминало какое-то весёлое безумие. Наталья Сергеевна, вцепившись на заднем сиденье во всё что можно, визжала так отчаянно, что потом в смущении даже не смогла ответить на вопрос — от страха или же удовольствия. Принцесса вела себя тоже как шпанистый подросток при виде стайки чинных старшеклассниц с косичками. А Женька с удовольствием обнаружила, что под капотом верной машины скрывается куда больше лошадок, чем даже казалось раньше — надо лишь пришпорить их отполированной до блеска педалью.
Громыхающий приблатнённым музоном внедорожник догнали быстро, да и обогнали почти сразу. Зловредная девица даже не стала изображать из себя пай-девочку — обошла и подрезала так, словно всю жизнь только и работала милиметровщицей. Естественно, там с перепугу тормознули, и с чёрными дымными полосами на асфальте резко отстали.
Но Женька тоже умерила бег машины и словно играясь, позволила себя догнать и даже обогнать. А потом, бросив через плечо «берегите зубы», вдавила газ до упора. Не знаю как здесь, а в салоне чёрного сарая все наверняка оказались весьма впечатлены рёвом трёхсот лошадей пронёсшейся мимо них серебряной молнии.
А затем опять, поддразнивая, коварная девица придержала недовольно порыкивающих под капотом демонов и позволила разгорячённым соперникам догнать себя. Музыка там стихла — похоже, в салоне шло то ли совещание при виде маячащей прямо перед глазами смазливой попки оказавшейся неприлично резвой бээмвушки, то ли там здраво оценивали свои силы. Как ни крути, а не опухшему навороченному внедорожнику соперничать с распластавшейся над чёрным асфальтом спортивной машиной. В окно опять высунулась чья-то рука.
Что за дела? Резвая и плавная походка серебряной красавицы пару раз дрогнула. Затем что-то мерзко вжикнуло, а в зализанном ветровом стекле с щелчком появилась окаймлённая серебристой звездой круглая дырочка.
— Паразиты! — как Женька сдержалась от отчаяния, дабы не загнуть словечко-другое покрепче, не помнила и она сама.
Принцесса потянулась рукой и невозмутимо поковырялась в отверстии безукоризненно наманикюренным пальчиком.
— Семь-шестьдесят-два, скорее всего пистолет ТТ с глушителем, — деловито сообщила она. — Делай что д о лжно, Джейн. А вы, тётушка Наталья, смотрите — сейчас будет бесплатный цирк.
И как обычно, оказалась права. Ибо Женька мрачно утопила тормоз, стоически вынесла толкнувший в спины хруст тут же врезавшегося в них преследователя. И едва ли не раньше, чем обе машины замерли, сорвала с себя ремень безопасности и прямо из сиденья сиганула назад.
Опытная врач за свою карьеру много повидала такого, что человеку от таких дел далёкому стоило бы аппетита и даже сна.
Опытная врач за свою карьеру много повидала такого, что человеку от таких дел далёкому стоило бы аппетита и даже сна. Но когда родная дочь наглядно показывает, что подобные сценки бывают не только в крутых голливудских боевиках с щедро налитыми брызгами томатного сока, тут уж в самую пору удивиться. Во всяком случае, видок у спортивной девахи в белых джинсах и перламутровой блузке, одним рывком выдравшей здоровенную дверцу и зашвырнувшей её подальше, оказался весьма впечатляющ.
Впечатляющ, впрочем, для начала — Наталья Сергеевна только страдальчески вздрагивала каждый раз, когда Женька отвешивала плюхи и наводила на содержимое внедорожника должный пиетит. И лишь поморщилась, когда дочь ухватила за ствол реквизированный пистоль да щедро прошлась рукоятью по физиономии главного, добавляя чертовски сложной работы целой бригаде дантистов и пластических хирургов. Впрочем, напуганные до намокших сидений размалёванные девицы всё же не пострадали…
— Ещё раз встретимся — закопаю, — наверное, именно спокойный и какой-то даже равнодушный голос дочери привёл к тому, что сидящая в безопасности мать передёрнулась от зябкого холодка.
— Тётушка Наталья, ваша дочь хороший человек, чистый душой? — как всегда, Принцесса сумела найти вопрос, изрядно отвлёкший маменьку от грустных размышлений по поводу увиденной сцены и obliko morale дочери.
— Ты хочешь сказать, что ей незачем стыдиться своих желаний? И что если бы она лишила жизни того, кто посягал на наши, это было бы справедливо? — и тут же маменька спохватилась. — Извините — вы, вашвысочество.
Однако Принцесса не согласилась. По крайней мере с последним.
— Ты. Я так долго этого ждала, тётушка. Пока не во дворце, давайте без глупостей, — и Наталья Сергеевна не нашлась, что ответить этой подкупающей улыбке.
Мрачно идущая обратно Женька мельком посмотрела на изуродованный багажник своей обиженно замершей лапочки и со вздохом отвернулась. На чёрную она даже не глянула, потому как в праве называться так отказывала и почитала всего лишь за средство передвижения. А потом так глянула на маменьку, что та сообразила — если она сейчас настоит вслух на своей обязанности оказать тем, сзади, медицинскую помощь, то очень может статься, что им понадобятся уже гробовщики.
