Риторы и колбы, маленький горн. Различные смеси, вспыхивающие от малейшего взбалтывания, а то и взрывающиеся с оглушительным грохотом. Великие тайны незримого простому глазу мира. Когда два простых металла сливаются в один, порождая нечто отличное от них обоих.
Затем лабораторию алхимика сменила деревянная келья знахаря. По углам повисли пучки трав. Разрыв?трава, странный цветок папоротника и многое другое оказались легендами. Но было другое, многое. Иллиал узнал о могуществе всего, что растет из благодатной земли. Недаром травинка легко вырываемая детской рукой, могла пробить скалы. Черпать силу в своей слабости учила его Башня.
Самым легким из всего оказались заговоры. Акустическая, как говорил Дарит, магия Иллиалу нравилась. Было что?то завораживающее в стихах и песнях. Их сила была поистине огромна и непостижима. Как повествовали древнейшие хроники, Творец пел, когда созидал. А тот кто сможет услышать отрывки этой песни, сможет постичь гармонии природы.
На долгие дни волшебник отправлялся в окрестные рощи слушать природу. Ныне практически исчезнувшие друиды и Светлые эльфы черпали силу в великом круговороте жизни. Иллиал научился не страшиться смерти. Он понял, и УВИДЕЛ, как из смерти рождается жизнь.
После пошли занятия по целительству. Великому и милосердному искусству. Иллиал учился различать болезни и яды, снимать боль и погружать живое существо в сон без боли. Далее пошли основы излечения. От простых
— повышения сил самого больного и передачи ему части сил; до самых высших — регенерации и СЖИГАНИЯ болезни.
Иллиал учился, учился и учился. Светлая магия, магия милосердия и добра давала ему душевное равновесие. Но ему казалось, что с каждой ступенькой вверх в магии, он более обычного радует своих Учителей.
Бездумным и неостановимым потоком бежало время. Прошло три года. Три года до дня, когда Иллиал остановился пред созданным в главном зале Башни алтарем.
— Протяни руки Маг! — повелела Башня.
С горящими торжеством глазами, на алтаре из цельного куска хрусталя, появился Дарит. В маленьких лапках он держал посох. Посох Мага.
Выточенный из ясеня — дерева магов, обхваченный кольцами из чистого золота, с восьмигранным рубином на вершине. Посох Мага.
— Но как же Магия Тварей, Духа, Солнца, Реальности, Времени, Драконов?
— отшатнулся Иллиал.
— Это все Маг постигает сам! — ответил ему Дарит. — Прими посох и пусть будет светла твоя дорога!
Вот так, просто и без прикрас. Иллиал получил посох и ворота Башни захлопнулись за ним. Навсегда. Через мгновение Иллиал уже шагал прочь не оборачиваясь.
Маленький мохнатый хранитель библиотеки Дарит стоял возле стены Башни.
— Пора мой друг.
— Ты прав, пора, — отозвалась Башня.
Через мгновение, мгновение быстрее мысли, Дарит и Башня исчезли.
Золотой и серебряный дракон взмыли в не то вечерние сумерки, не то в предрассветный туман.
XVI.
— Я те че грил? — толкнул меня гном. Если честно его говор меня уже раздражал. Даже больше чем десяток направленных на нас эльфийских стрел.
— Как ты пришел в наш лес? — прозвучал высокий мелодичный голос.
— Как пришел? Ногами. А как еще ходят? — пожал я плечами, Вампир презрительно прищурился. — А что до вас, ваше эльфийское величество, то спешу предупредить о армии ведомой демоном.
— Мы знаем о ней, — ответил мелодичный голос, сама же принцесса эльфов так и не показалась из густых ветвей.
— Но она пройдет мимо. Демон ведет ее к Верему. Для штурма Туманного леса он слишком слаб! — голос стал презрительным. — А ты умрешь здесь, сын Тьмы!
— И вы лишите последнего шанса жителей Верема и других городов и деревень, о милосердные?
— Можешь не увиливать сын лжи. Дети Света никогда не поверят словам сына Тьмы.
— Дык энто, ваше высочество, — вмешался гном. — Он Творцом клялся ухайдакать демона, что ту армию ведет.
— Силой Творца?! — удивилась принцесса эльфов.
— Именно, — я подмигнул тому месту, где могла прятаться эльфийка. — Или вы, почитающие жизнь, убиваете меня, или на вас ляжет кровь всех кого я могу спасти.
— Нашей вины в той крови не будет, — отозвалась принцесса эльфов, но все же в голосе проскользнула нотка растерянности. — Но нам не будет прощения, если мы не убьем тебя сын Зла.
Я чувствовал собравшихся эльфов, все молодые, еще ничего не знающие обо мне и Эльфаргале, короле Туманного леса. Чистые, непорочные души, в которых Тьмы не хватит даже на сделку со мной, как у Тарна. И фанатичные. Они убьют сына Люцифера! Будет о чем петь под зелеными сводами, серебренным струнам.
— Ну, это уже слишком! — крикнул я. Сын Зла! Такого я не прощал.
Черный меч рассекал воздух и пущенные эльфийские стрелы.
— Стоять! — зарычал я приближающимся эльфам, хватая их принцессу и приставляя к горлу меч. — Или принцессе придется искать донора, для головы.
Эльфы мало что поняли, но остановились.
— Так то лучше. А теперь поговорим по?другому, — моя ладонь хлестко ударила принцессу эльфов по щеке. — Это за сына Зла! — еще пощечина. — Это за тех, кто погиб, пока мы здесь пререкались! — третий удар выбил из миндалевидных глаз слезы. — Это так, авансом.
Я подозвал гнома и посмотрел на окружающих эльфов.
— А теперь, — я перешел на эльфийский. — ИСТИННЫМ ИМЕНЕМ ПРИНЦЕССЫ ВАШЕЙ — АЛЬТАИРРА, Я ЗАРЕКАЮ ВАС. ДА НЕ ПРИЧИНИТЕ ВЫ ВРЕДА НИ МНЕ НИ МОЕМУ СПУТНИКУ, ПОКА МЫ НЕ ПОКИНЕМ ТУМАННЫЙ ЛЕС.
Я не глядя бросил меч в ножны. Лицо Альтаирры пылало стыдом и гневом. Она была красива. Красивее чем тот кричащий младенец, когда я ее видел в последний раз.
— До встречи ваше высочество, — галантно поклонился я. — и не надо гримас, они портят твое лицо. Еще раз до встречи.
— Она станет для тебя последней, — задыхаясь, ответила эльфийка.
— Возможно. А может вы сами, будете просить меня о помощи. Мир часто меняется, как бы вы, эльфы, не любили перемены. Пошли Тарн.
Гном засопел и поплелся вслед за мной.
— Они нам энто, в спину не стрельнут?
— Нет. Я заклял их истинным именем принцессы.
— Откуда?
— Имя? — я пожал плечами, быстрыми шагами наверстывая упущенное время, Тарн чуть ли не бежал рядом. — Довелось вытаскивать мамашу данной красавицы из очень большой кучи дерьма. Ее отец задолжал Грозобою, мелкому подручному Магота, тот в расплату потребовал его жену. Королева согласилась, не ведая еще, что беременна. Мне в то время Грозобой на хвост наступил, я заодно эльфийку вытащил и даже роды принял.
Гном опешил.
— Дык ты значиться нынешней принцессе имечко то давал?
— Да я. А еще раз пойдет против меня, перегну через колено и всыплю десяток горячих вожжами. И вообще мерзкое это место, Туманный лес, — резко перевел я разговор.
— Эт исчо почему?
— Здесь столько Света, что все пропахло им как свинарник навозом.
Через два часа пути, мы с гномом вышли за пределы Туманного леса.
Через два часа пути, мы с гномом вышли за пределы Туманного леса. Теперь путь вел нас к Верему.
Дорога, пустынная и прямая. День за днем мы шли по следам армии демона, с каждым шагом приближаясь все ближе. Я боялся, что эльфы пошлют погоню, но они решили не рисковать.
На третий день мы услышали соленый запах океана и дым сотен костров.
— Вот мы и дошли.
— Опоздали? — спросил гном.
— Да нет. Верем в осаде, но пока еще держится. Правда, не знаю почему.
