Я поморщился. Человек. Магиня. Красавица. По поведению — настоящий кнерт. Такая же надменная и холодная. Это был феерический роман, закончившийся отравленным кинжалом. Я чудом выжил. С одной лишь целью: найти эту дрянь и убить ее. Но Эстель как сквозь землю провалилась, не оставив и следа. А ведь я все ресурсы использовал, чтобы найти эту змеюку.
— Турви, дай девчонке время. В чужом мире, без друзей, без родных, зато с двумя демонами и погоней на хвосте — она сама себе не верит, а уж нам-то, недоговаривающим тварям со странной логикой, и подавно. Кстати, ты не желал бы научить ее хоть немного защищаться? Стрелять-то она, возможно, и умеет из того оружия, но меч сейчас актуальнее.
Я кивнул. Конечно, надо ее немного обучить владению мечом. Она не воин по духу, но должна быть способна продержаться против нескольких наемников минут пять. Чтобы я успел подскочить. Решено: заставлю ее учиться после обеда.
Кивнув своим мыслям, я достал бокалы и налил себе и брату немного вина.
— Ну что, Император Цели, обсудим, как использовать информацию, переданную нам Линой, для получения престола Империи в наши загребущие лапки?
Цели рассмеялся. Чисто и искренне. А ведь в Императорском дворце я его смеха никогда не слышал.
— Ты выражаешься, как она. Дурной пример заразителен. За что пьем?
— За то, чтобы все у нас получилось, братец.
Глава 8. Новобранец
Само плывет в руки только то, что не тонет.
NN
Ангелина.
Тот момент, когда я согласилась обучаться у Дея, был проклят мною не единожды. И даже не дважды. В первый день на полянке перед убежищем мои силы закончились через двадцать минут. Гордость и сознание покинули меня одновременно через следующие семь минут. На второй день я продержалась на три минуты дольше. На пятый день я узнала от Целестина о том, что Дей по деревьям лазать не умеет, и если залезть повыше, то вполне можно перевести дух. А заодно и узнать о себе много нового. В выражениях Дей не стеснялся. И с радостью узнавал от меня новые.
Наши отношения стали налаживаться. Махать мечом (именно махать, а не фехтовать) я постепенно училась, хотя мне и твердили в два голоса, что я бездарность. А Целестин даже начал обучать меня языку кнертов. И оба были предельно вежливы и корректны со мной, не позволяя себе настаивать и давить. В общем, мир, дружба, жвачка. За это я платила отменной кулинарией, постоянно удивляясь, как в них влезает столько, и мирным игнорированием расспросов о моей личной жизни. Про оружие я им рассказывала то, что знала сама. И про гранаты, и про пулеметы, и про снайперские винтовки. Я не знала всего, но общие сведения у меня были. По вечерам я отсиживалась в комнате, читая прихваченные еще у графа книги или укрепляя связь с Инди, а парни шушукались внизу. Лезть в их дела совсем не хотелось — лишние неприятности на мою голову. Но все же меня втянули. Ребятам, наверно, трудно далось это решение, но на десятый день пребывания в лесу (я уже начала осторожно спрашивать, когда мы двинемся дальше ) они после обеда усадили меня в самое мягкое кресло и рассказали о перевороте в Империи. И о своем намерении устроить еще один. На вопрос, причем здесь я, они помялись и выдали мне, что если иномиряне примут меня в свой круг, то, возможно, поделятся огнестрельным оружием. Я же, в свою очередь, научу стрелять принцев и их ближайших соратников (общее количество смертников — три десятка).
Я нахмурилась. Вот ведь гады. Хотят нагло меня использовать в своих махинациях. И пусть у них благородные цели, но я ведь не инструмент. Да и к гибели семьи оба отнеслись более чем равнодушно. Нет, я конечно поняла, что члены этой семейки между собой особо не ладили, но ведь все же родня. Не нравится мне это.
— Лина…
Дей протянул руку, намереваясь дотронуться до меня, но замер, вспомнив, что прикосновения я с трудом переношу даже на тренировке.
— По рукам, Дей.
Даже я от себя такого не ожидала. Не дав себе труда подумать, я вложила свою ладонь в его, скрепляя принятое решение рукопожатием. Дей и Целестин от шока вообще ничего не могли сказать. Я же держала брюнета за руку и улыбалась. Назло всему и всем.
— Я помогу вам, кнерты. Но и вы мне поможете. Я хочу вернуться домой. Если этим иномирянам я понравлюсь, то обеспечу вас лучшим оружием и научу, как им пользоваться, может, даже расскажу тактику перестрелок и некоторые хитрости ведения боя в помещениях типа «Лабиринт». А вы обеспечиваете мою безопасность и нормальные условия жизни до моего торжественного отбытия. Да?
— Да.
Целестин положил свою руку на наши с Деем, что мне напомнило кадр из фильма про мушкетеров. Но ведь мы не друзья. Хотя, чем черт не шутит, может что-то и получится. Алексу бы они понравились.
— Ну что, демоны, один за всех, и все за одного. А теперь ответьте на вопрос: когда мы покинем это убежище? Мне здесь скучно.
Братья заулыбались (точнее, один заулыбался, а второй заухмылялся) и ответили, что мы отправляемся на рассвете, а до этого надо собрать вещи и еду в дорогу. Этим я и занялась, заставив парней помогать мне.
Этим я и занялась, заставив парней помогать мне. Всю ночь мы не спали. Им я приказала нести все, что хотя бы теоретически может нам понадобиться, а сама творила на кухне, понимая, что их кашу я есть больше не смогу — разбаловалась. К рассвету я наготовила столько, что можно было бы накормить целую армию, и тщательно упаковала все в свою сумку. А вот кнерты стояли в гостиной и рассматривали кучу, сваленную в центре. Чего там только не было: и книги, и оружие, и амулеты, и одеяла, и одежда, и вообще куча всякого барахла. Даже мой индэрг внес посильную помощь, притащив все свои игрушки, как то: стальная арматура для заточки когтей, изгрызенные ботинки и пять дохлых крыс.
— Мальчики, вы уверены, что это все вам необходимо?
Неуверенные кивки утвердили меня в подозрении, что Дей разгадал секрет моей сумки.
— И кто все это повезет?
— Ну Лина, ну у тебя же сумка….
Я вздохнула. Все ясно с этими хмырями. Все на бедные хрупкие мои плечики.
— Вы хоть разбейте на две партии. Крупногабаритное не влезет в сумку. А остальное я упакую.
Мы пробирались через лес, ведя в поводу наших верных скакунов. Точнее, двух монстров и одну клячу. Кляча — моя, если кто не понял.
— Леди Лина, я заметил, что вы неадекватно реагируете на замечания о вашем лице.
Я тяжело вздохнула. Если бы спросил Дей, я бы, не стесняясь, послала. Но Целестин такой милый, обходительный. Да еще так глазками научился хлопать, зараза. И как ему отказать? Ну прям херувимчик. Разительное отличие от того образа, в котором он предстал при нашей первой встрече.
— Целестин, может на «ты»?
— Давай. Давно хотел предложить, а то выкаем, как на балу.
Я еще раз вздохнула. Целестин за последние дни сильно изменил свое поведение и начал мне нравиться. Так и влюбиться недолго.
— Эти пятна, которые вас так интересуют, называются веснушками. В детстве они меня бесили, так как служили причиной насмешек, но Алекс, мой друг, сказал, что это — мое достояние. Он говорил, что меня любит солнышко, и как свою любимицу одаривает поцелуями — веснушками.
Я подняла голову, ловя прорвавшийся сквозь листву лучик солнца. Легкое тепло скользнуло по моему лицу, заставив улыбнуться. Я обожаю солнце.
