Я помертвела. Знает, куда бить, да это и неудивительно. Такие, как он, всегда выясняют уязвимые места жертв.
— У вас есть еще вопросы? — чуть дрогнувшим голосом поинтересовалась я.
— Нет, вы свободны, — покачал головой полуэльф, как-то странно глядя на меня.
Получив дозволение удалиться, я поднялась и на деревянных ногах вышла в коридор.
Чем красивей мужчина, тем больше от него неприятностей.
Я поняла, что сейчас же найду Линха каэ Орона, где бы он ни находился, пусть даже в объятиях своей любовницы, и буду на коленях умолять спасти мою семью. Хоть на рабство соглашусь, хоть душу продам, но уломаю его вывезти родителей из Эрола. Если же нет, вернусь в Иллэну и буду трудиться на благо родины и его величества в поте лица своего. А заодно расскажу про оборотней абсолютно все, что от меня потребуют, и даже больше. Боги, какая же я все-таки наивная. Думала, если ни разу не связывалась с родителями — их не тронут, посчитают, будто они неважны для меня. Да я о родных даже вспоминать старалась пореже, мало ли где может быть телепат-сканер и мало ли на кого он может работать. Размечталась, что называется, так тайная канцелярия его величества и пропустит что-то важное…
А с другой стороны, свяжись я с родителями, что тогда?
Драгоценная ма наверняка рванулась бы сюда, выцарапывать из лап подлых кровожадных оборотней любимое чадо, а при защите близких она часто выбирает радикальные средства. Лично я не думаю, что на частичное разрушение замка и попытку убийства сородичей хоть один из троих лордов среагирует миролюбиво, а зная характер моей мамы, подозреваю, что действия ее будут именно такими… Я, пожалуй, сама бы подобным образом поступила на ее месте.
ГЛАВА 5
Раэн изрядно понервничал, когда принц Эрик упомянул родителей ларэ Тьен. Знал наверняка, мерзавец, куда бить… Ведь не мог не знать! В какой-то момент оборотню показалось, что клятый полукровка взял змеюку с потрохами и она сделает все, что он ей скажет. Однако ларэ Риннэлис повременила с ответом. — Значит, возможно, удастся выкрутиться, удастся утрясти дело с Линхом. В любом случае о разговоре между полуэльфом и человечкой дражайший родич должен узнать немедленно.
Рассказать что-либо Третьему лорду Раэн просто не успел, потому что через минуту после его прихода в обитель Линха без стука ворвалась бледная как полотно ларэ Риннэлис.
— Вы желали что-то сказать мне? — невозмутимо поинтересовался у девушки лорд, проигнорировав вопиющие нарушения этикета, которые она допустила.
«Уже дважды кузен обращается непосредственно к ларэ Риннэлис, определенно хороший признак», — машинально отметил про себя Раэн. О чем будет говорить бывший дознаватель, он приблизительно представлял и был чрезвычайно рад, что она решила поступить именно так, а не подумала где-нибудь в темном углу, дабы потом пойти сдаваться проклятущему отродью, чтоб этому рыжему пауку насмерть удавиться в своей же паутине.
— Да, лорд, я прошу вас о милости, — тихим, звенящим от напряжения голосом отозвалась человечка, отвесив правителю по-военному короткий поклон.
— О какой же? — вопросительно поднял бровь Линх. Во всем остальном мина его не изменилась, Третий лорд источал спокойствие и даже — о боги! — благожелательность.
— Заберите из Эрола моих родителей! — на одном дыхании выпалила ларэ Тьен.
На белых щеках проступил алый румянец (неужели смутилась?), и девушка опустила глаза.
— Боюсь, выполнение вашей просьбы для меня в данный момент невозможно, — пожал плечами Линх.
Раэн задержал дыхание, ожидая чего-то очень неприятного. Лицо ларэ Риннэлис стало едва ли не синеватым. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но Линх опередил ее:
— Мои подчиненные уже вывезли из Эрола ваших родителей. Завтра они будут здесь.
Раэн был поражен не столько тем, что родич вообще озаботился этим вопросом (все же Линх не стал бы лордом, не умей он просчитывать все на ход вперед), сколько тем, что тот ни словом не обмолвился ему о своем решении. Неужели кузен перестал доверять своей правой руке?
Мучения Раэна по поводу изменений в собственном статусе были тут же забыты, как только он увидел глаза девушки. В них отразилась бездна изумления, облегчения и такой благодарности… Драгоценный кузен все же большая умница, мало кто в этом мире в состоянии приручить змею, Линху же это удалось в полной мере. По выражению лица ларэ Риннэлис можно было с уверенностью сказать: за Третьего лорда она теперь готова как умереть в любой момент, так и убить любого. Если бы ей пришлось сперва вымаливать родителей у правителя, нужного эффекта не получилось бы: вряд ли раздражение от презрительного отношения и память о прошлых унижениях куда-то испарились, следовательно, лучше человечка к лорду относиться не станет. Но вот долг за спасение семьи, да еще и тот факт, что Линх позаботился об этом до того, как возникла пиковая ситуация… Теперь ларэ Тьен влипла в необходимость отрабатывать благодеяние как муха в варенье.
Мама. Отец. Я увижу их завтра. Уже завтра. Когда я вышла из кабинета лорда, думать я могла лишь об этом. С одной стороны, счастью моему не было предела, а с другой же… Зная свою семью, с уверенностью могу сказать, что счастливое воссоединение мне не грозит. Наверняка сперва будет долгое и не очень приятное объяснение, от одной мысли о котором я жмурилась как кошка, которую хозяева застали на столе. Наверняка на меня будут кричать…
Отношение же к Линху каэ Орону после его поступка не изменилось, но стало двойственным. Что бы ни сделал лично мне Третий лорд, как бы ни унижал меня, все это перевешивало спасение моих близких. Я знала, за это придется платить, и глупо было бы забывать о лекции ларо Раэна о внутреннем и внешнем круге, но все же меня переполняла благодарность, которая очень странно сочеталась с мечтой когда-нибудь поприсутствовать на похоронах Третьего лорда и первой бросить горсть земли на его гроб.
Позади раздались нарочито громкие шаги. Ларо каэ Верр тактично дал понять, что вновь выполняет свои обязанности надзирателя. Потрясающий образец вежливости среди оборотней, прямо-таки противоестественный. Я поблагодарила каэ Верра и сообщила, что намерена немного отдохнуть у себя и не хочу, чтобы меня беспокоили нежелательные личности. Нежелательными я и каэ Верр считали всех, кроме лордов и ларо Раэна. Моя нянька широко и довольно улыбнулась и заверила, что меня никто не потревожит.
Однако потревожили. Причем визитер вошел ко мне самым оригинальным способом.
Оказавшись в комнате, я легла спать и, по-видимому, уделила этому приятному занятию достаточно много времени, поскольку, когда я проснулась, в комнате было темно. Очевидно, солнце село приблизительно полчаса назад, была не беспроглядная ночная темень, а стояли густые, как патока, сумерки.
Оглядевшись, я обнаружила в своей обители предмет совершенно посторонний: мужчину, сидящего в кресле. На голове его был платок, повязанный на разбойничий манер. Сперва я не поняла, кто это и каким образом он сюда попал, ведь пройти мимо каэ Верра невозможно, а сам он никогда не вошел бы ко мне без стука.
Потом зрение мое приспособилось к недостатку света, и я заметила сажу на ковре и неровно стоящую каминную решетку. Убийца? Кто еще мог бы использовать такой оригинальный способ проникновения? Но почему же тогда он медлил?
Тут незваный гость поднял голову, и я вздохнула от изумления.
