***
Я не сомневаюсь в том, что подобное заключение о вере покажется слишком суровым многим читателям, особенно тем, кто сам черпает в ней утешение. Однако тот факт, что необоснованные представления дают утешение, не доказывает их истинности. Если бы каждый врач говорил умирающим пациентам, что их ждет полное выздоровление, это бы утешило многих из них, однако — ценой потери истины. Но почему нас должна заботить истина? Нужно, чтобы родился новый Сократ, который дал бы ответ на такой вопрос. Нам же достаточно заметить, что истина крайне важна для самих верующих — ведь они верят именно в истинность своего учения. Верующие никогда не говорили, что утешение для них дороже истины, и любая религия содержит ужасные утверждения, которые вовсе не утешают, но в которые нужно верить, хотя они доставляют боль, чтобы ни один темный уголок реальности не остался вне сферы «знания».
Верующие очень высоко ставят истинность. В этом смысле они подобны многим философам и ученым. Верующие говорят, что они обладают знанием о святых, спасительных и метафизических истинах: Христос умер за наши грехи; он есть Сын Божий; все люди наделены душой, которая попадет на суд после смерти. Эти утверждения претендуют на описание законов нашего мира. Доктрина имеет цену лишь в том случае, если она согласуется с реальностью в целом, только тогда вера человека полезна, спасительна или имеет право на существование, потому что верить в доктрину означает верить в ее истинность. Именно об истинности говорят тогда, когда хотят показать, что все другие веры ложны. Еретические доктрины ложны по определению и заслуживают презрения именно потому, что содержат ложь. Таким образом, если христианин не претендует на обладание знанием, которое основывается на буквальном понимании Писания, то он ничем не отличается от мусульманина, иудея или даже атеиста. Если бы он (с помощью какого-то неопровержимого доказательства) убедился в том, что Христос родился во грехе и умер, подобно животному, от его веры ничего бы не осталось. Вера никогда не была равнодушной к истине, однако сама природа веры не дает ей способности отличать истину от лжи в тех самых вопросах, которые ее больше всего занимают.
Верующий может вести себя в «мирских делах» так же, как и его неверующий сосед — то есть более или менее разумно. Принимая серьезные решения, он должен точно так же опираться на достоверные факты, как и все прочие люди. Когда Свидетели Иеговы отказываются от переливания крови или адепты Христианской науки отвергают все достижения современной медицины, это может показаться исключением из правила, однако это не так. Эти люди действуют рационально в контексте своих религиозных представлений. В конце концов, мать не будет отказываться давать лекарства ребенку по религиозным причинам, если она просто думает, что религия приносит ей утешение. Она должна верить, что ее спасение зависит от проявлений веры в силу Бога и от почтения к нему, и ради этого она даже готова рисковать жизнью своего ребенка. Это, казалось бы, неразумное поведение стоит на службе разуму, потому что оно призвано на практике свидетельствовать об истинности религиозной доктрины. На самом деле, даже самые причудливые проявления веры бывают совершенно рациональными в контексте религиозных представлений. Возьмем танцы со змеями пятидесятников как особо яркий пример: этим они демонстрируют и свою веру в буквально понимаемые слова Библии ( в данном случае — Евангелия от Марка 16:1 В), и истинность этой веры. Поэтому они берут в руки змей (обычно это разные виды гремучей змеи) и пьют яд (чаще всего стрихнин), чтобы подтвердить обетование Христа: «будут брать змей; и если что смертоносное выпьют, не повредит им». При этом, что неудивительно, некоторые из них умирают, как умер в 1955 году от укуса змеи основоположник такой практики Джордж Хенсли — это доказывает, как можно думать, не слабость их веры, но силу змеиного яда и стрихнина.
Вера определяет то, что кажется человеку разумным на данный момент. Когда члены секты «Небесные врата» не смогли найти космический корабль, который, как они верили, следует за кометой Хейл-Боппа, они вернули в магазин телескоп стоимостью в четыре тысячи долларов, думая, что им продали испорченный инструмент.
***
Но вера выплачивает свои дивиденды благодаря сопутствующему убеждению в том, что будущее будет лучше или хотя бы не хуже прошлого. Вспомним знаменитые слова Юлиании Норичской (примерно 1342-1413), которыми она хотела кратко передать суть Евангелия: «Все будет хорошо, и всем будет хорошо, и все вещи будут хороши». Притягательность любого религиозного учения кроется именно в этом, а не в каких-то более возвышенных или непостижимых вещах: в итоге все будет хорошо. Вера позволяет наслаждаться этим утверждением уже сейчас и надеяться на то, что оно осуществится в будущем. При этом подлинное существование подобного процесса, тот факт, что, произнеся особые слова и съев кусочек хлеба, верующий обретает спасение, уверенность в том, что Бог видит и слушает тебя и готовит для тебя вечную награду, — то есть, если сказать кратко, соответствие доктрины реальности — исключительно важно для верующего.
…
Загадочное поветрие в июне [1348 года] достигло Парижа и поражало сей город в течение полутора лет… Король Филипп [VI] попросил преподавателей медицины Парижского университета объяснить ему, чем вызвано это бедствие. Как сообщили ему профессора, беспорядок среди светил привел к тому, что солнце перегрело воды Индийского океана, из которых начали подниматься пагубные испарения. Ученые мужи сообщили королю о различных мерах борьбы с поветрием. Можно, например, употреблять мясной бульон с молотым перцем, имбирем и чесноком. Следует избегать мяса домашних и водоплавающих птиц, молодых свиней и вообще жирного мяса. Крайне опасно оливковое масло. Следует воздерживаться от купания, однако клизмы могут принести пользу. «Мужчины должны соблюдать целомудрие, — сказали медики, — если они ценят свою жизнь».
Короля беспокоило то, что на его подданных обрушился гнев Божий. Он издал закон против богохульства. Виновному в этом преступлении в первый раз отрезают одну губу, во второй раз — другую, в третий — язык…
Городские власти приняли меры против распространения паники. Они отдали распоряжение не звонить в колокола при похоронах и запретили ношение черной одежды. Они запретили собираться группами более двух человек на похоронах и выражать скорбь на публике. Чтобы умилостивить Божий гнев, приведший к такому бедствию, они запретили любого вида работу после полудня по воскресеньям, все азартные игры и сквернословие и велели всем людям, сожительствующим в грехе, немедленно вступить в брак.
Ли Миуси [настоятель монастыря Турнэ] с удовлетворением отметил, что количество свадеб заметно увеличилось, люди перестали произносить богохульства, а из-за того, что прекратились азартные игры, ремесленники, изготавливавшие игральные кости, начали делать четки. Он также записал, что в этом месте, где снова воцарился дух добродетелей, поветрие унесло жизнь 25 тысяч граждан, которых хоронили в больших ямах, вырытых на окраине города.
