— Нужно принять срочное непопулярное решение? — интуитивно предположил Мошер.
— Последнее решение совета директоров «Фон Брауна», — уточнил Майлер. — Завтра акции корпорации на Земле уже не будут стоить ничего, можешь мне поверить. В обмен на это мы получим Марс со всеми терраформированными территориями, производственными мощностями и аграрными комплексами. Весь план продуман до мелочей, но существует один нюанс — для его успешной финализации мне необходимо, чтобы «Орион» покинул зону высоких орбит и в полной боевой готовности повис над нашими головами. Такое решение о передислокации крейсера в запретную зону может принять только совет директоров корпорации большинством голосов.
Мошер задумался.
В глубине души он был потрясен, но давняя практика управления огромной корпорацией научила его многому, в том числе и самоконтролю. Сейчас, исподволь глядя на Майлера, он пытался понять, насколько сильно изменился тот за минувшее десятилетие. Дейвида не интересовала внешность сидящего напротив человека, исключительно важным был иной аспект: насколько адекватен разум помолодевшего фон Брауна, не находился ли он в стадии старческого маразма, перед тем как отдать себя в руки биогенетикам?
— Я хочу знать все детали разработанного тобой плана, прежде чем приму свое решение, Майлер.
Фон Браун кивнул:
— Это справедливо. Хотя я буду вынужден излагать кратко, дорога каждая минута.
Мошер откинулся в кресле.
Казалось, само время откручивается вспять, и они снова на Земле, в небоскребе корпорации. Даже голос фон Брауна звучал как тогда, в памятную ночь принятия решений по острой марсианской проблеме…
— Знаешь, в последние дни перед своей мнимой кончиной я пребывал в скверном расположении духа. Была мысль плюнуть на все и пойти по твоим стопам, Дейв. Вся жизнь — борьба, а что в итоге? Подкравшаяся старость и острое понимание, что корпорация, которой посвятил всего себя, попросту рухнет, когда я уйду.
— И ты решил напоследок хлопнуть дверью?
Майлер поморщился:
— Можешь называть это как угодно, но я смотрел на вещи с иной точки зрения. Последние сообщения из колонии явно указывали на то, что клан Ляо вскоре начнет действовать. Да, мы раскусили их ход с андроидами, обезопасили себя от внутренней угрозы, но этого мало. Я смотрел на карту Марса и думал: почему мы спокойно ждем, когда они нанесут удар? Что мешает объединить колонию, очистить ее от скверны, придать планете статус независимости? Это не хлопок дверью, Дейв, а смысл жизни, достойный повод для того, чтобы помолодеть. Корпоративные земли не худший образчик терраформирования, и, в конце концов, если рядом существует зловонная яма, постоянный источник потенциальной угрозы и мелких повседневных неприятностей, почему мы должны молча и терпеливо взирать на это?
— По?моему, мы ждали, когда азиаты проявят свое истинное лицо, начав агрессию.
— Да, но я уже не мог ждать, тянуть дальше, цепляться за условности…
— Это рискованная афера. Неужели ты своими руками подведешь господину Ляо белого коня, чтобы он отражал агрессию?
Майлер лишь покачал головой, доставая из нагрудного кармана миниатюрный носитель информации:
— Посмотри эту запись.
***
Видеоролик был коротким, всего пять минут реального времени, но весьма выразительным.
— Это вариант для средств массовой информации.
В моем распоряжении имеется полная многочасовая запись всех событий.
Мошер взглянул на фон Брауна.
— Артефакт настоящий? — спросил он.
— Да. Его обнаружили при плановом картографировании местности два года назад. Я приказал не трогать этот непонятный металлический фрагмент, пока не представился случай использовать его. Помнишь микрочипы, которые наши техники внедряют в схему всех поступающих в сектор андроидов?
— Да. Они автоматически заменяют программы, установленные на заводах азиатов, превращая человекоподобные машины в наши послушные орудия.
— Я давно хотел развить эту тему, но пробить систему безопасности концерна, внедрив в их компьютерные сети свой компонент, слишком сложно, да и очевидность такого шага может легко выплыть наружу. Совершенно другое дело, когда азиаты сами, своими руками возьмут наше изделие и пронесут его через все системы безопасности в самое сердце своих лабораторий.
— Для этого тебе понадобился русский археолог?
— Я выбрал Багирова исключительно из?за его имени в определенных научных кругах. Все достоверно и очевидно. Мы находим артефакт, азиаты получат информацию об открытии — я заранее позаботился, чтобы накануне прилета Багирова произошла нужная утечка информации о «сверхсекретной» цели его визита на Марс. Остальное, как ты видел, основано на патологической жадности азиатов, помноженной на иллюзию полной безнаказанности.
— И что должно произойти? Ради чего ты пожертвовал тремя жизнями?
Майлер опять поморщился:
— С каких пор тебя начали волновать жизни исполнителей, Дейв? Ладно, можешь не отвечать. В моем понимании цель все же оправдывает средства. Начни Л;. прямую агрессию, погибло бы гораздо больше обитателей колонии.
— Ты не ответил, что должны сделать эти чипы?
— Уже сделали, Дейв, — уточнил Майлер. — Они работают на том же принципе, что и стандартные боевые блоки дройдов. Атакуют программное ядро машины, внедряя в него новые инструкции. Все отработано на полигонах и в лабораториях корпорации. Мы знаем их операционную систему, нам известны все дыры в кодах программирования, слабые места в защите, поэтому успех акции гарантирован. Ты знаешь приблизительное количество андроидов, которые находятся на складах готовой продукции азиатов?
— Я уже десять лет занимаюсь только вот этим, — Мошер коснулся виноградной лозы.
— Десять тысяч, как минимум. Все они сейчас получают новые инструкции, но разве кто?то сможет упрекнуть нашу корпорацию в диверсии? Разве это не экзовирус, вырвавшийся из секретных лабораторий концерна, атакует в данный момент их же продукцию? — Майлер выразительно постучал пальцем по информационному носителю с видеозаписью событий. — Спустя пару часов они, убедившись в собственном бессилии противостоять взбесившимся машинам, подадут сигнал активации для всех ранее проданных андроидов, открыв всему миру свои многолетние усилия по формированию «пятой колонны». Но это уже будет не агрессия, а акт отчаяния. Ты знаешь, как отреагируют на этот сигнал модернизированные нами машины.
Мошер устало прикрыл глаза.
Сейчас у новоазиатов начиналась бойня, тысячи андроидов переставали подчиняться каким?либо приказам, исполняя лишь одну программу: уничтожение вражеской живой силы и техники всеми доступными для этого способами.
Но это уже будет не агрессия, а акт отчаяния. Ты знаешь, как отреагируют на этот сигнал модернизированные нами машины.
Мошер устало прикрыл глаза.
Сейчас у новоазиатов начиналась бойня, тысячи андроидов переставали подчиняться каким?либо приказам, исполняя лишь одну программу: уничтожение вражеской живой силы и техники всеми доступными для этого способами.
Ужас охватил Дейвида, на секунду даже сперло дыхание, но он сумел усилием воли побороть это чувство.
Мимолетный взгляд на хронометр показал, что они разговаривают всего десять минут. Кофе в чашках еще не успел остыть.
