— Чокнутый! Где Чокнутый?
Мил нехотя оторвался от приятного дела, которое он называл размышлением в дремоте. По поляне носился Альвареза, яростно размахивая руками?пропеллерами и истошно вопя, полагая, что вопли лучшее средство, когда кого?то разыскиваешь.
— Да здесь я. Здесь. — Можно подумать, тяжело разглядеть единственное белое пятно на сплошной зелени.
— Чокнутый! — Альвареза даже не соизволил извиниться за столь резкое отвлечение Мила от дремоты. — Там такое! Такое!
Что может быть в джунглях такого, что сможет настолько возбудить и так легковозбудимого орангутанга?
— Мышь? — предположил Мил, лениво подтягиваясь.
— Да нет же. — Альвареза уже внаглую тряс Мила за грудки, пытаясь выбить из того остатки благословенной дремы. — Там… Пришельцы там! Прилетели… Сами… Вот на такой дуре!
Альвареза растопырил, насколько мог, лапы, пытаясь указать размеры так называемой дуры. Но, очевидно, размах конечностей был явно недостаточен, и обезьяна почти обессиленно выдохнула:
— В общем, здоровая зараза.
— Жужжит? — Мил мгновенно стал серьезным.
— Жужжит.
— Наверху вертится?
— Как чумной.
— И морда прозрачная?
— Как у стрекозы.
Последнее упоминание окончательно утвердило Мила в том, что к ним пожаловал вертолет правительства. По сведениям Мила, которые, правда, несколько устарели с того времени, когда он попал в джунгли, такой вертолет имелся только у губернатора. А это значит, что следует приготовиться к новым переменам. И возможно, к неприятным переменам.
— Где? — коротко бросил Мил.
— Там, у старого дуба, ободранного с северной стороны. — Альвареза выдохся и рухнул плашмя, нечаянно врезавшись в землю носом. Если орангутанги по каждому поводу падают в обморок, понятно, почему у них такой симпатичный стройный носик.
До назначенного места Мил добежал минут за десять. По дороге к нему пристроились Квар и Ночной Родж. Они бежали рядом, ни о чем не спрашивая. Ни о чем. И так все ясно. Пришельцы не прилетают каждое утро к завтраку.
Вертолет умудрился сесть почти впритык к деревьям. Крошечный пятачок свободного пространства был настолько тесен, что прилетевшие люди на нем не поместились и теперь стояли, спрятавшись от палящих лучей звезды, дающей планете тепло и свет, под роскошной кроной дуба.
Их было трое. Губернатор в стандартном костюме поселенца. Один солдат, судорожно сжимающий в руках бластер. Слегка испуганный и нервный. Но не настолько, чтобы открывать беспорядочный огонь по любому движущемуся объекту. И еще человек в черном. Невзрачный, незаметный и оттого еще более опасный. Потому что Мил с самого раннего детства запомнил: нет ничего опаснее человека в черном. Невзрачного и незаметного.
Появление Мила в сопровождении жителей было отмечено негромким возгласом.
— Это он?
— Да, — ответил губернатор, зачем?то поправляя пиджак, который сидел на нем без единой складки.
Мил медленно приблизился и остановился шагах в трех. Он посчитал, что слишком близкое присутствие животного, даже того, с кем ищешь встречи, не будет приятно человеку.
— Что угодно? — Человеческий язык стал даваться ему с большим трудом. Отсутствие практики и некоторые физиологические особенности строения тела пантеры не располагали к нормальному произношению.
Услышав его голос, люди слегка вздрогнули. Пожалуй, только человек в черном не выдал ничем своего волнения. Только капелька пота стекла с его лба. Но может быть, это только жара.
И говорить стал именно он:
— Вы, белая пантера, в недавнем прошлом существо, обитающее в джунглях под именем Чокнутый, еще в более прошлом офицер космической полиции Мил Суховски, которого все считали погибшим при выполнении секретной операции?
Мил кивнул. Лишние напоминания о том, кем он был, никогда не приносили ему радости.
— Мы, представители правительства, хотели бы поговорить с вами относительно некоторых проблем, возникших на планете в последнее время.
— Почему я?
Человек в черном слегка замешкался:
— Ну… Насколько нам известно, именно вы являетесь предводителем повстанческого отряда. Именно вы стали живым героем этой планеты. И… — Человек посмотрел на губернатора. Тот кивнул. — И именно вы, офицер, знаете тайну так называемой станции переработки.
— Я давно уже не офицер, — поправил Мил. — Что вы от меня хотите?
— Давайте присядем? — предложил губернатор и тут же отдал приказ солдату, который взирал на жителей широко распахнутыми глазами. Солдат, не запахивая глаз, вытащил из вертолета раскладной стол и стулья и быстро соорудил походное рабочее место. Человек в черном и губернатор тут же взгромоздились на стулья.
Мил усмехнулся, оглянулся на Квара и Роджа, приглашая их посмеяться тоже. Потом лапой отодвинул складные стулья в сторону и уселся на землю перед столом. Жители последовали его примеру.
Жители последовали его примеру.
— А теперь конкретно. — Мил попробовал было облокотиться на стол, но лапа предательски сорвалась, и Мил чуть не потерял равновесия. Впрочем, эта досадная неловкость ничуть не смутила белую пантеру. Он редко смущался, даже перед столь высокопоставленными гостями. — Что вы хотите поведать и что хотите от нас?
Говорить стал человек в черном. Скорее всего, подумал Мил, он прилетел из центра и является большой шишкой.
— После известных вам событий, развернувшихся на подступах к городу, губернатор решил поставить в известность правительство. Слишком много необычного. Говорящие звери…
— Жители, — аккуратно поправил Мил. — Мы называем себя жителями.
— Да, да! — кивнул человек в черном. — Говорящие жители, предвещающие близкий конец света, не могут не вызвать интерес. Была организована правительственная комиссия. В состав ее вошли…
— Я знаю, кто обычно входит в состав таких комиссий, — перебил Мил.
— Тем лучше. Не надо объяснять, что она, комиссия, стала разбираться. Было проведено полное обследование. Отловлены некоторые образцы зверей, извините, жителей. Анализы, пробы, психические обследования. Все как обычно. И ничего особенного не нашли. Жители как жители. Растительность как растительность. Комиссия попробовала все списать на эмоциональность поселенцев, но губернатор, — губернатор чуть привстал, — губернатор настоял на атомном исследовании окружающей среды. Как вам известно, это дорогостоящий проект, но мы все же добились разрешения. То, что мы обнаружили, было неприятно. В атмосфере планеты присутствует какой?то микрогрибок. Поначалу мы не обратили на него внимания, но когда в городе несколько дней назад появились две пантеры…
Мил коротким движением лапы остановил говорившего и в нескольких емких фразах обрисовал Квару ситуацию.
— Шейла? — удивленно изумился тот. Мил скуксился, показывая, что думает по этому поводу.
— Одна совсем молодая. Вторая почти, как бы сказать, старая.
Они там что, совсем сдурели? Ведь сказано было нормальным пантерьим языком. Сидеть и не рыпаться. Ну ладно Шейла. В мозгах, кроме щенячества, ничего. Но Ириза?! Учудила, старая дура!
— Где они сейчас?
— Пантеры пробыли в городе не больше суток, потом ушли. С ними довольно тяжело общаться. Если вы понимаете, что мы имеем в виду. Язык, на котором говорила с нами старая пантера, лишь издалека напоминал человеческий. Нам пришлось попотеть, прежде чем мы разобрали, о чем, в сущности, идет речь. После этого нам стало страшно.
