— Ты сам понимаешь, что говоришь? — Квар изумленно смотрел на Чокнутого. — Даже если бы мы хотели этого, то не сможем. И не потому, что разучились бегать по джунглям. Что скажут потом о нас Великие джунгли? Пантеры сбежали с поля боя, словно трусливые щенки, впервые увидевшие потенциальную дичь? Да все джунгли после этого не поприветствуют ни нас, ни медведей, ни обезьян. Нас перестанут уважать. Нас перестанут бояться. И потом, ты хочешь, чтобы мутанты вот так, не встретив никакого сопротивления, прошлись по джунглям, как по собственному дому? Ты думай, о чем говоришь, Чокнутый!
— А то ведь недолго и по морде получить. — Альвареза, не глядя на Мила, ковырялся в зубах. — По?дружески. За глупость и неверие в наши силы.
— Ну вот что. — Бобо оттер плечом орангутанга и уселся перед Милом на задние лапы, так что его нос уперся в нос белой пантеры.
За глупость и неверие в наши силы.
— Ну вот что. — Бобо оттер плечом орангутанга и уселся перед Милом на задние лапы, так что его нос уперся в нос белой пантеры. — Ты, Чокнутый, не слушай этих дураков. Морды бить… Щенки трусливые… Джунгли… Я тебе скажу вот что. Все эти жители верят в тебя. И ты тоже должен поверить им. И в себя. Ты сам говорил, что твоей работой было восстановление порядка? Что ж, делай свою работу. В джунглях большой бардак.
Мил понимал, что медведь прав. И Квар, эта старая седая пантера, тоже. Да и Альвареза имел право на свои упреки. Они во всем правы. Что он сделал хорошего для этой планеты? Ничего. И если вся проблема в исправлении этого его белая шкура, то он действительно полный идиот. Ну что ж, если джунгли хотят, чтобы он, бывший полицейский, навел в них порядок, он возьмется за эту работу. Бесплатную и скорее всего неблагодарную.
Мил только секунду думал, что делать Решение пришло как?то само собой.
— Альвареза, хватит ерундой заниматься. Собирай своих людей… я хотел сказать, жителей и размести их вон там.
Альвареза моментально прекратил заниматься ерундой, радостно сиганул вверх и, вопя что?то о надвигающейся потасовке, рванул к своим.
— Только скажи им, чтобы они сидели в засаде и не орали, — крикнул Мил ему вдогонку. Уверенности, что Альвареза правильно передаст приказ, не было, но уже поздно что?либо делать. Теперь пантеры и медведи. — Квар и твои жители занимайте оборону слева. То же самое. Затаиться и ждать до последнего.
Квар мотнул головой и исчез, чтобы выполнить приказ. Если кто и верил в Чокнутого безоговорочно, так это седая пантера. И у него были все причины в эту веру.
— А что я? — Бобо терпеливо дожидался своей очереди.
— Зови мишек сюда. Твоя стая будет ударным отрядом. А где, кстати, Родж?
Мил огляделся, но серого странника не обнаружил.
— Он побежал навстречу своим. Они ведь нам понадобятся?
— И в самом скором времени.
Мил задумчиво смотрел вслед удаляющимся животным. Бели ему посчастливится выжить после сегодняшнего дня и если жители не перестанут доверять ему, он сделает все возможное, чтобы привести все в порядок. И мысли, и душу, и тело.
Через десять минут все были на местах. Орангутанги и пантеры затаились где?то на флангах. Медведи залегли в центре. Квар, Бобо и немного запоздавший Альвареза держали военный совет.
— Тут как ни крути, но ты должен забраться на камень, дабы своим видом воодушевлять нас на ратный подвиг.
— И как мы узнаем, что пора?
Мил внимательно выслушал пожелания, но у него было свое мнение по данному вопросу.
— Если я покажусь на камне как бельмо на глазу, то вся секретность операции пойдет насмарку. Сейчас главное — внезапность.
— Да какая, к дьяволу, внезапность, — взорвался обычно спокойный Квар. — Мы тут такой шум подняли, что мутанты о нас давно знают.
— Да и воняет от нашего бивака за версту, — вставил свое слово Бобо.
Здесь он был прав. Не поспоришь. Ветер, как назло, дул в сторону мутантов. Даже если у Проклятого народа напрочь отсутствует нюх, то уж слух у них превосходен.
— Ладно, — согласился Мил. — Но это последний раз, когда я вас слушаюсь. И вот еще что, пошлите кого?нибудь навстречу серым странникам. Пусть они попробуют зайти в тыл мутантам. Если успеют.
Мил больше не стал тратить времени на разговоры. Сделать что?либо кардинальное в оставшееся время не представлялось возможным. Только ждать и при необходимости драться. Он взобрался наверх и стал ждать.
Несколько минут с той стороны, откуда должны были показаться мутанты, доносился только неясный шум. Приближалось нечто большое.
Неожиданно Мил заметил бледно?серое пятно, мелькающее среди деревьев. Он непроизвольно лег на камень, стараясь слиться с его теплой поверхностью.
Бледно?серое пятно на несколько минут исчезло, чтобы затем появиться у самых крайних деревьев. Очевидно, мутант что?то почувствовал. Он замер, слился с деревьями, принюхиваясь и щурясь, вглядываясь в сторону жителей. А еще через несколько минут вся полоса подступающих деревьев изменила свой цвет.
Они не выходили из?под прикрытия толстых лесных великанов. Они ждали.
Под лопаткой у Мила неприятно засосало. Он не строил иллюзий относительно будущего своего войска. Он только молил бога, чтобы все обошлось меньшей кровью.
В какой?то момент Мил почувствовал, что ждать больше нельзя. Может быть, это было предчувствие, может, зов предков, но неожиданно для себя Мил сжался в тугой комок и кинул свое тело вперед. Словно во сне он видел, как всколыхнулась бледно?серая полоса мутантов, как от этой полосы отделилось одно пятно, похожее на кляксу, которое устремилось к нему.
Они столкнулись где?то посередине.
Мил был сбит с лап, повален на землю, повержен и прижат к траве. Он уже приготовился услышать звук раздираемого тела, своего тела, но этого подозрительно долго не происходило. Мил изловчился, оторвал морду от земли, треща позвонками, повернул голову и чуть не обалдел. Он, правда, не знал, как обалдевают пантеры, тем более белые, но это было именно то, что он почувствовал.
— Я не слишком сегодня воняю?
Наглая, противная, улыбающаяся, но такая родная морда Мистера нависала над Милом, капая в его морду слюной.
— И у меня для тебя сюрприз.
— О сюрпризах потом. — Мил вдруг испугался, что сейчас может произойти нечто страшное. — Помоги мне подняться и предупредить жителей, что ты друг. Ведь ты пришел к нам не с дурными новостями?
— Обижаешь, старина.
Мутант схватил Мила за шкварник, приподнял его.
— Помогай дальше. — Мил попытался привстать на задних лапах, но тело пантеры не приспособлено для прямохождения. Мистер уловил, в чем дело, уперся руками в мягкое пузо Мила и постарался удержать его в таком положении, пока тот орал диким голосом: — Всем стоять! Это свои! Это помощь!
Это было сделано вовремя. Жители видели, как белая пантера столкнулась с мутантом, была опрокинута и прижата к земле. Любой из джунглей мог себе представить, как дальше разворачивались события в густой траве. Вот нападающий перегрызает горло поверженного. Вот последние силы уходят из тела жертвы. И она умирает. Каждый из жителей хоть раз оказывался в роли победителя и прекрасно знал, чем заканчиваются подобные сцены. Все делается быстро. И теперь, когда их предводитель стал жертвой, мертвой жертвой, джунгли требовали мести.
