Я взял маленький камень в руки и поцеловал: ведь это домашний камень моего города, которому я посвятил свой меч, в котором впервые сел верхом на тарна, где после двадцати лет разлуки встретился с отцом, где приобрел друзей, куда отвез Талену, мою любовь, дочь Марлениуса, некогда убара Ара, где Талена стала моей вольной спутницей.
Я взял маленький камень в руки и поцеловал: ведь это домашний камень моего города, которому я посвятил свой меч, в котором впервые сел верхом на тарна, где после двадцати лет разлуки встретился с отцом, где приобрел друзей, куда отвез Талену, мою любовь, дочь Марлениуса, некогда убара Ара, где Талена стала моей вольной спутницей.
— И здесь тоже Ко-ро-ба, — сказал я, указывая на гордого гиганта Олдера Тарла и крошечного песочноволосого писца Торма.
— Да, — согласился отец, — здесь тоже Ко-ро-ба, не только в домашнем камне, но и в сердцах людей.
И мы, четверо жителей Ко-ро-ба, соединили руки.
— Как я понял из твоего рассказа, — сказал отец, — теперь камень снова может стоять на камне, люди Ко-ро-ба снова могут жить вместе.
— Да, это верно, — согласился я.
Отец, Олдер Тарл и Торм переглянулись.
— Хорошо, — сказал отец, — потому что нам нужно восстановить город.
— Как мы найдем других жителей Ко-ро-ба? — спросил я.
— Новость распространится, — ответил отец, — и они придут по двое и по трое со всех концов Гора, придут с песнями, принесут камни для стен и цилиндров своего города.
— Я рад, — сказал я.
Я почувствовал на своей руке руку Вики.
— Я знаю, что ты должен делать, Кабот, — сказала она. — И хочу, чтобы ты это сделал.
Я взглянул на девушку из Трева. Она знала, что я должен искать талену, провести, если понадобится, всю жизнь в поисках той, кого назвал своей вольной спутницей.
Я обнял ее, и она заплакала.
— Я все потеряю! — плакала она. — Все!
— Ты хочешь, чтобы я остался с тобой? — спросил я.
Она вытерла слезы с глаз.
— Нет. Ищи ту, которую любишь.
— А ты что будешь делать?
— Мне нечего делать, — сказала Вика. — Нечего.
— Можешь уехать в Ко-ро-ба. Мой отец и Тарл — лучшие мечники Гора.
— Нет. В твоем городе я буду думать только о тебе, и если ты вернешься со своей любимой, что мне тогда делать? — Она задыхалась от чувств. — Ты думаешь, я такая сильная, дорогой Кабот?
— У меня есть в Аре друзья, — сказал я, — среди них Казрак, администратор города. Ты можешь жить там.
— Я вернусь в Трев, — ответила Вика. — Продолжу работу врача из Трева. Я знаю это искусство и узнаю еще больше.
— В Треве тебя могут приказать убить члены касты посвященных.
Она посмотрела на меня.
— Иди в Ар, — сказал я. — Там ты будешь в безопасности. — И добавил:
— Думаю, там тебе будет лучше, чем в Треве.
— Да, Кабот, — ответила она, — ты прав. В Треве мне было бы трудно жить.
Я был доволен, что она поедет в Трев. Хоть она и женщина, но там она сможет изучать медицину, Казрак ей в этом поможет, там она начнет новую жизнь вдали от воинственного разбойничьего Трева, сможет работать как достойная дочь искусного храброго отца. И, может, со временем забудет простого воина из Ко-ро-ба.
— Только потому что я тебя люблю, Кабот, — сказала она, — я не борюсь за тебя.
— Я знаю, — ответил я, прижимая к себе ее голову.
Она рассмеялась.
— Если бы любила хоть немного меньше, сама отыскала бы Талену из Ара и всадила ей кинжал в сердце.
Я поцеловал ее.
— Может, когда-нибудь, — сказала она, — я найду себе вольного спутника, подобного тебе.
— Немного найдется достойных Вики из Трева, — ответил я.
Она расплакалась и хотела вцепиться в меня, но я мягко передал ее в руки отца.
— Я присмотрю, чтобы она благополучно добралась до Ара, — сказал он.
— Кабот! — воскликнула Вика, вырвалась и с плачем бросилась ко мне в объятия.
Я нежно поцеловал ее и вытер ей слезы с глаз.
Она выпрямилась.
— Желаю тебе добра, Кабот.
— И я желаю тебе добра, Вика, моя девушка из Трева.
Она улыбнулась, отвернулась, отец обнял ее за плечи и увел.
Почему-то и у меня на глазах выступили слезы, хоть я и воин.
— Она прекрасна, — сказал Олдер Тарл.
— Да, — согласился я, — прекрасна. — И тыльной стороной ладони вытер слезы.
— Но ты воин.
— Да, я воин.
— И пока не найдешь Талену, — продолжал Тарл, — твои спутники опасность и сталь.
Это старая поговорка воинов.
Я достал меч и осмотрел его.
Олдер Тарл тоже смотрел на меч, во взгляде его было одобрение.
— Ты сражался им в Аре, — сказал он.
— Да, тот самый.
— Опасность и сталь, — повторил он.
— Знаю, — ответил я. — Меня ждет дело воина.
И вложил меч в ножны.
Мне предстояла долгая дорога, и я хотел пуститься в нее как можно быстрее. Попросил Олдера Тарла и Торма передать привет отцу, потому что не доверял себе, боялся, что при новой встрече больше не смогу с ним расстаться.
И вот я попрощался со своими друзьями.
И хоть встретились мы ненадолго в тени Сардара, в мгновение наша дружба, наша любовь друг к другу восстановились.
— Куда ты пойдешь? — спросил Торм. — И что будешь делать?
— Не знаю, — сказал я, и сказал правду.
— Мне кажется, — заметил Торм, — что тебе нужно с нами возвратиться в Ко-ро-ба и там ждать. Может, Талена вернется туда.
Олдер Тарл улыбнулся.
— Но ведь это возможно, — сказал Торм.
Да, сказал я себе, возможно, но маловероятно. Не очень велика вероятность, что такая прекрасная женщина, как Талена, сумеет вернуться одна, по одиноким дорогам, по открытым полям, через города Гора.
Может быть, именно сейчас она в опасности, и некому защитить ее.
Может, ей угрожают страшные звери или еще более страшные люди.
Может, она, моя вольная спутница, лежит скованная в желто-голубом рабском фургоне, или подносит выпивку в таверне, или украшает сад удовольствий какого-нибудь воина. Может даже, стоит на помосте аукциона где-нибудь на улице Клейм в Аре.
— Я буду возвращаться в Ко-ро-ба время от времени, — сказал я, — чтобы узнавать, не вернулась ли она.
— Может, она попытается добраться до своего отца Марлениуса в Вольтайских горах, — предположил Олдер Тарл.
И это возможно, подумал я, так как Марлениус после своего свержения с трона жил как изгнанный убар в Вольтае. Было бы естественно, если бы она направилась туда.
— Верно, — сказал я, — и, услышав, что Ко-ро-ба восстановлен, Марлениус поможет ей туда добраться.
— Это правда, — сказал Олдер Тарл.
— А может, она в Аре, — предположил Торм.
— Если это так и Казрак об этом узнает, он вернет ее.
— Хочешь, я пойду с тобой? — спросил Олдер Тарл.
Конечно, его меч мне бы пригодился, но я знал, что его первейший долг
— перед городом.
— Нет, — ответил я.
— Ну что ж, — сказал Торм, беря свиток на плечо, как копье, — значит остаемся мы вдвоем.
— Нет, — сказал я, — иди с Тарлом.
— Ты понятия не имеешь, каким полезным я могу быть, — заявил Торм.
Он прав, я об этом понятия не имею.
— Прости, — сказал я.
— В восстановленном городе нужно будет изучить множество свитков и составить их каталог, — заметил Олдер Тарл. — Конечно, — добавил он, — я сам могу этим заняться.
Торм задрожал от ужаса.
— Никогда! — закричал он.
Олдер Тарл захохотал и подхватил маленького писца на руки.
— Желаю тебе добра, — сказал он.
— И я желаю вам добра, — ответил я.
Он повернулся и, ни слова больше не говоря, ушел. Торм по-прежнему торчал у него из-под мышки. Он несколько раз попытался ударить Тарла свитком, но это ни к чему не привело. Исчезая, Торм прощально взмахнул свитком.
