В данный момент — покоя.
Видимо, я хочу слишком многого.
— Не стой у двери. Входи.
Прошло еще несколько секунд, прежде чем раздался щелчок открывающегося замка. Чистый Родник не сразу переступила порог — почему-то замешкалась. Не напрягаясь, слух легко улавливал ее учащенное сердцебиение и дикую смесь запахов, выдававшую смущение, решительность, неуверенность и десятки других испытываемых чувств. Мне даже не пришлось оборачиваться.
— Что это за артефакт? — неловко завязала разговор девушка.
— Подарок Асархаддона.
Маленький шарик темного стекла, который я бездумно вертел в руках, раньше принадлежал Малику. С его помощью находили людей, подходящих для инициации в тварей. Чем ярче светится шар, тем больше носителей нужной комбинации крови, подходящей ауры, иных соответствующих параметров. Вблизи от искомого объекта шарик теплел, менял цвет на ярко-алый. Сейчас он даже не мерцал.
Во всем мире нет никого подходящего. Сколько там миллиардов людей?
— Крылатая Ночь уничтожена, — тихо сказали сзади. — Если кто и остался, их скоро добьют.
— Да. Вампиры не боятся войны. — Я отвернулся от окна. Кицуне сидела на коленях, проигнорировав низкий табурет.
— Звенислав не все рассказал тебе. Орден совершил ошибку. Старейшины хотели использовать вражду между княгиней Нгавой и князем Марселя, но не учли всех последствий. На мастера Москвы напал сын княгини. Если бы покушение закончилось удачно, разгоревшаяся распря ослабила бы Повелителя, а Крылатая Ночь объединила бы вокруг себя несколько малых орденов. Мятежники спутали все планы.
Нгава стала пешкой в чужих руках и потому утратила статус. Ее место в Совете отдали марсельцу, ее воины расплачиваются службой за ошибку прародительницы.
Я слегка пожал плечами. Судьбой проигравших магов и внутренней грязью вампиров пусть занимаются другие — те, кому она интересна.
— Разве ты не должна сейчас лежать в трансе?
— Из-за войны пришлось прерваться: слишком много переменных. — Видящая слегка улыбнулась. — Я выяснила главное — остальное подождет. Ты сердишься?
— Сержусь? За что?
— Клан не нашел твоего врага, не сдержал клятвы.
Вот уж о чем совсем не задумывался.
— В каком-то смысле вы меня к нему привели. Косвенным путем.
— Я рада. Тогда… С моей стороны не будет дерзостью задать вопрос: что ты собираешься делать дальше?
Хороший вопрос, — знать бы ответ. Чистый Родник неправильно истолковала мое молчание и съежилась еще больше, безуспешно пытаясь держать спину выпрямленной. Пальцы непроизвольно смяли натянутое на колени платье, голова девушки поникла.
— Было бы очень хорошо, если бы ты остался. С тобой в клан пришла удача.
— Вы прекрасно справитесь своими силами. Как справлялись раньше.
— Не обязательною — Видящая помедлила, прежде чем продолжить. Говорила она тихим шепотом. — Во всех вариантах благоприятного будущего ощущается твое влияние. Если же узор свободен от твоей тени, некоторые нити заводят в тупик, обрываются. Ты очень нам нужен. Поэтому я хотела предложить тебе войти в клан, как когда-то вошел Хитрый Нос.
— Хитрый Нос — кицуне, а я нет.
— Раса не важна. Значение имеет только согласие главы клана, а она не будет против. Ступающая Мягко высоко тебя ценит.
— Родник, ты сама-то веришь, что твои сородичи примут меня как своего?
Голова наклонилась еще ниже. Еле заметно, но наклонилась.
— Тобой восхищаются и уважают. Но ты не позволяешь приблизиться — отталкиваешь. Даже с Маленьким Драконом держишься слегка отстраненно. И со мной. Прошу, дай нам возможность доказать, что мы действительно станем твоей семьей, если ты только разрешишь.
С такой точки зрения я свои отношения с кицуне не рассматривал.
С такой точки зрения я свои отношения с кицуне не рассматривал. Знал все обо всех, заботился и защищал, с интересом наблюдал за нелепыми проделками и коварными планами, и все-таки никогда не рассматривал лисиц как возможную семью. Маленький клан, члены которого любят и помогают друг другу. Случаются неурядицы, отдельные лисы ругаются, ссорятся, иногда ненавидят родственников, — все они забавляли меня. Но интерес всегда был чуть-чуть холодным.
— Ты предлагаешь мне обрести большое число сильных врагов.
— Без врагов ты в любом случае не останешься! — сорвалась Чистый Родник. Вздохнула, нервно глянула, закашлялась, зачем-то поправила длинные рукава. — Зато если ты войдешь в клан моим мужем, то сразу займешь высокое место. Практически второе по статусу, на одной ступени с Хитрым Носом…
Последнюю фразу она проговорила очень тихо, мрачно зыркая глазами. Девушка умеет удивлять, ничего не скажешь.
— Разве Видящим…
— Нет, партнерами Видящих всегда становятся только кицуне. И то, что я несовершеннолетняя, тоже правда. Ну и что? Наши дети унаследуют дар, остальное не имеет значения.
Дети?
— Я же говорила, что выяснила главное.
Эпилог
Жизнью правит случай, что бы там ни говорили философы всех мастей. В который раз убеждаюсь.
Месяцев шесть назад в гости к Никифору заявился его родственник, просил помощи в одном неприятном деле. Стая оборотней умудрилась рассердить живущего поблизости болотного духа — следовало успокоить разгневанную сущность. Из любопытства я участвовал в поездке: хотелось оценить, чего достиг Олег за прошедшее время. С болотником пообщались, принесли в жертву местного браконьера, спокойно долетели до дома. Никифор, в отличие от большинства сородичей, самолетов не боялся, поэтому путешествовали быстро и с комфортом.
Ступающая Мягко выслушала рассказ о поездке, посмеялась, подумала. Долго думала, целую неделю. После чего озвучила свое мнение: что не стоит складывать все яйца в одну корзину, а мнение главы клана — это мнение всего клана. Лисицы всерьез планировали остаться в Питере — и со временем уверенность в согласии Звенислава росла, — но им хотелось иметь собственные, не дарованные владения. Земля с чистым воздухом и водой, укрытая от посторонних глаз, надежно защищенная от врагов не милостью покровителя, а своими силами. Место, где при необходимости можно отсидеться в тиши, пока жизненные бури не стихнут. Так уж устроен мир: надеяться в нем можно лишь на себя. Приоритеты меняются, завтра власть может смениться, и маленький клан вышвырнут из полюбившегося уютного гнездышка. Именно на такой случай надо иметь «запасной аэродром».
После коротких поисков нашли неплохой участок. Безлюдный, стаи оборотней, которые в Сибири живут деревнями по сотне голов, обитают на почтительном расстоянии. Теперь понемногу лисицы занимаются строительством, осваивают новые владения. В качестве охранников мы пригласили небольшое племя троллей. Постепенно вырастает поселок. Впрочем, мы не торопимся и не рискуем отправлять слишком большое число работников одновременно. Вражда с Серебряным Озером никуда не делась: враги могут совершить налет. Придется в ближайшем будущем озаботиться этой проблемой.
Слово «мы» проскальзывает в моей речи все чаще, когда речь идет о делах клана. Пока что жалеть о принятом предложении Чистого Родника не приходится — я действительно нашел среди лис новую семью. Новый смысл жизни, если хотите. Мне потребовался год на осознание простой истины: одному плохо. Да, одиночка свободен, может идти куда угодно и делать что угодно.
И что с того? Ему не с кем разделить радость счастливых событий и горечь поражений, на мир одиночка взирает как на пристанище чужаков. А среди чужаков нельзя быть счастливым. Рано или поздно возникает потребность в родственной душе, в ком-то, на кого можно излить живущую в глубине души любовь и нежность. Возможно, я не прав, и существуют самодостаточные личности, не нуждающиеся ни в ком. Возможно.
Но когда я вернулся в Питер, мне до одури хотелось попасть к своим. То есть к тем, кто не предаст, примет в любое время, постарается укрыть от врагов, кем бы те ни были. За спиной осталась Филадельфия, стоившая мне потери двух третей массы тела, недели в лихорадочном бреду и объявленной Обществом Третьего Лепестка Лотоса награды за излишне непокорную голову. Взамен я приобрел славу существа, убившего за ночь восьмерых подготовленных магов разом, а также стойкую симпатию к проектировщикам городских канализаций. Оказывается, путешествие по шею в дерьме бывает спасительным. Затем была Мексика, знакомство с древним призывателем духов — еле ноги унес. Потом я крепко влип на Гаити: тамошних боккоров привлекла пустотная оболочка. Точнее, на эту мою особенность обращали внимание все маги, но некоторые интересовались особенно активно. Иными словами, пытались пленить интересный экземпляр любой ценой. Побегать пришлось и в Бразилии: местные шаманы приняли на мой счет какое-то замшелое пророчество и попытались принести в жертву местному божку. Идиоты. Короче говоря, Новый Свет принял гостя неласково.
