Собрались у меня в квартире, пришедшей в некоторое запустение. Пока Лена готовила чай, я занялся уборкой. Так как принцесса дотронуться до пылесоса отказалась наотрез.
А вот и Виктор Петрович! С присущими такому случаю розами и тортом. Цветы девчонки сунули в вазу, а торт немедленно разрезали и подали к столу.
— Ну, зачем звали, защитницы?
Я молча выложил перед ним пачку фотографий. В том числе и сделанных на месте происшествия Сергеем. И коротко сказал:
— Осталось меньше двух суток. Там, с обратной стороны, есть дата и время.
Он повертел фото в руках и спросил:
— Кто это? И при чем здесь я?
Черт, он не узнал.
Конечно, трудно соотнести себя, живого и жизнерадостного, с безжизненным телом, распростертым на асфальте.
Но убеждение я оставил на долю штатного психолога, а сам занялся изделием кулинаров. Не знаю, что там наплела Лена, но шума особого не случилось. Для начала он просто принял к сведению, а минут через двадцать проникся.
— Сволочь! Конечно, особой нежности между нами не было, но это уж слишком.
Я доедал второй кусок торта, давая сэнсэю выговориться. Не каждый день тебе предъявляют доказательства твоей, уже происшедшей, смерти.
— И что теперь? — наконец спросил он.
— Вопрос не что, а когда? То ли прямо сейчас его замочить. Или подождать и взять киллера с поличным?
— Я бы взял с поличным. Уж он бы у меня раскололся.
— И что это даст? Контролировать Кузнецова ты всё равно не сможешь. Только превратишь комбинацию из простой в многоходовую. А раз он уже решился на убийство, то и второй пойдет. И может начать не с тебя, а с девочек. Или меня достанет. — Виктор молчал, и я продолжил: — Нет уж, сэнсэй, я рисковать не желаю. И голосую за крайние меры. Причем незамедлительные.
— Я тоже, Виктор, — подала голос Лена. — Ведь вспомни, уже была одна попытка. И если б не Юра, Риты могло не быть в живых.
— Сдаюсь, сдаюсь. Что с меня требуется?
— Да ничего. Просто в то утро выйди через другой выход. А заказчика возьмем прямо сейчас.
И мы поехали в особняк, невольным гостем которого я был накануне. Вперед пошли девочки и действовали просто и сердито. Инна вовсю крутила попкой, а Лена «забирала» всех «к себе». Этих набралось человек шесть. Последним, седьмым, был господин Кузнецов. Минут через двадцать она «вытащила» тела шестерых спящих охранников и один труп. Вот так вот, просто, элегантно и без единого выстрела.
Неизвестно было, успел ли покойный сделать заказ, и мы с ночи заняли пост на крыше. Снайпер появился около пяти утра и, постелив коврик, начал собирать винтовку. Тут мы его и взяли. Он особо не сопротивлялся, а увидев Виктора, сидящего на нем верхом, как-то сник. Но был спокоен и смотрел нехорошо.
— А ведь надеется, что отмажут, — сказала Инна.
— Это он зря, — вступила в разговор Лена и стремительно «утащила» киллера в «убежище».
Тотчас «вернувшись», коротко бросила:
— Пошли. — И ни слова больше.
Виктор нахмурился, а потом пожал плечами:
— Чего хочет женщина, того хочет сам Бог.
До «переброски» профессора оставалось три дня, и на Киан-Туо решили не возвращаться. Я купил билеты на самолет, летящий в Новосибирск, и принялся ждать. Инна отправилась к сестре в Подмосковье, захватив джип с кучей подарков, но я от поездки отказался. Неудобно как-то. Начал с ухаживаний за Раей, а кончил тем, что стал любовником ее сестры.
Настал день отлета, и мы с Леной поехали на квартиру к профессору, чтобы «забрать» имущество, которое, по мнению Семена Викторовича, могло пригодиться в чужом краю. Не очень много, всего один рюкзак. По весу как раз чтоб поднять мужчине. «Забрав» пожитки и Профессора в «убежище», присели на дорожку и отправились в Шереметьево.
Долетели без приключений. Никаких тебе катастроф, и тьфу, тьфу, никто не попытался угнать нас в Монголию. После же просто выехали за город и совершили весь необходимый ритуал.
Крутить педали было лень, а потому спускаться по реке решили снова в десантном боте.
Крутить педали было лень, а потому спускаться по реке решили снова в десантном боте. Когда проплывали Эпицентр Земли-2, возникло желание «выйти» посмотреть, как там. Но Лена тронула за плечо.
— Что существенного могло произойти за месяц?
И я махнул рукой, ловя себя на том, что всё же пристально вглядываюсь в зеркальную гладь воды, пытаясь увидеть хоть какое-то отражение. Но отражалось только небо, унылое и серое. Я улегся на дно и закрыл глаза.
Проснувшись от рокота водопада, потянулся и стал осматриваться. Ощущения подсказывали, что мы в районе границы, и я предложил причалить. Лучше не рисковать и остаток пути прокатиться по суше. Мы весело крутили педали и остановились на стоянке, разбитой мною в прошлое посещение.
— «Пойдем»?
51
«Вышли» среди дремучего леса. Вокруг, куда ни глянь, стояли таежные ели, перемежаемые буреломом. И приходилось прорубать дорогу, словно находимся в джунглях, а не в Восточной Сибири. Сходство с джунглями дополняла мошкара, облепившая лицо и, казалось, готовая съесть живьем. Спас всех профессор, доставший из рюкзака баллончик с каким-то спреем и щедро обрызгавший всех с головы до ног. Но вот лес поредел, и идти стало значительно легче.
Непроходимый ельник закончился, и начались скалы. По ним, то журча меж камней, то образовывая небольшие водопады, стекала вода, собираясь в маленькую речушку. Тропинка вела прямо, и впереди виднелась небольшая березовая роща. Ветер играл листвой, заставляя кроны издавать печальные звуки, перемежаемые соловьиной трелью. Но маленьких менестрелей не было видно в густых ветвях, и оставалось довольствоваться анонимным концертом, наслаждаясь непривычной для слуха детей асфальта мелодией.
Пройдя еще километра два, стали различать шум машин.
— Это автострада, — уверенно заявил Проф. — И хоть в какой-нибудь город мы приедем.
Близость цивилизации прибавила сил, и мы зашагали бодрее. Вот между деревьями показался просвет и стали видны автомобили, то и дело проезжавшие по шоссе.
— Ну как, Семен Викторович, проводить до города?
— Судя по рассказам Елены Владимировны, между державами сейчас мир. А следовательно, быть принятым за шпиёна мне не грозит.
Мы стали прощаться.
— А может, сходим, Юра? А то всю жизнь прожила в Париже, а за границей так и не побывала. — Лена невинно хлопала глазами.
— Семь пятниц на неделе, а мне так больше нравится, — пропел я, но это было воспринято как согласие.
И мы всей гурьбой вышли на шоссе, в надежде добраться автостопом. Знать бы еще куда?
Стоять пришлось недолго, и минут через пять уже рассаживались в кузове небольшого фермерского грузовичка. Помимо нас там находились клетки с курами и одна большая, со свиньей. Названия города мы не знали, а спросить постеснялись.
После пятнадцати минутной тряски, сопровождаемой кудахтаньем и похрюкиванием, наконец въехали в лоно цивилизации. Вполне обычный маленький городок. Двух-трехэтажные домишки, заправочная станция, а через дорогу закусочная. Конечно, архитектура домов немного отличалась от дизайна их собратьев на Среднем Западе, ставшей привычной по фильмам, рассказывающим о жизни простых американских парней. Но глаз не резало и с души не воротило. И я вполне мог бы поселиться в одном их таких домиков, и даже чувствовал бы себя счастливым.
