Мендель ждал его в машине.
Глава тринадцатая
Некомпетентность Сэмюэла Феннана
Они приехали в Митчем, когда было время обеда. Питер Гиллэм спокойно ждал их в машине.
— Ну как, детки? Какие новости?
Смайли вынул из своего портфеля клочок бумаги.
— Его запасной номер: «Примроз 97?47». Вам лучше проверить его, но я не особо надеюсь, что это верный след.
Питер исчез в прихожей. Слышно было, как он снял телефонную трубку. Мендель принес из кухни поднос с пивом, хлебом и сыром. Пришел Гиллэм и, не говоря ни слова, сел. Казалось, он был озабочен.
— Ну что? — наконец спросил он. — Что она сказала, Джордж?
* * *
Мендель убирал со стола, а Смайли заканчивал рассказывать о своем утреннем разговоре.
— Понятно, — заключил Гиллэм. — Это очень досадно. Джордж, мне надо будет изложить все это в письменном виде, а потом сразу же сходить к Мастону. Охота за мертвым шпионом действительно малопривлекательна и причиняет много бед.
— Были ли у него на руках важные документы из Форейн Офис?
— В последнее время были. Поэтому и решили открыть небезызвестное дело.
— В частности, что это за документы?
— Пока не знаю. До недавнего времени он занимался азиатскими вопросами, но его новая работа была другой.
— Американские вопросы, если мне не изменяет память, — сказал Смайли. — Питер…
— Что?
— Питер, вам не приходил в голову вопрос, почему они решили во что бы то ни стало убрать Феннана? Я хочу сказать, что если допустить, что он их предал, по их мнению, тогда зачем его убивать? Это ни к чему бы не привело.
— Нет, конечно, нет. Если над этим поразмыслить, это не объяснило бы… разве что… Допустим, что их предали бы Фукс или Маклин. Я думаю, что бы тогда произошло. Допустим, что у них были причины бояться цепной реакции не только здесь, но и в Америке, и во всем мире. Не посчитали ли они необходимым убить его, чтобы предотвратить это? Есть также множество вещей, которые мы никогда не выясним.
— Как и эту историю со звонком из центральной на восемь тридцать? — сказал Смайли.
— Да. Не побудете ли вы здесь, пока я не позвоню? Мастон, конечно же, захочет вас увидеть. Они забегают по коридорам, как только я им сообщу эту хорошую новость. Я буду вынужден продемонстрировать ту особую улыбку, которую я приберегаю, чтобы сообщить о настоящей катастрофе.
Я буду вынужден продемонстрировать ту особую улыбку, которую я приберегаю, чтобы сообщить о настоящей катастрофе.
Мендель проводил его до дверей, затем вернулся в гостиную.
— Самое лучшее, что вы можете сделать, так это лечь спать, — сказал он. — У вас ужасная физиономия.
«Мундт здесь или нет? — думал Смайли, лежа на кровати в рубашке, заложив руки за голову. — Если нет, то игра закончена. Что делать с Эльзой Феннан — решать Мастону. Хотя я чувствую, он ничего с ней не сделает.
Если Мундт здесь, то по одной из трех причин:
А. Потому что Дитер ему приказал оставаться здесь, чтобы посмотреть, как дальше будут разворачиваться события.
Б. Потому что он попал под подозрение и боится возвращаться.
В. Потому что он еще не выполнил задание.
«А» не проходит, потому что не в характере Дитера подвергаться ненужному риску. Во всяком случае, это не лучшее предположение.
«Б» тоже не подходит, потому что если даже Мундт боится Дитера, то он не меньше боится, что его обвинят в убийстве в Великобритании. Наиболее разумным для него было бы уехать за границу.
«В» более правдоподобно. Если бы я был на месте Дитера, я бы поволновался из?за Эльзы Феннан. Малышка Пиджен не играет никакой роли, она не представляет опасности, если Эльза будет молчать. Она не принимает никакого участия в заговоре и у нее нет никаких причин вспоминать спутника Эльзы в театре. Нет, только Эльза представляет реальную опасность».
Была еще одна возможность, о которой Смайли не мог сказать ничего конкретного: возможность, что Дитер осуществлял надзор за другими агентами через Мундта. Он отбрасывал ее, хотя Питер все равно бы высказал такое предположение. Нет, это не выдерживает критики. Это нелогично. Он решил начать сначала.
Что мы знаем? Он поднялся, чтобы найти карандаш и бумагу, но его охватил страшный приступ мигрени. Упрямо он встал с кровати и взял во внутреннем кармане пиджака карандаш. Блокнот был в его чемодане. Он снова лег, взбив подушку, затем принял четыре таблетки аспирина и устроился поудобнее, вытянув свои короткие ноги. Он начал писать. Почерком прилежного ученика написал заголовок, подчеркнул:
ЧТО МЫ ЗНАЕМ?
Потом, этап за этапом, как можно быстрей объективно попытался восстановить прошедшие события:
«В понедельник, второго января, Дитер Фрей видел меня в парке с одним из своих агентов, и из этого он сделал вывод… Да, какой вывод мог сделать из этого Дитер? Что Феннан признался? Или что собирался признаться? Или что он был моим агентом?.. И по до сих пор неизвестным причинам он сделал вывод, что Феннан опасен. В следующий вечер, это был первый вторник месяца, Эльза Феннан принесла в нотной папке документы своего мужа в Вэйбриджский театр согласно установленному порядку и оставила ее в раздевалке, где ей дали номерок. Мундт должен был принести такую же папку и сделать с ней то же. Потом, во время представления, они обменялись номерками. Эльза воспользовалась экстренным вариантом; она отнесла номерок по известному ей адресу после того, как покинула театр до конца спектакля, чтобы успеть к последней выемке корреспонденции из почтовых ящиков Вэйбриджа. Затем она вернулась к себе, где ее ждал Мундт, который только что убил Феннана, скорее всего по приказу Дитера. Он его застрелил в упор, как только Феннан открыл дверь. Зная Дитера, я предполагаю, что он давно предусмотрительно оставил в Лондоне несколько чистых листов бумаги с подлинной или подделанной подписью Сэма Феннана на случай, если нужно будет его скомпрометировать или шантажировать. Тогда, если я не ошибаюсь, Мундт должен был принести один из таких листков, чтобы напечатать письмо о самоубийстве на пишущей машинке самого Феннана. Во время той ужасной сцены, которая разыгралась сразу после прихода Эльзы, Мундт понял, что Дитер неправильно истолковал встречу Феннан — Смайли, но он рассчитывал на Эльзу, чтобы сохранить репутацию убитого, тем более что Эльза невольно стала соучастницей.
Следовательно, Мундту нечего было бояться. Он попросил Эльзу, чтобы она сама напечатала письмо, возможно, потому, что боялся сделать ошибки в английском.
Возможно, что Мундт требовал вернуть нотную папку, за которой он не пришел. Эльза ему ответила, что, следуя полученным инструкциям, она отослала номерок от гардероба по определенному адресу в Хэмпстед и оставила нотную папку в театре. Мундт отреагировал характерным образом: он заставил Эльзу позвонить в театр, для того чтобы он смог пойти за папкой в этот вечер по дороге в Лондон.
Следовательно, или же адрес, по которому был отправлен билет, уже не работал, или же Мундту надо было забрать номерок и папку в этот же вечер, поскольку утром он (вероятно) собирался уезжать.
В среду утром, четвертого января, Смайли отправляется в Уоллистон и в ходе своей первой беседы узнает о вызове на восемь тридцать из центральной, который (очень возможно) Феннан заказывал в семь пятьдесят пять накануне вечером. ЗАЧЕМ?
