Ее позабавленное выражение лица исчезло.
— Вы правы… я вам не верю. Если вы не сможете представить ничего лучше этого…
Ее перебил звонок, и она раздраженно посмотрела на дверь. — Линда…
Возникло ожидание, пока коренастая женщина отодвинула дверь и неслышно поговорила с кем?то в коридоре. Одновременно что?то почти забытое вдруг завыло в мозгу Флинкса. Этому соответствовал визг, который могли слышать все.
— Чаллис, — крикнула рассерженная Руденуаман, — неужели ты не можешь утихомирить это отродье? Почему ты продолжаешь всюду таскать ее с собой? Мне никогда не… — Она оборвала фразу, переводя взгляд с коммерсанта, стоявшего в полуоткрытых дверях, выпучив глаза, на Флинкса, а затем снова на коммерсанта.
— Ка… чт… ты! — сумел наконец выпалить Конда Чаллис, словно человек, прочищавший горло от застрявшей в дыхательном горле кости.
— Ты знаешь этого человека? — спросила Руденуаман Чаллиса. В ней поднималась страшная ярость, когда постепенно стало ясно, как Флинкс нашел эту планету. Права она была только частично, но именно этой части она могла поверить.
— Вы знаете друг друга! Объяснитесь, Чаллис!
Коммерсант совершенно потерял контроль над собой.
— Он знает о кристаллах, — залепетал он. — Я хотел, чтобы он помог мне в игре с кристаллом, а он…
Коммерсант неумышленно открыл нечто, подозреваемое Флинксом. «Так значит, янусские камни берутся отсюда. Это очень интересно и очень многое объясняет». Он посмотрел на Силзензюзекс:
— Совершенно очевидно, Сил, это объясняет, почему кто?то пошел на невероятные расходы и риск огромного штрафа, связанного с игнорированием Церковного Эдикта.
Взорвался миниатюрный, серебряный голосок.
— Ты здоровенный, жирный идиот! — не то провизжал, не то проорал он.
И так уже потрепанный Чаллис опустил взгляд, потрясенно видя всегда угодливую Махнахми, корчащей ему страшные рожи. Флинкс с интересом следил. Коммерсант сделал наконец что?то, достаточно опасное, чтобы заставить ее разбить свою заботливо сохраняемую скорлупу невинности.
Руденуаман поглядела с равным любопытством, хотя ее настоящее внимание и гнев были все еще припасены для Чаллиса. Она почти с жалостью посмотрела на него.
— Ты становишься подверженным глупости, Конда. Я не знаю, зачем явился сюда этот человек, но не думаю, что это связано с камнями. И больше не имеет значения, что ты только что выдал лучше всего хранимую тайну во всем Содружестве, потому что она никогда не покинет этой планеты, и уж, конечно, не с кем?то из этих двоих. — Она показала на Флинкса и Силзензюзекс.
— Но он гонялся за мной, преследовал меня! — горячо возразил Чаллис. — Это должно иметь какое?то отношение к кристаллам!
Руденуаман повернулась к Флинксу: — Вы преследовали Чаллиса? Но почему?
Коммерсант простонал, не сознавая, что дает подтверждение предыдущему ответу Флинкса:
— А, из?за какого?то законченного бреда насчет своих предков!
Он не добавил, к большой тревоге Флинкса, обладал ли он какой?то информацией по этому конкретному помешательству.
— Может быть, я вам и поверю, — осторожно сказала Флинксу Руденуаман. — Если это и предлог, то, разумеется, согласующийся.
Лучше отвлечь ее от темы о нем, решил Флинкс:
— Где добываются камни? Вон в том большом комплексе вверх по горному склону?
— А вы забавны, — уклончиво сказала она. — Да, я могу на время сохранить вам жизнь. Будет разнообразием получить некоторую умственную стимуляцию.
Она обратила строгое лицо к коммерсанту:
— Что же касается тебя, Конда, то ты стал чересчур часто позволять своим личным извращениям мешать бизнесу. Я надеялась… — она пожала плечами. — Чем меньше знающих о камнях, откуда они происходят, тем лучше. Учитывая, что здесь поставлено на карту, я думаю, мне придется найти другого внешнего реализатора.
— Телин, нет, — взмолился Чаллис, мотая головой. Он вдруг оказался разжалованным из крайне богатого, могущественного коммерсанта в испуганного толстого старика.
— И нам придется также что?то сделать с этим скулящим отродьем, — добавила она, обратив ядовитый взгляд к молча следящей Махнахми. — Линда… отведи их к Райлзу. Он может делать с Чаллисом что хочет, лишь бы это было разумно и быстро. В конце концов, — великодушно добавила она, — он какое?то время был нашим партнером. Что же касается этой маленькой скулячки, прибереги ее для послеобеденного развлечения. Мы должны суметь заставить ее протянуть несколько дней.
— НЕТ!
Флинкс почувствовал себя поднятым в тисках мысленного вопля возмущения.
— НЕТ!
Флинкс почувствовал себя поднятым в тисках мысленного вопля возмущения. Страшная сила пробороздила помещение, срывая с якоря ковры, мебель и людей и швыряя их прочь от дверей. Вылетело несколько толстых розовых панелей полиплексисплава. Флинкс пытался овладеть своим телом, сумел остановиться у ложа, твердо прикрепленного к полу. Пип беспокойно парил у него над головой, гневно шипя, но не в состоянии сделать больше, чем удержаться в воздухе на месте перед лицом вихря.
С развевающимися волосами, Флинкс загородил лицо рукой и, прищурившись, посмотрел на этот ураган.
Силзензюзекс стремительно откатилась в противоположный угол. Охранница Линда лежала поблизости без сознания. Она стояла ближе всех к сильнейшему взрыву. Телин ауз Руденуаман лежала похороненная в массе толстых меховых ковров и сломанных подставок, в то время как объемистая туша Конды Чаллиса обнимала мех, прикрепленный поблизости от двери и цеплялась изо всех сил, когда ветер дергал и рвал его.
— Ты толстый недоумок! — визжал на него источник этого карманного тайфуна, по?детски топая ножкой по полу. — Ты свинячий зад, студенистый болван… Ты взял да испортил все! Почему ты не мог держать свой глупый язык за зубами? Сколько лет я не давала тебе споткнуться о собственный язык, сколько лет я принимала за тебя правильные решения, когда ты, ликуя, считал их своей заслугой! А теперь ты все это выбросил вон, все — вон! — Она плакала, по щекам у нее текли ручьем девчоночьи слезы.
— Деточка моя родная, — выдохнул Чаллис в ветер. — Вытащи нас из этого и…
— Деточка моя родная! — плюнула она в него. — Я и слов?то еще не знаю, чтобы описать, что ты думал со мной проделывать, или что сделал, правда, для тебя это больше не имеет значения. Я не могу больше спасать тебя, папочка Чаллис. — Она обвела помещение пылающим взором.
— А вы можете убираться ко всем чертям! Я никого из вас не боюсь. Но мне нужно время, чтобы вырасти в саму себя. Я пока не знаю, что я такое.
Она снова прожгла Чаллиса презрительным взглядом:
— Ты уничтожил мой шанс вырасти богатой и могущественной. Дьявол тебя побери.
Повернувшись, она исчезла, выбежав в коридор.
— В один прекрасный день, — уколол Флинкса тающий мысленный крик, — я буду достаточно сильной, чтобы даже вернуться за тобой.
Ветер медленно замер, постепенно стихая. Флинкс сумел перекатиться в спадающем бризе и пощупал свои синяки. Он увидел, что Силзензюзекс удалось защитить свою сломанную стопоруку. Твердый экзоскелет спас ее от дополнительных повреждений, так что хоть она и была ранена первой, но на самом деле оказалась по?настоящему помятой меньше других. За исключением, конечно, Пипа, устроившегося встревоженным, но невредимым на плече Флинкса. Только сила ветра помешала ему убить Махнахми.
