И вновь он кивнул, но лишь для того, чтобы дать мне понять, что не слишком-то и рассчитывал на такой поворот событий. В очередной раз возвращая меня к необходимости заговорить первому.
Вряд ли он не понимал, что я, в отличие от него, никуда не спешу.
— Как чувствует себя моя дочь?
Мой вопрос казался мне самому довольно безобидным. Но когда он чуть склонил голову, так знакомым мне жестом, и прядь шелковых волос скользнула ему на лицо, не скрывая, а сделав ярче его удивление, я понял, что сюрпризов мне было сегодня не избежать.
— Вы не знаете? — Его изумление было вполне искренним.
И я сделал себе заметку в памяти: если что-то из происходящего на Лилее мне не известно, то… я могу не знать очень многого. А это было опасно.
— Моя разведка не столь успешна, как мне бы этого хотелось. — Небрежно заметил я, понимая, что свое первое преимущество он уже получил.
Оставалось дождаться, как именно он им воспользуется. И эльф оправдал мои ожидания, опять демонстрируя самый короткий путь и продолжая вести игру.
— В одной из приграничных крепостей погиб ее муж. Так и не узнав, что будет отцом.
— Он был человеком? — Мой вопрос прозвучал слишком быстро.
Но мы оба понимали, что ответ мне не требуется.
— Да, архимагом. Это может угрожать жизни ребенка?
И это его действительно интересовало. Впрочем, моя дочь была подругой его жены. Да и сам Олейор довольно неплохо относился к Асие. До определенного момента.
— Да, если это будет мальчик и нет, если девочка. Но первое практически невозможно, так что это не повод для беспокойства.
— Но тем не менее, он есть?
Он улыбнулся лишь кончиками губ, и в этом было больше сочувствия, чем торжества.
Если бы я не знал, что этот разговор нужен больше мне, чем ему, мог считать, что проигрываю своему оппоненту.
— Конечно. — Я ответил ему подобием той улыбки, что все еще была на его лице. — Потому что Вы, лорд, не правильно задали вопрос.
Вкус вина коснулся моих губ и я опустил ресницы, но не для того, чтобы скрыть удовлетворение.
— Опасность существует для самой Асии? — Его голос чуть дрогнул, выдав волнение.
И это не было игрой.
— Конфликт магий существует в любом случае. Если она носит дочь, то она не только будет даймоном, но и станет носителем Хаоса. А вот если сына, то он, вероятнее всего, родится человеком и возьмет способности своего отца. И тогда при рождении погибнет либо мать, либо ребенок. Кто из них окажется сильнее.
— А если он родится полукровкой?
— У женщины-даймона не может родиться полукровка. Лишь у мужчины, у которого в последних из трех поколениях была женщина иной расы может не сработать генетический блок. И рождение Лайсе именно такой случай.
Улыбка эльфа была яркой и восторженной.
— Так значит, и это Вы тоже знали!
Я только пожал плечами, как и он недавно.
— И Кайлас…
И пусть он так и не закончил вопрос, но я вновь повторил этот же жест, подтверждая его догадку.
Эта фигура, была одной из моих самых любимых. Сколько времени ушло у меня и Кадинара, чтобы не только найти подходящего коммандера, но и собрать воедино все кусочки этой мозаики. Его матерью была светлая эльфийка и его отец искренне горевал, что не смог сохранить ей жизнь, трепетно сберегая все, что от нее осталось.
К тому же, я сделал все, чтобы он сумел догадаться о скрытой романтике той операции, в которой принимал участие. Правда, наказание за срыв ее видимой части было, безусловно, незаслуженным, но он догадывался, что несет его отнюдь не за это.
Ну, а та информация, которую ему по моему приказу подбрасывали… Он сделал правильные выводы. Как правильно свел все воедино и мой визави.
— Тогда мне остается задать лишь один вопрос. — Его взгляд отразил осколки льда, а лицо стало жестким и твердым. — Зачем Вы хотели меня видеть?
Пришедшее от Кадинара предложение, сделать с эльфом то же самое, что я когда-то сделал с ним, было самой высокой оценкой, которую я когда-либо слышал от начальника своей охраны. И она была вполне заслуженной.
— Вы ошиблись только в одном, правитель д'Тар. — Я сделал короткую паузу и, подняв глаза, позволил ему увидеть тень живущего во мне берсерка. — Это я хочу узнать, готовы ли Вы отдать мне то, что мне нужно?
Глава 16
Аарон Арх'Онт. Лилея
— В горах Хорхаш относительно спокойно.
Да, конечно… А то я не знал из поступающих каждый час донесений, насколько там спокойно.
Хорошо еще, установленная Александром сеть своевременно отслеживала открывающиеся порталы, а то потери среди воинов гарнизонов и крепостей были бы значительно выше.
Элильяр, словно догадавшись, о чем я только что подумал, нахмурил брови и соглашаясь кивнул головой.
— Не жалеют они кристаллов перехода. Да и с блокираторами магии у них дела обстоят неплохо. Взламывают нашу защиту… Если бы не старший Там'Арин…
Теперь уже кивал я. Когда стало понятно, что основное направление, все-таки, северное, Сашка настоял на том, чтобы быть там. Да как настоял!
До того дня я думал, что страшнее меня в гневе на Лилее ничего нет. Ошибался… А ведь он даже голос не повысил. Лишь насупился, когда сначала Олейор, а затем и я вздумали ему отказать, да глянул на нас исподлобья. Если бы не Закираль с Таши, ощутившие неладное…
Мой дворец стонал словно живой, потоки сил скручивались в жгуты вокруг застывшей фигуры Равновесника, его глаза пылали алым, намекая, что в его родословной со стороны даймонов не обошлось без берсерков, но, в отличие от последних, в вертикальном, драконьем варианте.
Его лицо в последнее время стало все больше напоминать рельефную скульптурность своих чернокожих предков, серебряный контур окрасил не только кончики потемневших ногтей, но и мерцающим туманом окутал длинные ресницы, придавая особую глубину его взгляду. В обманчивой хрупкости, легко вводившей в заблуждение всех, кто знал Александра не очень хорошо, теперь были заметны присущие даймонам пропорции и только кожа продолжала оставаться все такой же светлой, лишь слегка отдавая бронзой. Но это уже было из наследства драконов.
И оставалось только радоваться тому, что несмотря на столь яркую демонстрацию своего отношения к нашему запрету, он вполне держал себя в руках.
Влетевший в кабинет новоявленный Ялтар замер на пороге, не сводя с мага восхищенного взгляда. И будь обстановка не столь накаленной, я бы разделил с ним его восторг, ощущая нечто подобное тому, что чувствовал впервые наблюдая трансформацию ящеров.
Не знаю, как долго это могло продолжаться и чем закончиться, если бы все не испортила моя дочь.
Впрочем, это с какой стороны посмотреть…
Ее вопрос, вроде бы не относящийся ни к кому из присутствующих: 'Тебе плохо не станет?', — лично у меня вызвал смутные ассоциации, к моей большой радости быстро оформившиеся в образ ее проказливого друга.
Так оно и оказалось. Насколько тарагоры не любят Хаос, настолько они неравнодушны к Равновесию. Да и когда появляется возможность полакомиться за чужой счет, своего не упускают.
Так что тот разговор закончился в пользу Александра и Васьки. Один отправился на первый рубеж, правда, со значительно усиленной охраной и данным Саркату приказом, в случае чего гнать его оттуда взашей. А другой… пока загружали мага многочисленными наказами, закатив бусинки-глазенки и распластав крылья изображал умирающего на одном из кресел моего кабинета. Но судя по тому, как время от времени издавал утробное урчание, был весьма доволен результатом.
