Абель, умница, принес только то, что можно было — ничего лишнего, никаких препаратов и гаджетов. Я только успел распаковаться, думая, где бы мне поесть, ведь за званым обедом я практически ничего не съел, как зашел возбужденный Валентайн:
— Начнем! Он готов.
Какое счастье! Я не готов! Но хозяин Темпесты не принял бы возражений.
Драгонгет показался откуда-то из-за спины, и больше всего к нему подходил эпитет «заспанный». Мерзенькое существо никуда не спешило, его «шевелюра» хаотично обследовала воздух. Валентайн подошел вплотную, драгонгет направил «волосы» ко мне и… плюнув маленькой искрой опять уполз за спину.
Валентайн подошел вплотную, драгонгет направил «волосы» ко мне и… плюнув маленькой искрой опять уполз за спину.
— Дэни! Вы что наркотики употребляли!? — возмущению Валентайна не было предела.
— Я похож на наркомана? — холодно осведомился я.
— Извините. Но он… говорит что вы «грязный»…Плохая кровь…
— Видите ли, мы с Энджи немного повздорили… Ему хотелось играть, а мне нет. Я объяснил ему, что он неправ, в результате он накормил меня парализующими иглами и перестарался. Ему пришлось потратить на меня антидоты. Так что кровь у меня сейчас и вправду «плохая».
— Дэни, а вы действительно «законник в дофигатом поколении»? — якобы в шутку спросил Валентайн.
Пришлось показать зубы, вернее «взгляд крысодлака» — любимый приемчик лорда Синоби.
— Даже не сомневайтесь.
Но хозяина Темпесты не так-то легко запугать.
— Хорошо, — с заговорческой улыбкой ответил он, — Не буду.
Тут драгонгет опять вылез, направив на меня свои «волосы».
— Он готов рискнуть, — сообщил Валентайн, — снимайте рубашку.
Скрипя зубами пришлось подчиниться, симбионт перешел на меня целиком и опять ощущался лишь как легкое наэлектризованное покалывание. Он деловито пополз мне на спину, там расположился в районе позвоночника, и затих.
— Что дальше? — спросил я Валентайна.
— Ну… Могу дать вам минивизор, чтобы не так скучно было ждать.
Я согласился на минивизор и в результате мы расположились за столом локоть к локтю, занимаясь каждый своим делом. Драгонгет обладал легкой анестезией, я не ощущал, что он делает. Лишь по смещению зоны нечувствительности понимал, что симбионт ползет вверх по позвоночнику.
Примерно через час я почувствовал, что у меня чуть поднялась температура, но я уже знал, что это нормальная реакция здорового организма на вмешательство этого существа. Еще через полчаса мерзенькая сороконожка, засыпая на ходу, перелезла на хозяина.
— А чего он сонный такой? — поинтересовался я.
— Задумался.
Хм… Развивать эту тему я не стал. В статьях говорилось что драгонгеты возможно эмпаты, но об их разуме речь не шла.
Такие сеансы повторялись через пять-шесть часов, только сменялось место, на котором сидел драгонгет. Наиболее неприятно было когда он располагался на голове, вернее, крайне неприятна сама мысль, что это существо запускает свои гибкие иглы в мозг, интересуясь гипоталамусом и другими железами. Еще пришлось смириться, когда я, подстроившись под жизненный ритм Валентайна, ушел к себе и уснул, а он безо всякого стеснения заявился в халате, разбудил меня и пересадил тварюшку. А затем, никого ни о чем не спрашивая, залез под одеяло, благо на кровати и трое могли бы поместиться, и уснул. Ну не поднимать же скандал… сейчас. К тому моменту мы с драгонгетом уже наладили контакт и более-менее понимали друг друга, это существо действительно эмпат и в какой-то мере телепат. В ту ночь, насидевшись у меня на шее (я успел уснуть), оно разбудило меня легким покалыванием, и дало понять, чтобы я помог перебраться обратно к хозяину. Драгонгет никогда не расставался с живым существом, никогда не сходил полностью с меня или Валентайна. Утречком я холодно поинтересовался, не считает ли мистер Валентайн, что его сон в моей кровати есть нарушение личного пространства да и комфорта. Но тот лишь отмахнулся: «Учтете в цене за услуги».
Но тот лишь отмахнулся: «Учтете в цене за услуги».
Так прошло трое суток. Кстати, на вторые от нечего делать я копался в видеотеке Валентайна и наткнулся на статьи о драгонгетах и выяснился один интересный факт: «сбор образцов» драгонгету нужен чтобы жить и обновляться. Если по каким-то причинам он не сможет этого сделать не позже установленного срока, то умрет как бы от старости. Валентайн узнал, что я смотрел эту статью и нешуточно напрягся, ведь после смерти драгонгета и он сам долго не протянет, разве что в «банке».
— Прикидываете, сколько стоит моя жизнь, Дэни?
— А толку? У вас прекрасно вышколенная охрана, мистер Валентайн.
Это действительно было так. Охрана-слуги никогда не попадались на глаза, но все время ощущались: кто-то накрывал на стол, убирал, мелькал на крае зрения… Сбежать из апартаментов никак не получится, а значит и шантажировать хозяина Темпесты не выйдет. Да и не было у меня таких планов, естественно.
Тогда же у нас вышел очень жесткий разговор — Валентайн попытался надавить на меня, пытаясь выведать, кто я. Пришлось уйти в глухой отказ и молчать, ведь чем меньше скажу я, тем больше возможностей для маневра останется у Абеля. Когда хозяин Темпесты совсем уж разошелся, я тоже показал зубы, злобно намекнув что удовлетворяя свое любопытство он может повторить судьбу глупого трикиса. Тот тут же вскинулся
— Вы мне угрожаете?
— Нет! Я лишь напоминаю о том, что даже вам стоит соблюдать правила игры! Я к вам не напрашивался. Я ваш гость! А не пэт, подобранный у стойки!
Валентайн взял себя в руки, вспомнив, что я прилетел сюда за свои деньги на своей яхте, и извинился. Но, конечно же, своих попыток узнать обо мне побольше не оставил, взяв Абеля в оборот. Но тот опять не подвел: коротко сообщил, что я «белая фигура» на службе кланов Депры. И что если Валентайн не оставит своих попыток нарыть на меня информацию, то в первую очередь пострадает он, Энджи, за то что подставил-раскрыл меня. Хозяин Темпесты воспринял эти слова серьезно и угомонился.
По истечении третьих суток драгонгет, серьезно потолстевший за эти дни, «привел» Валентайна ко мне, пересел, «подумал» и…послал благодарность. Это трудно объяснить… Это не чувства, не эмоции, просто понимание: он тебя благодарит. Когда драгонгет уполз обратно к хозяину, я ощутил иррациональную грусть, как будто расстаюсь с чем-то родным и близким. Странные все же они существа.
Валентайн сообщил о готовности рассчитаться и я написал сумму, над которой ломал голову все три дня. Проблема была в том чтобы угадать максимально возможную: маленькая вызовет подозрения в моей адекватности и пошатнет легенду, чересчур огромная — раздражение и попытки ее не заплатить.
Глядя на реакцию Валентайна я понял, что не ошибся — так местные отдыхающие реагируют на крупный проигрыш, с легкой досадой и смирением с неизбежностью, но тут еще примешивалось и уважение.
— Транс-счет? — спросил он.
Я кивнул и отправил реквизиты. Деньги уже ждут, они растекутся сотнями ручейков и пойдут гулять по всему орбису, где-то упав на депозит, где-то погасив кредиты, остальные нагулявшись, осядут в Планетарном Банке Синто. Это очень солидная сумма, если не сказать огромная, она позволит отказаться от очередного транша кредитов РФ или же вернуть часть взятого на восстановление крепостей. И естественно, это еще один и очень большой бонус для семьи Викен.
