Развернувшись, он направился в сторону своей основной квартиры, располагавшейся, как и прежде, на окраине города.
В районе Лесного проспекта его внимание привлекла следующая картина: маленькая девочка без всяких признаков мутации с громкими криками «Спасите! Помогите!» выскочила из ближайших развалин прямо под гусеницы танка. За девочкой гнались два обезображенных мутанта. Антонов, к сожалению, не успел подстрелить их — увидев механическую махину, монстры притормозили, а едва башня начала разворачиваться в их сторону, резво бросились обратно в руины. Маленькая девочка в розовом платье, теребя в руках какую-то игрушку, ошеломленно взирала на отполированное чудо инопланетной техники.
Недовольно скривившись, Антонов высунулся из люка.
— Это что, были твои родители? — буркнул он, кивнув в сторону, куда убежали мутанты.
Маленькая девочка отрицательно затрясла бантами.
— А родители где?
Маленькая девочка пожала плечами. Антонов вздохнул.
— Ладно, забирайся сюда. Потом придумаем, что с тобой делать.
Маленькая девочка бодро залезла в люк и устроилась в соседнем кресле. Антонов погнал танк дальше.
«Ну, блин, повезло, — думал он. — Взвалил на свою шею эту кроху. Теперь придется еще и о ней думать. А я не могу. У меня, извините, есть более важные цели и задачи. Эх, найти бы родителей этой крохи да вмазать бы им от души за то, что бросили свое чадо посреди этого раздолбанного мутировавшего города…»
— Андрей.
Услышав свое имя, Андрей Антонов, обернулся в сторону маленькой девочки… Но никакой маленькой девочки там уже не было. В соседнем кресле, вытирая очки платком, сидела Светлана Васильева и немного смущенно улыбалась.
От такой картины Андрей Антонов офанарел окончательно и даже на некоторое время выпустил из рук джойстик для управления танком. Танк немедленно развернулся, смял остатки какого-то здания и едва, по марсианскому обыкновению, не опрокинулся в замаскированный кювет — но Антонов, вовремя сумев успокоиться, спас положение. Схватив твердыми руками бывалого геймера инопланетный джойстик, он в последний момент сумел вывести танк обратно на трассу.
— Андрей, — сказала Светлана Васильева. — Нам надо поговорить.
— О чем? — бросил Антонов сквозь зубы. — Кто ты?
— Светлана Васильева, — слегка удивленно ответила Светлана Васильева. — Ты разве меня не узнал? Впрочем, прошло десять лет…
— Когда я пустил тебя в свой танк, ты была в три раза меньше, и, вдобавок, носила розовое платье, — язвительно ответил Антонов.
— Дело в том, что после Большой Катастрофы я научилась произвольно менять свой облик… Извини, что пришлось прибегнуть к обману, но иначе встретиться с тобой было невозможно…
Антонов вдруг хлопнул себя по лбу.
— Ну конечно! Как же я сразу не догадался! Уже довольно давно по городу бродят смутные слухи о мутанте, которого все называют Оборотнем — говорят, он может превратиться во что угодно. Так это ты и есть?
Светлана снова слегка смущенно улыбнулась.
— Ну, наверное… да.
Антонов мрачно кивнул и еще более мрачно сказал:
— То-то я смотрю… сегодня просто день старых друзей.
— Ты о чем?
— Да так, ни о чем. Забудь.
— Андрей, — повторила Светлана Васильева. — Нам надо поговорить.
— О чем, Оборотень?
— Пожалуйста, не называй меня так. Это прозвище придумали глупые, перепуганные люди. Пойми, Андрей, далеко не всегда произошедшая мутация имела одни лишь отрицательные последствия. В некоторых редких случаях она вызвала последствия исключительно благоприятные. Но даже и тогда, когда этого не произошло, внешняя перемена еще не означает, что человек изменился также и внутренне — в худшую сторону. Я знаю, что ты безжалостно уничтожаешь и марсиан, и мутантов — и хочу тебя спросить: почему? Ведь инопланетяне не виноваты, что наше ПВО сбило их летающую тарелку…
— Света, это грязная марсианская пропаганда. Никакой корабль над Красной площадью не взрывался. Они просто сбросили на Землю супермощную бомбу.
— Откуда ты знаешь?
— Я в этом уверен.
Светлана Васильева поняла, что спорить на эту тему бесполезно и перевела разговор в другое русло.
— А мутанты? Что они тебе сделали?
— Все мутанты — монстры.
— Даже я?
Андрей не ответил.
— И другие, — сказала Света, — даже те, чья телесная форма изменена… Не все они — чудовища внутри, даже если выглядят чудовищами снаружи… Вот, например, Дракон…
Андрей быстро оглянулся на свою собеседницу.
— Что ты знаешь о Драконе? Вы что, поддерживаете какой-то контакт? Разве вы, мутанты, не враждуете между собой?
— Господи, конечно же, нет! По крайней мере, мы не враждуем с теми, кто даже в новой форме сумел сохранить какие-то представления о порядочности. Благодаря моим новым способностям мне часто приходится бывать посредником между мутантами и людьми. Мы пытаемся организовать совместную оборону против мутантов, чей разум подвергся деформации вместе с телом. Но я думаю, со временем марсиане помогут нам вылечить и их тоже…
— Ах, так вы, значит, еще и с марсианами сотрудничаете… — медленно произнес Антонов.
Светлана обеспокоено взглянула на предводителя патриотов.
— Ты что, мне не веришь? Как же мне тебя убедить?
Антонов помолчал. Подумал. Потом сказал:
— Хорошо. Докажи, что у вас нет никаких враждебных намерений по отношению к немногим нормальным людям, оставшимся на Земле. Раскрой карты. Расскажи мне о Кошмарной Четверке.
— Что еще за Кошмарная Четверка? — удивилась Света.
— Ну как же… Разве не знаешь? Четыре главных мутанта, о которых вот уже десять лет среди людей ходят самые фантастические легенды: Дракон, Гипер-Гриб, Охотник и Оборотень. Кем раньше был Оборотень, я теперь знаю. А остальные трое? Кто они?
Светлана чуть улыбнулась.
— Ах, вот ты о чем… Странно. Неужели ты действительно не знаешь, кто такой Охотник?
— Нет. Это самая темная лошадка из всех. Никто из тех, с кем я беседовал, толком ничего о нем не знает.
— Неудивительно, — кивнула Света. — Ведь Охотник — это персонаж, который перешел к людям из фольклора марсиан и мутантов. А у марсиан и мутантов этот образ возник после твоих террористических рейдов на их поселения. Так что Охотник — это ты и есть, Андрей.
— Ну-ну, — буркнул Антонов, не зная еще: верить услышанному или нет. — Так я, оказывается, по-вашему, еще и монстр… Ладно. Предположим. Дальше?
— Ты спрашивал еще про Гипер-Гриба и Дракона. Гипер-Гриб…
— Я знаю, где он находится, — перебил Светлану Андрей. — Кем он был раньше?
Когда Светлана Васильева назвала имя, Антонов кивнул.
— Я так и думал, — сказал он, поморщившись. — Когда мы в последний раз залезали в Эрмитаж, он там уже был. К сожалению, беседы избежать не удалось.
— И что он вам сказал? — поинтересовалась Света.
Антонов не ответил. Да и как описать зловещую телепатическую силу Гипер-Гриба, проникавшую, казалось, под самый мозжечок, и даже еще глубже? Растерянные патриоты Земли отступали, унося все, что удалось награбить во время последнего визита в музей, а Гипер-Гриб в это время размеренно и методично разглагольствовал о том, что только полные орангутанги, макаки и шимпанзе могут со спокойной совестью разворовывать то, что некогда считалось высочайшими достижениями человеческой культуры.
В общем, помолчав какое-то время, Антонов недовольно спросил:
