Никки доверчиво прижалась к Анне, одной из самых могущественных женщин мира, которая проявила к ней такое участие, что разбудила давнее щемящее воспоминание, чудное ощущение далёкого детства, когда забираешься под ласковую руку матери и ничего не страшно — ты под самой надёжной в мире защитой…
— Не перегружай её своими делами, — почти сердито сказала Анна старшему Шихину, — не отнимай последние беззаботные годы юности. Для вас дела и железяки важнее всего. А она столько страдала, столько лет жила одна-одинёшенька, в голоде и холоде…
— Ну… — смутилась Никки, — это было совсем не так страшно, как кажется… У меня очень тёплый астероид, недалеко от Марса… когда Солнце в зените, то в оранжерее такая жара, что приходилось включать кондиционеры — иначе помидоры вяли. Форель у меня тоже была очень вкусная… Ещё я делала кучу салатов и пекла морковный пирог, правда, редко — слишком много мороки с тестом и дрожжами.
— Посмотрите, вы, неженки, — строго сказала королева Анна сыновьям, держа Никкину ладошку, покрытую старыми мозолями, шрамами и ожогами, — вот так ей приходилось добывать свой хлеб.
Принцы уставились на шрамы и переглянулись.
— Вы выросли в роскоши, такие холёные, здоровые и сильные. А она такая худенькая, хрупкая…
— Мама, ты, как обычно, всё здорово драматизируешь и преувеличиваешь, — пришла Дзинтара на выручку к вконец смутившейся подруге. — Никки вовсе не такая уж хрупкая и беззащитная, как тебе кажется.
Когда железный робот в тысячу фунтов весом решил померяться с ней силами, то быстро обуглился и скончался. Однажды Никки вызвала на дуэль здоровенного верзилу — чемпиона школы в бою на двуручных мечах. Хотя она раньше не держала меч в руках, чемпион потерпел позорное поражение, а клинок Никки, воткнутый в стену, стал достопримечательностью школы. Его никто не может вытащить! А как она крошила драконов на рыцарском турнире! Кстати, небезызвестный принц Дитбит решил, что может безнаказанно обидеть Никки, — она тогда ездила в коляске, проходя курс реабилитации после невесомости… Так вот, Дитбит лежал в больнице два дня после… м-м… разговора с Никки.
— Никки?! — Анна повернула удивлённое лицо к девушке.
— Они первые начали, — с видом нераскаявшейся школьницы-хулиганки буркнула Никки.
— Фантастика! — восхищённо сказал Айван, не сводивший с девушки глаз весь завтрак.
— Очень рад за этого проходимца Дитбита, — расплылся в улыбке принц Стефан, видимо, имевший с тем давние счёты. — И что же сказал его папочка, который носится со своим отпрыском, как дурень с писаной торбой?
— Он был немногословен и прислал наёмного убийцу с боевым лазером, — легко сказала Никки.
Айван засмеялся, решив, что Никки шутит, потом осекся.
— Не может быть! Он решился убить королеву другой династии?
— Тогда я ещё не была королевой…
— Какой мерзавец, напасть на ребёнка, на девочку! — вскрикнула разъярённая Анна. Глаза её полыхали как у тигрицы, у которой обижают тигрёнка.
— И что же было дальше? — спросил тревожно Стефан.
— Я сильно обгорела и месяц пролежала в больнице, а убийцу пришлось вырезать из скалы… — непринуждённо сказала Никки.
— Уф-ф, — сказал ошарашенно Айван.
— Видишь, — обратился к жене Алекс, — Никки уникальна, к ней неприменимы обычные критерии… Нужно тебе сказать, что и в бизнесе она совершенно фантастична, ты бы слышала, с каким предложением она к нам приехала…
— Что же, — в голосе Анны зазвучала почти материнская гордость, — я всегда знала, что мы, женщины, талантливее вас, мужчин. Только у нас нет животно-адреналиновой страсти к тараканьим бегам, которые вы называете карьерой.
— Никки уже сделала головокружительную карьеру, за два года став основательницей новой династии, — усмехнулся Шихин-старший.
— Как же вы закончили поединок с чемпионом школы, если ваш меч застрял в стене? — заинтересованно спросил Айван.
— Тебе надо посмотреть запись этой дуэли, братец, — хихикнула Дзинтара. — Никки дралась сразу двумя мечами. Когда её клинок влетел в стенку, то то же самое произошло с мечом её соперника. Чемпион оказался безоружным, а у Никки остался второй клинок!
— Драться двумя мечами?! Покажите этот фокус, Никки, — загорелся Стефан, и Айван с энтузиазмом его поддержал.
— Я, конечно, могу его показать, — вздохнув, сказала Никки, — но не думаю, что вы сможете его повторить…
— Почему же? — обиженно вскинулся Стефан. — Мы с мечами давно имеем дело!
— Понимаете, Стефан, с физической точки зрения, я — не совсем человек, — откровенно призналась Никки, и за столом воцарилась мёртвая тишина. — Двенадцать лет назад во время аварии у меня был сломан шейный позвонок. Мой компьютер Робби находчиво засунул туда нейропротез, и с тех пор мои мышцы управляются не только с помощью мозговых команд, но и при активном участии Роббиного процессора. И я могу задействовать такой режим движения мышц, что руки будут двигаться заметно быстрее обычного… правда, за это можно поплатиться сильным растяжением связок.
.. правда, за это можно поплатиться сильным растяжением связок… Точность моих движений тоже выше нормы… — Никки взяла в руки свежую маслину из вазы и бросила её куда-то за спину. Взлетев на несколько метров, маслина ударилась о стену замка, вернулась и попала прямо в пустой узкий бокал, стоящий перед Стефаном.
— Сатурн всмятку! — поражённо сказал тот.
— Вы бросали не глядя, как же вы смогли рассчитать удар? — спросил восхищённый Айван.
— Я могу смотреть не только зрением, ко мне подключены лазерный сканер и много всяких сенсоров… Например, я чувствую слабую радиоактивность гранитных перил у веранды, могу видеть сквозь стену… сейчас по коридору ваш сотрудник несёт кофе, чай и ещё какой-то красный напиток…
— Клюквенный морс, — сказала удивлённая Анна. — Никки — ты человек тысячи талантов!
— На меня было совершено уже несколько покушений, чертовски близких к успеху, так что мне приходится быть настороже, оглядываться почаще… А рука у вашего сотрудника была, видима, сильно сломана, и сейчас вся лучевая кость заменена на какой-то сложный биоэлектронный протез…
— Что?! — удивился Алекс Шихин. — Какой протез?
— Не знаю, довольно интересный, металла практически нет, но много сложных квази-органических элементов. Я рассмотрела эту штуку, когда он подавал лосося.
На веранде появился слуга, несущий на большом подносе кофейники, чайники и графины.
Алекс нажал кнопку на своём т-фоне.
Через минуту на Утреннюю веранду торопливо вышел крепкотелый лысый человек, запыхавшийся и, видимо, откуда-то бежавший.
— Стас, когда вы ломали руку? — небрежно поинтересовался Алекс у слуги, разливающего напитки.
— Полгода назад, сударь, — склонил голову слуга.
— И где вам её вылечили?
— В Лунном Госпитале, сударь, — невозмутимо ответил Стас, — было небольшое костное воспаление, но потом врачи справились отлично, сейчас ничего не болит.
— Вам не ставили никаких протезов в кость? — спросил Алекс.
— Нет, сударь, — удивлённо ответил слуга, — у меня был обычный перелом: я упал, играя в лунное робополо. Зачем мне протез?
Алекс обратился к лысому человеку.
— Ант, проверьте кости его руки, есть основания полагать, что там встроен передатчик.
