— Нэнси, — твердо заявила она, как только девушка появилась в столовой. — Моя племянница опаздывает к ужину. Нет никакой нужды ее звать, — строго предостерегла она, заметив, что Нэнси дернулась было в сторону холла, — я ее заблаговременно предупредила, во сколько надо садиться за стол. Теперь пусть расплачивается за свою невнимательность. Надеюсь, это научит ее пунктуальности. Когда она спустится, будь любезна, покорми ее на кухне молоком с хлебом.
— Хорошо, мэм.
К счастью, мисс Полли не видела лица Нэнси. При первой же возможности, которая представилась Нэнси после ужина, она прокралась по черной лестнице в комнату на чердаке.
— Да, да, конечно, так я и буду кормить ее хлебом с молоком! — яростно бормотала она, отворяя дверь, — нет уж, дорогая мисс Полли, не позволю я морить голодом мою бедняжку только за то, что она наревелась и заснула.
Нэнси вошла в комнату и вытаращила глаза от удивления: Поллианны нигде не было.
— Куда же ты девалась? Куда же ты девалась? — повторяла она, заглядывая в шкаф, потом — под кровать, затем — в чемодан и под конец даже в кувшин.
Сочтя, что больше в комнате девочке спрятаться абсолютно негде, она выбежала из дома и со всех ног бросилась к старому Тому, который все еще работал в саду.
— Мистер Том! Мистер Том! — запыхавшись, выпалила она. — Этот чудесный ребенок исчез! Она, видимо, унеслась туда, откуда к нам пришла! Верно, она сейчас в раю, моя бедняжка! О, мистер Том! О, несчастная моя маленькая овечка! А она… О, она велела мне накормить ее на кухне хлебом с молоком! И это когда она уже вкушает с ангелами их пищу! О, бедненький мой ангелочек!
Старик выпрямился.
— Исчезла? У ангелов? — удивленно переспросил он, упорно разглядывая красное зарево заката. Какое?то время он молча смотрел в одну точку. Затем с улыбкой перевел взгляд на Нэнси.
— Да, милая моя, мне тоже сдается, что она решила забраться поближе к Богу, — сказал он и показал скрюченным пальцем на вершину холма. — Взгляни?ка туда.
Нэнси взглянула. Поллианна стояла на скале, и ее щуплая фигурка рельефно выделялась на фоне окрашенного закатом неба.
— Если она и решила таким образом попасть в рай, то сегодня это ей не пройдет, уж помяните мое слово, мистер Том, — сказала Нэнси. — А если хозяйка меня спросит, скажите, что про тарелки я не забыла, а просто пришла охота проветрить голову, — добавила она и быстро пошла по тропинке через поле.
5. ИГРА
— Домик мой с палисадником! Как же ты меня напугала, мисс Поллианна! — задыхаясь от бега, проговорила Нэнси, добравшись, наконец, до вершины большой скалы.
— Испугала? — удивилась Поллианна, с явной неохотой спускаясь вниз. — Простите меня, пожалуйста, но я и не думала вас пугать. Правда, папа и Женская помощь тоже сначала пугались, когда я делала что?то такое, но потом они привыкли. Они поняли, что со мной всегда все в порядке, и больше не волновались.
— Но я даже не знала, что ты ушла, — сказала Нэнси; она покрепче взяла ее за руку, боясь, что девочка опять куда?нибудь исчезнет.
— Понимаешь, — продолжала она, быстро спускаясь с горы, — я ведь не видела, как ты ушла. И мне показалось, что ты улетела сквозь крышу. Вот так мне и показалось. Так и показалось, — несколько раз пробубнила она.
Поллианна запрыгала от радости.
— А я так и сделала! — с гордостью воскликнула она. — Только я улетела не вверх, а вниз. Я спустилась по дереву.
Нэнси остолбенела.
— Что ты сделала? — переспросила она.
— Спустилась по дереву, которое растет возле моего окна.
— Ах, чулочки вы мои, панталончики! — всплеснула руками Нэнси. — Ну и дела! Она снова поспешила вперед.
— Хотела бы я послушать, что сказала бы на это твоя тетя, мисс Поллианна.
— Вы правда хотели бы? — с готовностью отозвалась Поллианна. — Ну, тогда давайте я ей все расскажу, как только мы вернемся домой. Вот вы и услышите, что она мне скажет.
— Да ты что! — воскликнула Нэнси. — Нет, нет, умоляю тебя, не делай этого.
— Вы думаете, тете Полли это не понравится? — спросила Поллианна, явно расстроенная таким оборотом дела.
— Нет, то есть, да, — замялась Нэнси, — дело в том, что я пошутила. Мне, понимаешь, совсем не хочется знать, что скажет на это твоя тетя.
Нэнси стало стыдно: ведь она же сама решила по мере сил не давать Поллианну в обиду.
— Нам надо торопиться, — постаралась она перевести разговор. — Мне ведь еще нужно помыть тарелки.
Я помогу вам, — тут же предложила Поллианна.
— Ну, что ты, мисс Поллианна! — смутилась Нэнси.
Какое?то время они шли молча. Солнце зашло, и небо начало быстро темнеть. Поллианна покрепче прижалась к Нэнси.
— Знаете, мне кажется, я все?таки рада, что вы немного испугались. Потому что иначе вы бы за мной не пришли.
И Поллианна зябко передернула плечами — она очень боялась ходить одна в темноте.
— Ягненочек мой! Бедненькая моя! — запричитала Нэнси. — Да ты, наверное, голодна! Боюсь, я не смогу тебя сегодня ничем порадовать. На ужин для тебя ничего нет, кроме хлеба с молоком, и есть тебе придется вместе со мной, на кухне. И все потому, что твоя тетя рассердилась, когда ты не пришла ужинать вовремя.
— Но я не могла прийти. Ведь я была здесь!
— Верно. Но она?то об этом не знала, -справедливо заметила Нэнси, которой стоило большого труда удержаться от смеха. — Конечно же, это не повод заставлять тебя есть хлеб с молоком. Как жаль, что все так получилось!
— А мне не жаль. Я рада.
— Рада? Чему ты рада?
— Я люблю хлеб с молоком, и мне будет очень приятно поесть вместе с вами. Видите, мне совсем не трудно радоваться.
— Ну, сдается мне, тебе ничему не трудно радоваться, — пробормотала совершенно ошеломленная Нэнси, вспоминая, как Поллианна пыталась полюбить свою комнатку на чердаке.
Поллианна тихонько засмеялась:
— В этом?то вся и трудность нашей игры.
— Игры?
— Ну, да. Игры в то, чтобы все время радоваться.
— С тобой как, все в порядке? — сварливо осведомилась Нэнси.
— Конечно. Просто это такая игра. Мой папа научил меня играть в нее, и это очень здорово, — ответила Поллианна. — Мы начали играть в нее, когда я была еще совсем маленькой. Потом я рассказала о нашей игре в Женской помощи, и они тоже стали играть. Ну, не все, а некоторые.
— А как это? Я, конечно, не мастак на всякие игры, но все?таки расскажи. Никогда еще не слышала, чтобы играли в радость.
Никогда еще не слышала, чтобы играли в радость.
Поллианна засмеялась, потом вздохнула, и ее худое личико погрустнело.
— Это началось, когда нам среди пожертвований достались костыли, — торжественно изрекла она.
— Костыли?
— Да. Мне тогда ужасно хотелось куклу, вот папа и попросил женщину, которая собирала пожертвования. А та леди ответила, что кукол никто не жертвовал, поэтому вместо куклы посылает маленькие костыли. Она писала, что они могут тоже пригодиться.
— Ну, пока я не вижу ничего забавного, — сказала Нэнси. — Что же это за игра, просто глупость какая?то.
— Да вы не поняли. Наша игра в том и заключалась, чтобы радоваться, несмотря на то, что радоваться вроде бы нечему. Вот мы с этих костылей и начали.
— Домик мой с палисадником! Да как же можно радоваться, когда ты ждешь куклу, а тебе присылают костыли!
Поллианна от радости даже в ладоши захлопала.
— Можно! Можно радоваться! Можно! Можно! — восклицала она. — Я тоже сначала подумала так же, как вы, — честно призналась она, — но потом папа мне все объяснил.
