Мысли, заразы, в голову не лезли. Вернее лезли, но не те, что надо. Я вернулся к компьютеру, пощёлкал мышкой монстриков из игрушки, ставшей в офисе надёжным средством убивания времени, когда шеф занят, а тебе глубоко фиолетово, и принялся настраиваться на нужный лад.
Для начала подумаем о чём-нибудь грустном. Первая любовь… да ну её тудыть-растудыть в качели. Выставил себя дураком по полной программе, аж в краску бросило.
Вспомнил, как остался после службы в армии безработным и невольно содрогнулся. Нет, надо что-то делать. И сразу мозг в нужном направлении заработал.
На столе, за которым обычно пили кофе, лежала кипа газет с бесплатными объявлениями в цветных рамочках. Посмотрим ситуацию на рынке труда. Итак, несмотря на мировой кризис и прочие гадости, городу требуются слесари-монтажники, каменщики и разнорабочие. Это не для меня. Трудиться в разного рода 'шараш-монтажах' за копейки… Лучше удавиться на собственном галстуке или съесть его сразу по примеру президента одной малэнкой, но очэн гордой страны.
Как насчёт офисного планктона? ООО 'Так-растак' ищет инженера-сметчика. Ну да, если я пойду на эту должность и начну составлять сметы, они лет двадцать потом будут долги кредиторам раздавать. Пожалеем и не обременим звонком.
'Таможня ищет…'. За державу, конечно, обидно, но я прекрасно помню, чем закончил Верещагин. Ретивых служак городские 'басмачи' подорвут, если не на буксире, так за рулём авто точно. И себя жалко, и 'Приору' мою тоже. Только-только кредит отдал.
Не подобрав ничего путного, решил обзвонить друзей. С кого бы начать? Пожалуй, что с Лёшки. С его связями найти подходящую непыльную работёнку — раз плюнуть.
Мы знакомы ещё с садика, как говорится — сидели на одном горшке. После школы пути разошлись: я стал студентом иняза, а он ударился в коммерцию, да так удачно, что обзавёлся и трёхэтажным коттеджем, и 'бомбой' последней модели, не считая кругленького счёта в банке и, самое главное, кучи полезных знакомств. Когда-то Лёха звал к себе в фирму, но я знал, что пойти к нему работать — всё равно что потерять друга — и отказался.
Встречались мы регулярно. Оба подсели на фехтование и коротали вечера в спортивном клубе с изъезженным названием 'Три мушкетёра'. Разумеется, у Лёшки сразу попёрла масть. Он стал мастером спорта, а я всё ещё ходил в кэмээсах. Не было поединка, в котором друг бы не сделал из меня такую полезную в хозяйстве вещь, как дуршлаг.
Не знаю, чем нас привлёк этот вид спорта. Возможно, в детстве начитались Дюма и насмотрелись по телевизору на Боярского в роскошных мушкетёрских одеждах, крутившего лихой ус одной рукой, а второй протыкавшего шпагой очередного гвардейца кардинала.
Лёхин телефон ответил не сразу. Сначала пришлось прослушать приторную как патока мелодию вместо гудков, только потом услышал голос приятеля:
— Привет, Игорь. Как дела?
— Как сажа бела, — отшутился я.
— Случилось что? — встревожился Лёха.
— Случилось что? — встревожился Лёха.
— Пока нет, но непременно случится. Только, Лёша, разговор не телефонный. Свидеться бы надо.
— Ты на работе?
— А где же ещё!
— Тогда, как освободишься, подъезжай ко мне.
— Домой?
— В офис. Я всё равно буду часов до девяти вечера здесь. На машине?
— Сегодня без колёс. На гарантийку поставил, завтра забираю.
— Хочешь, пришлю за тобой шофёра? — совершенно искренне предложил Лёха.
Я фыркнул:
— Смеёшься, что ли? У меня шефа Кондратий хватит, как только он увидит, что у его подчинённых транспорт с личным шофёром. Я лучше тачку вызову.
— Как знаешь. Я тебя жду.
— До скорого, — я отключил мобильник, крутанулся в кресле и окинул тоскливым взором комнатушку.
А ведь тяжело будет уходить отсюда. Привык за два года, прикипел. И Мишку жалко до дури. Он мужик умный, но не пробивной. Таким в жизни трудно. Ладно, если устроюсь нормально, перетащу его к себе.
До конца рабочего дня оставалось меньше двух часов. Я провёл это время с пользой: ползая в Интернете, и не подозревая, что скоро жизнь моя круто переменится, да ещё самым невероятным образом.
Глава 2
Смотрел я когда-то в детстве смешное итальянское кино про бедолагу Фантоцци с Паоло Виладжио в главной роли. Помню первые кадры: заканчивается рабочий день в многоэтажной офисной башне, толпа народа несётся по ступенькам, опрокидывая зазевавшихся, из окон выбрасывают верёвки, канаты, по ним спускаются разгорячённые сотрудники, спешащие по домам, а кое-кто из нетерпеливых прыгает на батут, стоящий на земле.
Я же вышагивал к выходу с грацией прирождённого монарха. Пять минут погоды не сделают.
Заказанное по телефону такси — жёлтая замызганная 'Волга' с шашечками — стояло у тротуара как раз на том месте, где обычно парковалась моя 'Лада'. Но сегодня я безлошадный, даже непривычно. Ничего не попишешь, личный автомобиль круто меняет характер человека. Без четырёх колес всё равно, что без рук. Давно ли я обзавёлся 'Приорой' — пожалуй, и года нет, но ещё немного и стану как Лёха. В прежние времена он не был таким большим и важным. От отца в наследство ему досталась старенькая 'восьмёрка'. Бывало жена отправляет Лёху за хлебом в магазин, который находится в сотне метров от подъезда направо. Лёха спускается, топает сто метров влево, берёт машину со стоянки, доезжает до магазина, покупает хлеб, возвращает 'восьмёрку' на прежнее место и поднимается домой.
Шофёр деловито вытирал лобовое стекло тряпочкой.
— Простите, вы по заказу? — на всякий случай уточнил я, перед тем, как открыть дверцу.
— Да, — подтвердил таксист, — А вы, значит, мой клиент?
Пришла моя очередь кивать.
— Садитесь, я скоро, — предупредил водила. — Вот погода, гадская!
Он закончил стирать размытые потёки на стекле и хлопнул за собой дверью.
— Двигаем,- сказал я, размещаясь справа от водителя.
За что люблю 'Волгу' так это за габариты подходящие для крупных мужиков вроде меня. И внешность у газовского изделия, может, для кого неказистая, а, на мой взгляд, — чистой воды ретро-классика. Жаль будет, если совсем с производства снимут, тогда в прошлое уйдёт целая эпоха, и не самая плохая, между прочим.
Таксист завёл двигатель.
У него было лицо типичного уроженца гор. Невысокий, скуластый, нос с горбинкой, густые курчавые волосы и глаза острые, как кинжалы.
Когда на Кавказе войнушка в полную силу разгорелась, много таких к нам, в среднюю полосу, переехало. Устали люди от постоянного напряжения, пальбы за окнами и бэтээров на улицах. Простой вопрос наклёвывается: стоило ли из-за этого большую страну разваливать, чтобы она кровью в уголках умылась?
— Куда отвезти? — спросил таксист, трогаясь с места.
Улица здесь односторонняя, при любом варианте придётся ехать полкилометра до светофора, а уж от него потом по сторонам, как по розе ветров разъезжаться.
Я назвал адрес Лёшкиного офиса.
— Это на другом конце города будет. Далеко. Заплатите как через район, — предупредил 'горец'.
— Не обижу, — уверил я. — Зря к Советскому проспекту поворачиваете, в пробках до утра простоим.
— А мы дворами проедем. Не беспокойтесь, я город как свои пять пальцев знаю.
