— Но госпожа сейчас в безопасности… — дипломатично обронил он, не решаясь на прямой совет.
Как же, в безопасности! Она не носила бы титул «ее своенравия», если бы продолжала отсиживаться в окружении своих снежнорунных коз. Посему, как только в их маленьком замке захлопнулся вход, она бесшумно перелетела в спальню и теперь наблюдала за манипуляциями супруга через дырочку в ковровой занавеске. Пока ее вмешательства не требовалось — командор полировал «ракушку» полой камзола, потея от досады.
— Черт бы подрал все эти шаманские фигли?мигли, — не выдержал он, швыряя неподдающийся амулет на стол.
— Черт бы подрал все эти шаманские фигли?мигли, — не выдержал он, швыряя неподдающийся амулет на стол. — У себя я просто просветил бы его рентгеном, возраст определил радио?углеродным методом, потом вскрыл лазерным лучом… Сгонять на Землю, что ли?
Сорк, с уважением внимавший непереводимым заклинаниям, при последних словах невольно оттопырил нижнюю губу: знал, как относится его высокочтимая госпожа к любым предлогам для экскурсов командора на родину.
Юрг скосился на его мину, понял. Эта подспудная и необъяснимая неприязнь к Земле, которая передалась от его супруги к остальным джасперянам, всегда раздражала его. Он встал, отшвырнув ногой табурет, схватил хрустальный кувшин с родниковой водой, напился прямо из горлышка.
— Все?таки это просто ракушка, — пробормотал он. — Ну, так ты у меня сейчас отмокнешь, тварюга водяная…
Кувшин лязгнул по черепаховой крышке стола, точно кованый сапог.
— В таких случаях моя интернатская нянька говорила: господи, благослови…
Принцесса за ковром скептически усмехнулась: насколько она помнила, ее звездного эрла в основном пестовала рыжая псина по кличке Брага. Чтобы нечаянное шевеление занавески не выдало ее присутствия, она мысленно приказала полупрозрачному куполу слегка притемниться, словно солнце заслонила нежданная туча. Сумерки, сгустившиеся в шатровом покое, оставляли ей теперь только частое дыхание Юрга, долетавшее до нее теплыми толчками воздуха; послышался легкий булькающий звук — свахейская диковинка окунулась в воду.
В первый миг ничего не произошло; затем прежде, чем она успела что?либо рассмотреть, у нее появилось ощущение, что в комнате присутствует еще кто?то. А затем она услышала сдавленный вскрик Сорка, прижавшегося к стене.
В центре маленького зала начало светлеть, вокруг застывшего столбом командора сгрудились какие?то тени, с каждой секундой становящиеся все отчетливее… Мона Сэниа тоже чуть не вскрикнула, увидев, что это — она сама в походном снаряжении, и Ких, и Дуз.
Она отбросила занавеску и шагнула вперед. Юрг оглянулся и, раскрыв рот, ошеломленно переводил взгляд с одной собственной жены на другую.
Принцесса бесстрашно протянула руку, пытаясь отодвинуть в сторону появившегося здесь без спроса Киха — и покачнулась: рука, не встретив ни малейшего сопротивления, прошла через пустоту.
— Фу… — командор, наконец, перевел дух. — Что?то вроде голограммы. А я уже ошалел от радужной перспективы, когда на одну мою бедную голову будут две жены со всеми их капризами! Только как теперь это художество погасить?
Мона Сэниа поддернула рукав, запустила руку в кувшин и выудила шероховатую плюшку. И тут же застывшие вокруг кувшина призраки померкли и безвозвратно растворились в воздухе.
— Теперь я догадываюсь, зачем это мне подарено, — проговорила принцесса, обтирая мокрый амулет о подол платья. — Мне недаром показали панораму Трех Часовщиков — несомненно, там имеется что?то такое, что надо будет таким же образом запечатлеть во всех подробностях. Завтра же слетаю туда.
— А ты уверена, что это фокус у тебя и во второй раз получится? Я вот дышал до хрюканья — и ни черта.
Мона Сэниа уверенно взяла «тварюгу водяную», дохнула — и ничего. Подышала подольше — результат был тем же.
— То?то, — не без злорадства констатировал звездный эрл. — Но не может же эта чушка быть одноразового пользования, как… Кхм. Просто нужно в точности восстановить условия эксперимента. Вызови?ка Дуза и Киха.
Те мгновенно явились на зов.
— Вспомните, други мои: перед тем как эта штуковина раскрылась, не производили ли вы каких?нибудь манипуляций… ну хотя бы пальцами в карманах шевелили, фиги складывали? Нет? А о чем думали?
Дуз пожал плечами — кроме безопасности принцессы, его в этих экспедициях ничего не занимало.
Зато Ких смущенно переступил с ноги на ногу.
— Давай, давай, — ободрил его командор. — Что уж там, телись.
Да я… собственно, я все пытался вспомнить, только не получалось… в одной истории, что перед сном принцу сказывали, говорилось… — Было видно, что ему страшно неловко признаваться в том, что он любил подслушивать детские сказки. — Слова такие, точно не помню, но вроде как «барьзам, откройся!»
Он еще не закончил фразы, как с легким треском «ракушка» отворилась — словно раскрылась нежная кошачья пасть с черным язычком. И тут же обратно захлопнулась.
— Вот так клюква! — изумился командор. — Хотя на самом?то деле надо было произнести: сезам, откройся…
Он даже не успел изречь каноническую формулу заклинания, как розовая пасть снова зевнула.
— Вот это да! — восхитился Юрг. — Выходит, на нее любая чепуховина, вроде симбиоза бардака с бальзамом, действует как петушиное слово. Ну, тогда: мадам, откройся!
Нуль?эффект.
— Вигвам, откройся! Бедлам, откройся! Чертова перечница, откройся!
Результат тот же.
— Тонь, сонь, оберегонь, откройся… — еле слышно прошептал Ких, припоминая какие?то тихрианские заклинания.
И «ракушка» тотчас щелкнула створками.
— Ты где это слышал? — поинтересовалась принцесса.
— Так сибилло голосило, когда мы с ним Рахихорда из колодезной темницы вызволяли. А что, нельзя было?..
— Нужно. Только впредь возле этого амулета ничего магического больше не произносить, даже мысленно! Все ясно. — Принцесса оглянулась и почувствовала, что никому и ничего не ясно. — Она открывается на любое волшебное заклинание. Только желательно прибавить: «откройся».
— Амулет?универсал! — восхитился командор. — Даже представить не мог, что такие существуют. Но погоди, ведь Ких хотел сказать: барьзам. Похоже, что он этого слова не знает, просто слышал краем уха и переврал, запоминая; но оно ведь не магическое, бальзам — это самый обыкновенный шнапс, на травках настоянный, а бар…
Он вовремя спохватился.
— Но Ких?то этого не знал, — возразила принцесса; — оно в его памяти существовало как заклинание, и этот талисман, уловив его мысли, послушно произвел свое волшебное действо. Так что нарекаем эту волшебную ракушку Ракушкой и будем использовать как… забыла слово, эта штука только у тебя на Земле водится.
— Фотоаппарат?
— Ага, тоже нечто, но без магии. Так вот, это самое я и возьму с собой завтра…
— Ну, уж нет. — В голосе супруга зазвучали диктаторские интонации. — С одной?то женой я как?нибудь справлюсь. Никаких «завтра». Лететь моя очередь, а то ты там якшаешься со всякими привидениями, подарки от них принимаешь, информацию инфернальную из них доишь. Пойми, это может оказаться ловушкой: сюрпризы, игрушки, а когда бдительность притупится…
— Довольно, — оборвала его мона Сэниа мягко, но решительно. — Если бы я выросла на твоей Земле, то для меня нормально было бы прыгать через веревочку. Но я принцесса Джаспера, и для меня естественно летать с одной планеты на другую, в нужный момент ускользая от грозящей опасности. Если ты расспросишь мою дружину о том, с чем я играла до встречи с тобой, скитаясь по всем землям Костлявого Кентавра, когда дальнейшая жизнь казалась мне бессмысленной, а возвращение на Джаспер — ненужным…
