— Выходит, вы меня на вшивость проверяли? — спросил Артем, глядя исподлобья. Кажется, он ненавидел сидящего перед ним человека. Ненавидел до мозга костей, истово, яростно, как никогда прежде. И Зверь в его разуме был совсем ни при чем.
— Верно подмечено… В ходе Инициации Сноходец раскрывает свой разум перед Прозрачником. Тот, кто доживает до конца обряда, получает в награду слепок сознания зверя Изнанки. И тогда все, прежний человек умирает. На его месте возникает новая личность, с новым характером и… возможностями. Конечно, имеются некоторые тонкости, но о них позже. Мне было важно посмотреть, кто вырос из дурного семени твоей бесхребетности. Остался ли ты прежним слюнтяем, пусть даже и победившим Серебрянку, или изменился в лучшую сторону.
— В лучшую для кого?
— Для всех. Сейчас время воинов. Иначе люди не выживут, сгинут, как многие до нас. В тебе нужная жесткость была запрятана чересчур глубоко. И лишь страх смерти на время заставлял тебя забыть об оставшемся на Земле добром мальчике Артеме… — Кардинал тихо рассмеялся. — Пришлось создавать экстремальную ситуацию. Заодно посмотрел, на что ты способен.
Еще не отошедший от «проверки» Артем содрогнулся. Пошли они все в болото! Демон пигмеев так не пугал, как Кардинал. Тварь его просто пытала, не покушалась на целостность разума и не нагоняла запредельной жути.
— Георгий сказал, у тебя было столкновение с… демоном? Он впечатлен. Да и я, признаться, заметил кое-что. Молодец. Не хочешь рассказать, чего от тебя хотел хозяин твари?
Артем отвел глаза. Ответить Кардиналу — значит задавить ненависть, пойти против самого себя. Но кто еще в Сосновске поможет разобраться со способностями?
— Он пил из меня силы Изнанки. Долго, может, неделю, а может, и больше. Становился крепче, набирал мощь. Даже выглядел более материальным. А потом я его убил. Как-то стал… — На язык просилось непонятное слово, и Артем медленно его произнес: — Нумингой и убил.
Кардинал удивленно покачал головой.
— Занятно.
Скажи на милость, а откуда ты узнал местное название Серебрянки?
И вправду, откуда? Что там лопотал шаман, он точно не слушал. Просто всплыло в памяти и все. Артем пересказал свои соображения Кардиналу.
— А «Патала» что значит, не скажешь?
— Изнанка? — выдавил Артем, вдруг испугавшись самого себя. С тенью Серебрянки в разуме он уже как-то смирился, сжился даже, а тут нечто непонятное. Какие-то чужие слова…
Зато Хмурый был доволен.
— Завидую я тебе, мальчик. Надо же, ухитриться подхватить кусок памяти умирающего демона. Готовься к новым открытиям!
Хорошо сказал. Со снисходительным интересом и слабым подтруниванием взрослого, увидевшего новую игрушку ребенка. Сволочь! Выходит у него свои источники «открытий»?
С присущей ему безжалостностью расставив акценты во взаимоотношениях, Хмурый начал задавать вопросы. Артему пришлось долго и обстоятельно описывать круговерть событий, в которых он оказался после побега. Кардинала интересовало все, особенно напирал он на всякие странности и испытанные ощущения. Знаки из развалин и вовсе попросил зарисовать в тетрадь.
— Ты пока вспоминай и записывай. Такая твоя сейчас работа. Закончишь, найдем другую, — пообещал Кардинал. — Мое прежнее предложение об ученичестве и месте в отряде остается в силе.
— А если я захочу уйти?
— Хотеть ты можешь сколько угодно. Но вот уйдешь ли? Самые крепкие цепи у нас здесь, в голове. — Кардинал постучал себя по лбу. — Ты ведь ненавидишь меня, просто кипишь от злости. Мечтаешь отомстить. За превращение в Сноходца, за сегодняшнюю трепку, за собственный неудачный побег в джунгли… Но ты слаб. Тебе нужны знания. И кто их даст, кроме меня?
— И вы уверены, что такая ерунда меня удержит? — восхитился Артем.
— Нет. Еще я знаю о тебе вещь совершенно дикую и после Переноса почти невозможную. Ты романтик и альтруист. Перспектива гибели остатков человечества тебя ужасает, ведь так? Заполучив в руки немалую силу, не сможешь остаться в стороне, не дашь мне устроить здесь все по своему разумению. Захочешь стать противовесом, кем-то вроде защитника простых людей. А это удобней всего делать внутри структуры власти, а не откуда-то со стороны. Ужасно поддерживать тирана, но лучше это будешь ты сам, чем какой-то мерзавец, ведь так?
— Считаете, у вас получится собрать вокруг себя людей? Стать вождем, князем или даже царем?!
— Ты повторяешься. В прошлый раз задавал этот же самый вопрос, — скучающим тоном сказал Кардинал. — Почему считаю? Кое-какие вещи уже получаются. Дальше — больше. Есть у меня такая привычка, добиваться желаемого. Рекомендую. Очень полезная в жизни штука…
У Кардинала он просидел почти до вечера. Закончив расспросы, тот, не скупясь, показал несколько фокусов. «Чтобы не казаться в бою столь возмутительно-беспомощным», — сказал Хмурый, смеясь. И посоветовал тренироваться в свободное от основной работы время, на что Артем лишь скривился, прижимая к груди толстую тетрадку.
Проклятый бандит. Не только указал на его слабость, но и мозги запудрил. Несмотря на всю свою ненависть, Артем ведь и вправду останется. Может быть, еще и потому, что ему просто некуда идти. Столь долго искать людей, найти и вновь решиться на одиночество? Нет, на это он пойти не готов. Может быть, позже… А Кардинал, хитрый лис, давно это предвидел. Немного ошибся с побегом, но Артем ведь вернулся, так? Кажется, от собственной предсказуемости впору волком выть.
Эпилог
Олли стоял на балконе, широко расставив ноги и наслаждаясь открывающимся видом. Вдаль, насколько хватало глаз, простиралось море зелени. Целый мир, живущий по своим законам, и помнящий еще первых хозяев Кхоринша. Хозяева ушли, а лес остался. Вечная, неодолимая сила. Что ей суетливая возня смертных?
Псифей с содроганием вспомнил их жуткий поход через джунгли. Долгих полтора месяца владетель Цурет, два его охранника-шаруш, проводник-васуки и он, Олли Блигдейн, шли к Запретному городу. Знай наперед, с чем придется столкнуться, вряд ли высокородный кнешаль согласился бы с предложением Олли. Да и сам псифей десять раз бы подумал, готов ли он к таким испытаниям. А ведь раньше он считал, что большая часть легенд о джунглях Бельгама — это мрачная фантазия историков и летописцев. Непроходимые заросли, бесконечные топи, невиданные раньше хищники… Сказать по правде, одного этого хватит, чтобы сгинула половина желающих добраться до Запретного города. В старину здесь армии теряли, а уж про небольшие отряды и вспоминать нечего. Чудо, как они вообще добрались сюда без потерь.
Или кто-то из богов обратил на них свое внимание? Олли зябко передернул плечами. Внимание Темных Владык штука опасная, чреватая самыми непредсказуемыми последствиями. Для долгой жизни полезно рассчитывать на свои собственные силы.
Хотя про богов он зря вспомнил. Уж до чего им походы за веру нужны были, а все одно они пшиком закончились. Слабы Владыки против здешнего леса, полного тайн могущественных демонов и магов. Древние заигрывали с силами, которые ужаснут любого.
В двух неделях пути до города они натолкнулись на развалины старого капища. Стены из грубых каменных валунов, по центру огромный менгир. Господин Цурет загорелся его исследовать, но с ним вызвался идти лишь один Олли. Васуки сослался на ушибленный хвост, а оба шаруш в открытую заявили, что ноги их не будет в этом жутком месте. Пришлось идти вдвоем.
